Танея

Глава 2. Она мой свет

Лита слегка пошевелилась, чувствуя, как в запястья впивается веревка, тянувшая ее вверх. В воздухе ощущалась сырость вперемешку с холодом, пробиравшим до костей.

Издалека доносились чьи-то резкие голоса. Девушка зажмурилась, надеясь отогнать кошмар, но тот все не уходил, поэтому открыть глаза все же пришлось.

За непреодолимой стеной решетки, горел одинокий факел, освещавший часть коридора подземной темницы. Все остальное пространство тонуло в холодном мраке, тянувшемся к девушке и не дававшем провалиться обратно в забытье.

Последнее, что она помнила: рука, сжавшая ее плечо, вспышка света и чей-то крик… Лита поморщилась, прогоняя остатки сна, и попыталась сесть удобнее. Взгляд упал на причудливые тени, которые пламя бросало на стены, и тут сознание как будто обожгло.

Тогда, в лесу, это был крик Николаса. Лита перебирала детали, с удивлением осознавая, что помнит тот день, будто была одновременно в двух местах.

«Почему я вообще решила пойти на ту поляну? – прокручивала в голове недавние ощущения и звуки, силясь понять, что привело ее в руки Темных. – Не помню,… наверное, просто решила прогуляться?»

Но она ведь точно помнила разговор с кем-то. Такой знакомый голос… В воспоминаниях Лита подняла испуганный взгляд вверх, глядя на своего собеседника. Тот что-то спрашивал о ее магии, и говорил о звездах так, словно они были причиной их встречи. Девушка не знала, можно ли доверять этому человеку, поэтому пыталась поскорее закончить разговор и уйти…

А потом все как в дымке. Голос Николаса, объятия Теи и капельки росы под ладонями. Примятые цветы и взгляд сквозь пелену боли, сжимавшей сердце в тисках. Лите казалось, что она умирает, но вместе с тем чувствовала, как на плечо ложится рука мага, а запястья туго стягивает веревка.

«Не понимаю, – замотала головой девушка, разглядывая решетку своей темницы, – почему я оказалась под защитным куполом, а не рядом с Теей?»

Она помнила прикосновение к земле: едва ощутимое, словно была в тот момент легче цветка. Дуновение ветра сняло пелену с глаз, и тогда Лита совершенно точно осознала себя, смотревшую в полные ужаса глаза Николаса. Ангел, на коже которого алели порезы от когтей, смотрел только на нее.

«Наверное, маг тогда переместил меня под купол», – продолжала думать Лита.

Убедить себя в том, что провалы в памяти и странные сцены, которые ей как будто привиделись, возникли из-за нестабильной магии во время перемещения, было проще всего. Смазанные картины воспоминаний, вспышки перемещений, нарастающая боль в груди и крик Николаса – все это сложилось многогранной мозаикой, похожей на битый витраж. Для Литы это стало истиной.

Другая правда осталась там, в сгущающемся мраке Алэсдора, в алокарах, подставлявших бутоны дождю и крови.

«Нужно выбираться отсюда», – девушка попыталась собраться с мыслями, и тут же с удивлением отметила, что не помнит себя такой решительной… или все-таки помнит?..

Ей было сложно сосредоточиться на определенных фрагментах памяти. Они не давали ответов и только больше запутывали.

В коридоре раздались шаги, с каждым ударом сердца все ближе и ближе. Она могла отшатнуться обратно в темноту камеры и ждать, пока некто пройдет мимо, но вместо этого подняла взгляд, наблюдая, как приближаются тени.

Они стояли теперь напротив ее камеры. Низенький человек с повадками зверя и его высокий спутник. Их спины золотил свет факела, поэтому лиц было не разглядеть. Но Лита знала, что на нее направлены изучающие взгляды. Незнакомцы смотрели на девушку как на жертву. Как на добычу.

– Птичка в клетке. Посмотрите на это жалкое человеческое создание, господин! – смешок, которому ответило напряженное молчание. – Может, она согласится повеселиться с нами?

«Пожалуйста, просто уйдите», – Лита зажмурилась, чувствуя, что какая-то часть ее может разрыдаться прямо сейчас, не ожидая, пока уйдут надсмотрщики.

Приглушенный вскрик и звук падения заставили девушку вздрогнуть, открывая глаза.

– Мой господин! – тот незнакомец, что был ниже ростом, лежал теперь на каменном полу, стараясь отползти в темноту коридора. – Я ведь пошутил! Вы сами вправе решать, как поступать с пленницей.

– Твои шутки могут стоить тебе жизни, Шин, – промурлыкал «господин», нависая над подчиненным.

Лита успела заметить, как в руке нападавшего сверкнул металл, и дернулась, ударяясь о стену, когда коридор огласил крик.

– Пожалуйста, господин! Это ведь всего лишь девчонка. А я, ваш покорный слуга… – поток оправданий прервал очередной вскрик, смешанный с ругательствами.

– Эта девчонка – наше будущее. А ты всего лишь пешка, – убаюкивающий, спокойный голос совсем не вязался с несправедливым судом, который сейчас вершил этот страшный человек. – Мертвая пешка.

Девушка с трудом различала, куда мужчина наносил удары. Перед глазами плыло, реальность смазалась, став скоплением ярких пятен.

«Как можно быть таким жестоким?..» – она старалась не слышать криков, но сосредоточиться на чем-то другом не было сил.

В свете факела его волосы сверкнули закатными цветами. Это напомнило ей что-то… Хотя нет, невозможно! Лите на миг почудилось, что когда-то очень давно она видела незнакомца во сне. Но тогда сон не казался кошмаром. То была чудесная сказка о дружбе.