Танталовы муки

Пролог

Ваньку снова мучили кошмары, настолько реальные, что каждый раз просыпаясь, он обливался холодным потом от ужаса. Всю ночь он ворочался в постели, глухо стонал сквозь сон, а иногда забывался в легкой дреме. Под утро, когда ночная темнота сменилась серыми красками, он в очередной раз вырвался из тягучей трясины какого-то мрачного сна, содержание которого он помнил с трудом, запомнилось лишь лицо Бейбарсова, хмуро взиравшего на своего соперника. Резко открыв глаза, Ванька сел на кровати, и потряс головой, вытряхивая из нее остатки неприятного видения.

Странно, но он чувствовал себя превосходно, ребра больше не отзывались на каждое движение тупой болью, нигде не саднило и даже заживающие после схватки со сфинксом раны не давали о себе знать обычной болезненной пульсацией. Удивленный, юноша решил прогуляться и найти Ягге, чтобы узнать, чем таким она его чудодейственным напоила. Спустив ноги на пол, он в потемках попытался отыскать тапочки, всегда стоявшие у его кровати, но рука нащупала только какую-то длинную палку.

Инстинктивно, совсем забыв, что магии у него уже нет, а своим кольцом он запустил в Мегара, Ванька произнес заклинание, чтобы развеять царившие в помещении сумерки. Вспыхнувший посреди комнаты огонек осветил все вокруг тусклым желтым светом, на стенах заплясали тени. Потрясенный до глубины души, Валялкин уставился на мерцающий шарик света – не имея ни капли магии, он только что сотворил заклинание! А значит, каким-то образом, его сила все-таки вернулась к нему.

Прислушавшись к внутренним ощущениям, он понял, что так оно и есть; та пустота, что появилась у него где-то в самой глубине души, так глубоко, что он легко мог отмахнуться от этого мелкого неудобства - эта пустота исчезла. Не сказать, что Ванька был безумно рад тому, что он снова стал принадлежать волшебному миру, да и решение отказаться от магии было обдуманным и взвешенным; он даже в свое время был рад, что больше ему не придется испытывать иллюзию собственного всемогущества, которое может дать магия. Но, если с этим открытием можно было повременить, по крайней мере, до визита к всезнающему Сарданапалу, то кое-что другое просто выбивало его из колеи. Комната, где он стоял сейчас, оказалась совершенно незнакомой, засыпал он в одной из палат магпункта, а проснулся совсем в другом месте. Более того, он мог поклясться, что он вообще уже не в Тибидохсе. Но где?

Его взгляд упал на стоящий неподалеку от кровати стол, на самом краю стола лежала черная папка, из нее выглядывали неровно сложенные листы бумаги. Он медленно подошел к столу, уже предвидя, что там увидит, но желая оказаться неправым. Вытянув наугад один из листков, он узнал в тщательно прорисованных на бумаге очертаниях лица Таню. Озаренный догадкой, он глянул на свою руку, в которой до сих пор сжимал найденный под кроватью предмет, и увидел бамбуковую трость, с которой так не любил расставаться Бейбарсов.

Все встало на свои места - он в жилище некромага! Но как такое может быть?

И где сам хозяин?