Тархистанец и дракончик

Глава 5. Нарнийские гости

На следующий день утром Берка вызвали к генералу Ветру.

Поднимаясь в башню вслед за мальчишкой-стражем, Берк не сомневался, что с генералом его ждет палач. Лишь бы казнь назначили не слишком мучительную и долгую... Наверное, стоило попроситься сходить к бабушке Лилиан… Но вдруг и её бы подвел?.. Нет уж, сам сглупил, самому и отвечать, — размышлял Берк, с трудом поднимая ставшими тяжелыми и неповоротливыми ноги. Сколько еще осталось ступеней? Одна, вторая… Берк насчитал сто сорок три, когда его провожатый остановился перед деревянной дверцей и постучал.

Ну, вот и все, — подумал Берк, из последних сил заставляя себя переступить порог. И растерянно заморгал, пытаясь осмыслить увиденное.

За небольшим столом Ветр, еще трое старичков и одна старушка пили чай с печеньем. Одно из мест за столом было свободно, и генерал приглашающим жестом указал на него Берку. Юноша, на негнущихся ногах подошел ближе, краем глаза разглядывая присутствующих. Один из стариков был почти великаном — ростом… ну, не два с половиной метра, но близко к тому. Второй с остренькими чертами лица, напомнил Берку потомков дома Рогатого Роббина. Берк даже на ноги старичка посмотрел, но, похоже, ни копытц, ни рожек у него не было.

— Знакомься, — спокойно проговорил Ветр. — Это Липа, Тран, Перидан и Том. Советники короля и старейшие стражники Анварда.

— Садись, мальчик, — заулыбалась старушка-стражник, наливая пахнувший травами чай в стоящую перед Берком чашку. — Что ты, как неродной? Мы не кусаемся…

— Мы тут подумали, ты ж нам про армию вашего тисрока рассказать можешь, — прогудел двухметровый Тран.

Берк выдохнул.

Про армию он знал не так чтобы много… И основное орландцы наверняка и без него слышали от бабушки Лилиан. Так что заодно проверят не будет ли он им лгать…

— Почти все свободные мужчины служат в армии тисрока, мой господин, — проговорил Берк. — Во главе войска стоят чистокровные. Дети первых жен служат в гвардии тисрока. Потомки наложниц становятся солдатами…

Они проговорили довольно долго. Если Берка и пытались подловить на лжи, то делали это так тонко, что даже настороженный юноша не мог с уверенностью сказать, какие вопросы таили в себе ловушку.

Закончился разговор, когда в дверь постучал давешний мальчишка-страж и объявил о приезде нарнийского принца Гейла Победителя Драконов.

— Ступай вперед, Берк, — кивнул юноше Ветр. — Мы скоро будем.

Тархистанец поклонился генералу и стражникам и отправился на поиски обеденного зала.

Спустившись с башни Берк свернул не в тот коридор и только успел заподозрить неладное, как из-за поворота выскочила растрепанная и злая Эйлин в сопровождение горничных.

— Линни, матушка просила вас хоть примерить! — щебетали девушки, догоняя раскрасневшуюся принцессу.

— Берк! — обрадовалась Эйлин. — Хоть ты им скажи, пусть меня в покое оставят! У принцессы должны быть локоны и розовые платья с пышной юбочкой!

— Линни, ну ты хоть посмотри красота какая! Это же золотой паучий шелк!

— Берк! Скажи им!

Принцесса подбежала к юноше. Тот посмотрел на нее, на изысканное платье в руках у горничных, тяжело вздохнул, невольно вспоминая оставшихся дома единоутробных сестер, и неожиданно для себя произнес:

— У вас есть зеркало?

— Конечно, есть. В комнате, — растерянно ответила Эйлин. — Тебе показать?

— Да, принцесса. Пожалуйста.

В окружение девичьей стайки, Берк поднялся в другую башню и оказался в небольшом зале с зеркалами на стенах, книжками на столиках, вазочками с ягодами, букетами цветов, незаконченной вышивкой и вязанием…

— Взгляни, принцесса, — попросил Берк, подходя к зеркалу. — Вглядитесь в свое лицо. В ваш нос, широкий, как у пустынной львицы.

— Львицы? — растеряно произнесла Эйлин. — Почему львицы?

— У вас и высокий лоб и пронзительные глаза прекрасной хищницы, — уверено продолжал Берк. — Посмотрите сами, как вы отличаетесь от других людей. У этой госпожи, — не решаясь смотреть на девушек прямо, Берк кивнул на отражение горничной, стоявшей ближе других к зеркалу. — У нее черты лица тонкие, будто у той птички, которую вы, принцесса, крошками кормили.

Девицы смущенно захихикали, кокетливо поглядывая на Берка в зеркало.

— У вашего раба лицо темное и крючконосое, словно у грифа-падальщика, — предупредил Берк. — А теперь, о прекрасная львица, взгляни на своё платье. Видела ли ты когда-нибудь львицу в кружевах и бантиках? А прическа? Во имя драконов, какое черное колдовство заставляет львиную гриву свиваться, словно шерсть барашка?

— Овечки! — пискнула возмущенная Эйлин.

— Есть ли разница, о прекраснейшая из принцесс? Овца глупое трусливое грязное животное…

— Не правда! Я пасла овечек! Они милые и…

— Доброта принцессы, как море, не ведает границ. И крохотную птаху ты кормишь, и овцу неразумную называешь милой, и дерзкого уродливого чужестранца не велишь бить кнутом и палками…

— Берк! Не говори о таком! У нас никого не бьют и… — глаза принцессы наполнились слезами.