Танкистка Его Величества

Лев и охотники

Many a man would die as soon
Out of the light of a mage’s moon
‘Twas not by bolt, but yet by blade
Can break the magic that the devil made
‘Twas not by fire, but was forged in flame
That can drown the sorrows of a huntsman’s pain

Sam Lee & Daniel Pemberton — The Devil & The Huntsman​

Пышные бледно-коричневые крылья бесшумно несли сову над ночным лесом. Тысяча шорохов и тысяча запахов во тьме под молодой луной: это была её территория и её время. Достигнув тропинки, служившей ориентиром, сова снизилась и пронеслась над самой землёй, огибая стволы деревьев. Она слышала полный тревоги писк крупной мыши, прибежавшей сюда с поля у деревни. Грызун с топотом понёсся в укрытие через густую траву, но сова не обратила внимания на перепуганную жертву. Не сейчас. Тот, кто управлял телом ночной охотницы в данный момент, хотел увидеть нечто другое.

Люди — вот кто ей нужен. Четыре человека трусцой бежали по тропе в сторону ручья, один за другим перепрыгивая через поваленный бурей ветвистый вяз. Что-то сверкало и шумело на грунтовой дороге, ведущей от деревни к Высокому Сердцу. Сова приземлилась на ветку, настраивая уши-локаторы.

— Стоять! Кто отдал приказ отступать? — Три другие фигуры возникли на другом берегу ручья, демонстративно преграждая путь беглецам. Высокий мужчина в берете стоял в центре, на шаг впереди своих спутников — бородача в кепи, державшего пистолет-пулемёт в правой руке, и молодого парня ростом пониже.

— Там танки, — крикнул солдат, взбираясь на перекинутое через ручей бревно, — много танков и пехоты. Драконы прорвались на высоту, мы разбиты!

— И ты решил, что это даёт тебе право бежать с поля боя? — голос человека в берете звучал спокойно. — У меня самого есть танки. Прямо сейчас вы развернётесь на сто восемьдесят градусов и потопаете возвращать её обратно.

— Пошёл ты в жопу, — огрызнулся солдат, скидывая винтовку с плеча. — Возвращай сам свой грёбаный холм, с меня хватит!

Сова отвлеклась от разборки внизу и прислушалась к звукам на дороге. Органы слуха фиксировали нескончаемый рёв, звон и скрип. Много, слишком много машин двигалось в её сторону. Сколько же гадкого, ненужного шума производят эти люди.

Бах! — человек в берете выстрелил столь внезапно, что птица непроизвольно дёрнулась на ветке. Лишь воля неведомого хозяина удержала её от бегства. Послышался громкий всплеск: сова увидела, как наиболее дерзкий из беглецов мешком свалился с бревна в ручей. Вода невозмутимо журчала, огибая его тело и подхватывая хлещущую из раны кровь. Это было что-то новенькое. До сих пор в её лесу люди стреляли только в животных.

— Кто-то ещё боится драконов больше, чем львов?

Колонна бронетехники чёрной змеёй ползла по дороге, сверкая огоньками фар. Здесь становилось слишком шумно. Ухнув напоследок, сова сорвалась с ветки и понеслась прочь. Запах крови пробудил в ней голод. Теперь можно вернуться к мыши. Засранка не могла уйти далеко.

Арья открыла глаза. Пальцы автоматически нащупали прохладную рукоять пистолета.

С вечера она облюбовала для сна уютную ложбинку между пнём чардрева и бортом танка, где и плюхнулась прямо на расстеленный спальный мешок, не залезая внутрь. Подобное укрытие не могло защитить от падающих с неба осколков, но Арья ощущала острую необходимость подремать на свежем воздухе хотя бы пару часов. Лучше рискнуть, чем проснуться с больной головой, раскалывающейся от ядовитых миазмов топлива JP-8. Рядом с этими большими белыми пнями, помимо всего прочего, её охватывало необъяснимое чувство спокойствия и умиротворения, будто частичка родного Севера оказалась рядом.

Арья собиралась перевернуться на спину, но кто-то или что-то, подпиравшее её сзади, помешало осуществить задуманный манёвр. Интересное открытие. Подрик собирался поспать рядом с командиром, однако, он укладывался на более почтительном расстоянии. Арья была уверена, что это большое тело не могло принадлежать стесняшке Пейну… Да и вообще, Подрик никогда бы не отважился подобраться к девушке настолько близко. Джендри?

Спящий Уотерс размеренно дышал ей в затылок, приобняв за талию мускулистой рукой. С ещё большим удивлением Арья поняла, что это дерзкое вторжение в личное пространство ей не так уж и не нравится. Боги. Арр! От сильного и тёплого тела Быка пахло потом, порохом и керосином. Несколько секунд осознание необходимости срочно встать и взяться за дело боролось с желанием прижаться к парню покрепче, но в конце концов чувство долга взяло верх над секундной слабостью. Она ткнула Джендри локтем под рёбра, одновременно скидывая с себя его руку.

— Уотерс! Бык! Подъём!

Разбуженный Джендри выглядел сконфуженным и слегка растерянным.

— Ох… Прошу прощения, м’леди, я не нарочно… непроизвольная реакция на сладкий сон.

— Плевать мне на твои сны, — фыркнула Арья, поднимаясь на колени и вглядываясь в темноту. Часы показывали 2:15. Какая-нибудь глупая дорнийская кукла ему снилась, сто процентов. — Ланни идут.

Джендри последовал её примеру. Редкие винтовочные выстрелы хлопали где-то на занятом квохорцами холме, кричали ночные птицы. Танки эскадрона «B» синхронно запустили двигатели на своих позициях в долине, чтобы подзарядить аккумуляторы, мертвенно-белая осветительная ракета бесшумно догорала на севере. Ночь внизу шептала дюжиной мирных и военных звуков, но ничто не нарушало тишины на самом Высоком Сердце.

— Я ничего не слышу, м’леди, — ответил он, выдержав паузу. И добавил с надеждой в голосе: — Может, они не придут сегодня?

Арья посмотрела на Быка взглядом, не оставляющим надежд.

— Они уже пришли. Я знаю это.