Тархистанец и дракончик

Глава 8. Побег

На третий день пути Берк наконец достиг Мозаичной площади.

Он честно пошел в Дом Королей, рассказал о неприятности с бумагой, которая приключилась с ними на морском берегу. Нарнийцы посмеялись, поохали сочувственно, выдали бумагу и кожаные чехлы к ней, ну и, конечно, убедили Берка отдохнуть, переночевать, а в обратный пусть отправиться с утра.

— Говорят, в прошлый раз ты много беседовал с нашей Этирен.

Стуча копытцами, к Берку подошла рогатая королева Лимньона.

— Прости, госпожа… — тархистанец вздрогнул и опустил глаза.

— Что ты, мальчик! — старая королева всплеснула руками. — Я хотела тебя поблагодарить… Малышка отказывается даже с друзьями играть. Мы сшили для ребят костюм дракона, а ей предлагали стать Гейлом или Медой… Предлагали поиграть в старые игры, но все без толку. К тому же она совсем перестала оборачиваться. Не думаю, что в таком юном возрасте ей полезно постоянно пребывать в человеческом обличие…

— Я разыщу Этирен, госпожа. Надеюсь, мои рассказы немного развлекут юного дракона, — с поклоном ответил обрадованный юноша. Он ведь и сам собирался поискать девочку…

— Берк!

Этирен даже искать не пришлось — сама с дерева соскочила и подбежала к смуглолицему чужестранцу.

— Ты вернулся!

Тоненькая, белокожая — точно фарфоровая статуэтка — чернокосая малютка повисла у Берка на шее.

— За тобой, моя юная госпожа, — прошептал Берк в детское ушко. — Покажешь мне место, где нас с тобой никто не сможет подслушать?

— Конечно!

Берк посадил Эти на плечо, и девочка повела его к любимому дубу. На него можно было без труда залезть и бесшумно подкрасться никто не сможет.

По дороге Берк рассказывал девочке, как они плыли к морю. Как капитан Дик уронил в реку подзорную трубу, и Берк с мальчишками ныряли, пытаясь ее достать, но в конце-концов трубу нашла рыжая Меда. Как ругался принц Дар, когда его начало укачивать в море. Какой огромный и красивый замок хочет построить для Гейла король Коль, и как ветер унес у Коля бумагу..

— А еще капитан Дик попросил меня наловить рыбы. В его мире ведь тоже едят и рыбу и мясо — как у нас в Тархистане, — продолжал рассказывать Берк, когда они с Этирен залезли на дуб. — Я сплел сеть и ночью ушел на лодке в море. И надо же такому случиться, но вся рыба на глубину ушла. Никого у берега нет! Я не захотел Дика расстраивать, поплыл дальше. Плыву, плыву и вдруг сверху на меня упала большая капля воды. Не капля даже, а словно целый стакан вылили. «Чьи это шутки?! На небе не облачка!» — подумал я и поднял голову. Прямо надо мной в ярком свете луны бесшумно летел огромный бирюзовый дракон…

Этирен, казалось, даже дышать перестала. Сидела, как птичка, вцепившись в ветку побелевшими пальчиками, и не сводила темных глаз с Берка.

— Я бросился на колени и закричал: «Приветствую тебя, о прекраснейшая защитница Тархистана!». Тогда драконица повернула ко мне голову, и я увидел слёзы в её огромных глазах! «Какая же я защитница, если любимого мужа спасти не смогла? Если моё драгоценное дитя растёт вдали от меня, и я даже не знаю, живо ли оно!». — «Я видел твоё дитя, о прекраснейшая!» — закричал я что было силы. — «Она жива, её назвали Этирен, и точно дивный цветок она растёт в Нарнии!». Стрелой упала драконица ко мне в море. Я только успел подумать, что волны потопят меня, как драконица подхватила хвостом мою лодку, и оказался я у самого лица защитницы Тархистана. Плача, просила она рассказать, всё что я знаю о её дочери. Пересказать ей наш с тобой разговор. И, наконец, наказала вернуться к тебе и попросить вместе съездить на Север — познакомиться…

— Не ведь моя мать — чудовище, — срывающимся голосом прошептала Этирен.

— Этого я не знаю, юная моя госпожа, — вздохнул Берк. — Я видел мать, тоскующую по-своему дитя. Видел жену, оплакивающую погибшего мужа. Она клялась, что не может сама прилететь в Нарнию и клялась отпустить тебя назад, если ты не захочешь остаться с ней. Говорила, что будет ждать нас с тобой у северной границы, что хочет хотя бы на миг увидеть дорогое свое дитя… Как знать, может быть именно ты сможешь убедить драконицу не нападать на людей?..

Этирен задумалась. Берк замолчал, не мешая малышке принять решение.

— Ты никому не рассказал о… маме? — наконец спросила драконочка.

— Никому, — ответил Берк.

— Не говори, — попросила Этирен. — Они не поймут. Даже бабушка Лимньона… Я им потом объясню.

— Как скажешь, госпожа моя, — кивнул Берк.

— Ты сейчас иди, отдохни, — продолжила девочка. — Только на кухню зайди — пусть тебе припасов соберут. А я лошадь для нас найду. Как стемнеет, приходи к этому дубу. Я буду ждать.

— Повинуюсь, моя госпожа, — улыбнулся Берк и ловко спустился с дерева.