Таня. Чужая среди своих.

Глава 16

А тем временем Татьяна тоже не сидела на месте. Было у нее подозрение, что миром дело может и не закончиться. Вряд-ли их главный так просто упустит всю свою ударную силу, которую так долго собирал. На его месте Таня быстро и максимально жестко решила бы вопрос с Олегом, глядишь, и остальные бы языки проглотили. Все хотят жить, а жизнь под Упырем была у них, в общем, нормальная, сытая и пьяная. Лишь предложение Олега, поддержанное внушением Тани, и желание иметь еще больше, не делиться с Упырем, довольствуясь малой долей, склонила их на опасную авантюру. И, думала Таня, если этот их Упырь не полный дурак, а, судя по всему, это не так, то он быстро сообразит, что убрав Олега, он сможет моментально переломить ситуацию в свою пользу.

Поэтому, как только Олег скрылся в кафе, она вновь перелезла на переднее сиденье и, открыв окно, ловко выскользнула из машины. Стоянка была крохотная, поэтому Барсук вместе со щуплым официантом сразу же обратили на нее внимание, хотя сам момент ее появления пропустили. И она пошла прямо к ним, походкой от бедра, как видела по телевизору в показе мод.

Барсук, увидев симпотную телку, сразу заулыбался, блеснув золотой фиксой и решив, что этот подарок судьбы он не упустит. Уж больно скучно тут стоять. То, что телка вроде бы вышла из машины Олега и, скорее всего, это его баба, Барсука не волновало. Наглый был Барсук и, к тому же, спортсменов в душе призирал — не блатные. Ну, что он ему сделает? Попытается избить? Так Барсук его своим ножичком враз на ломти порежет. Конечно, не по понятиям у своего бабу драть, но какой он нахер свой? Так, баклан, пехота, расходный материал. Такому не грех и место его указать, тем более, последнее время этот фуфел стал слишком много на себя брать: типа, он основной среди спортсменов.

Все эти мысли Таня читала на его лице, словно он произносил их вслух, и тем шире становилась ее собственная улыбка. Раз такое дело, то этого говнюка и не жалко совсем. «Боевая трансформация первой степени» — скомандовала она уже теперь сама себе и на ходу скинула туфли. Ни колготок, ни носков она в этот раз не надела специально, но и ступая босыми ступнями по старому выщербленному асфальту, она ничего уже не чувствовала, словно шла по гладкой ровной поверхности.

И вот так, улыбаясь друг другу, они и встретились. Вернее, не совсем так. Правильнее сказать, это Танина пятка встретилась с носом Барсука, выбив из него красивый красный фонтанчик. Барсук не успел ничего понять: вот, девчонка идет к нему и на ходу зачем-то скидывает туфли, и вот уже, словно железная дубина врезается в его лицо и он начинает падать, открывая рот для крика.

Крикнуть, правда, не получилось, догоняющий второй удар ноги по голове выбил из него сознание надолго. Быстро надев туфли (в глазах стороннего наблюдателя — мгновенное смазанное движение), и проходя мимо, Таня одной рукой подхватила падающего Барсука и словно тряпичную куклу забросила его тушку далеко в кусты за кафе. Второй рукой она резко ткнула официанта в лоб, тот сразу сомлел, и собрался падать. Таня легко подхватила его тело, и вместе с ним прыгнула туда, куда упал Барсук.

Там, среди кустов, она уложила их рядом и ментальным вихрем прошлась по сознанию обоих, напрочь выметая все воспоминания последних минут, а заодно и усыпляя их — на всякий случай, чтобы не мешали. Часа на два, не больше, пусть поспят, парни, отдохнут от забот насущных. После этого Таня внимательно осмотрела официанта, решила, что по соотношению массы тела этот хиляк ей вполне подходит, и сосредоточилась.

Через минуту из кустов выбрался официант, внимательно огляделся, фиксируя все, происходящее вокруг кафе, потом внимательно осмотрел себя, отряхнул мусор, прилипший к брючине, и направился к черному входу.

***

В зале повисла тишина, которая, как казалось, даже тихонько звенела. Упырь сидел, задумавшись, словно полностью погрузившись в себя и, казалось, не замечал ничего вокруг. Выбор, который он должен был сделать, представлялся ему жизненно важным. Отпусти он сейчас спортсменов и все, с авторитетом можно попрощаться. Люди[1] перестанут с ним считаться, в их среде он потеряет лицо. И допустить этого никак нельзя. Но что делать? Спортсменов семь, блатных вместе с ним тринадцать. Но соотношение все равно в пользу спортсменов, те драться мастаки, их годами этому учили. Конечно, блатные со своими ножиками тоже не подарок, кровушка прольется, а кто-то, может, и прикажет долго жить. Но результат, разве такой результат может его устроить? Конечно, нет, с кем он тогда вообще останется? А, значит, что?

Упырь внимательно посмотрел на вставших спортсменов, чуть дольше задержав глаза на Олеге. А ведь, мелькнула у него мысль, если сейчас быстро убрать этого гаденыша, предавшего его, остальные точно сдадут назад. Это он их взбаламутил, без него они просто пешки! Решено! И Упырь медленно поднялся. Все взгляды были обращены на него. Никто не обратил внимания на щуплого невысокого халдея, вышедшего в этот момент из кухни с подносом, уставленным почему-то пустыми тарелками, и направившегося к столу.

— Ну что ж, Олежка, — улыбнулся Упырь, игнорируя остальных спортсменов, — мне жаль, что ты принял такое решение. Скажу честно, нравишься ты мне и со мной далеко бы пошел. Со временем, глядишь, старшим бы тебя поставил, человеком бы стал.

Он помолчал, и никто не решился нарушить это тишину. Потом Упырь хитро глянул на Олега:

— А то, может, передумаешь? Если что-то не устраивает, ты скажи, обсудим и все решим. Готов даже процент с доли поднять для тебя лично.

— Нет, — решительно мотнул головой Олег, — извини, Иван Юрьевич, но мы все решили.

— Эх, — огорчился тот, — ну, что с тобой делать? Вольному, как говорится, воля. Давай хоть обнимемся на прощанье, столько всего вместе пережили.

И Упырь, выйдя из-за стола, широко раскинул руки навстречу Олегу. Нож, спрятанный в широком рукаве красной рубахи и никому не видимый, скользнул к запястью, словно бы уже предвкушая погружение в мягкую горячую плоть. Трогательная картина, и впрямь, как отец прощается с сыном. Жаль, умиляться было некому, все друг друга слишком хорошо знали. Но и отказаться от объятий Олегу было никак нельзя, тоже, вроде как, потеряешь лицо перед ребятами, доверившимися ему. Он внимательно глянул на Упыря, вроде, ничего подозрительного, и зашагал ему навстречу.