Тариинские хроники

Тариинские хроники ч 11

Утром Лука ушёл на службу до того, как я проснулась. Лайра с детьми уехала в город, и я, не зная, чем себя занять, в одиночестве праздно шаталась по пустому дому.

Пошла на кухню, пооткрывала шкафы, «радующие глаз» стерильной пустотой, порылась в холодильнике. Да уж, грустно. Хотя, чего я ожидала от кухни человека, который домой приезжает лишь иногда и ненадолго?

Подумала, запросила у инфобраслета информацию по ближайшим магазинам. Вышло — недалеко. Отправилась в магазин, и, вернувшись с пакетами, полными продуктами, принялась за пирожки с яблоком и булочки с корицей. Мне всегда нравилось готовить, но реалии студенческой жизни к этому не располагали — кухни у нас не было, а готовить в комнатах не разрешалось. Поэтому все кулинарные экзерсисы оставались на время каникул.

Чаще всего мы готовили с бабушкой. Нет, матушке, нужно отдать ей должное, готовила великолепно, вот только кого-то другого на своей кухне она терпела с большим трудом. Валенсия же, вечно занятая на работе, готовила отлично и готовить любила, вот только время для этого находила редко. Однако для любимой внучки она всегда была готова сделать исключение.

Под эти мысли я раскатывала тесто и прикидывала — сделать ли для булочек глазурь или не стоит. Сама я слишком сладкое не люблю, а вот Лука... Вспомнив наши совместные приёмы пищи, поняла, что он на сладкое тоже не налегал, а потому заливать булочки сверху сахаром, пожалуй, не стоит. Эх, надо было ещё с мясом запечь, вот это бы он точно оценил. Жаль, эта светлая мысль пришла мне в голову слишком поздно.

Пряный, праздничный аромат плыл по дому невидимым волшебством, уносящим в воспоминания о чём-то светлом и радостном, о чём-то, что было родом из далёкого детства. А ещё в доме словно стало уютнее.

Вдруг мозг подсунул картинку, как я, вот так, хлопочу тут, на этой кухне, жду Луку со службы. В доме — тепло и уютно, на ковре в гостиной играют дети — девочка и мальчик, светловолосые, и так похожие на него. Дверь открывается, и я, радостная, бегу его встречать.

Наваждение пришло внезапно и через миг рассеялось, словно дым. А я обнаружила себя застывшей посреди кухни с противнем в руках. Ошарашенная, я потрясла головой для надёжности (чтобы вытряхнуть из неё дурные мысли), сунула в духовку вторую партию пирожков и начала приводить кухню в порядок с удвоенным рвением.

Когда я достала пирожки из духовки и дожидалась булочек, появился сам хозяин дома.

— Не помню, пахло ли в этом доме когда-нибудь на столько вкусно, — Лука как-то хитро прищурился, разглядывая меня с ног до головы, — однако, приятно. Не ожидал. Да ты полна талантов!

Я потупилась от комплимента, а на сердце стало тепло. Мужчина явно был голоден — умял большую часть выпечки. Он, вообще, отличался завидным аппетитом.

— Сейчас пойдём вниз, там есть небольшое изолированное помещение. Нужно завершить ритуал. — Хорошо.

Небольшое, ага. Во весь подвал дома, с потолками в два моих роста. Я бродила, разглядывая полки, словно в музее. Приятную часть помещения занимала большая библиотека с множеством книг — по большей части толстых и старинных, некоторые из которых, если судить по корешкам, были на старо-тариинском. Заметила пару книг под тёмными печатями — такие открыть можно только напитав кровью или магией хозяина. В дальнем углу библиотеки стоял уютный даже на вид диванчик с полосатым пледом и такими же подушками, а за ним — полка с книгами на разных языках, некоторые из которых я не могла идентифицировать. Надо же, не думала, что у инквизитора такая коллекция.

Чуть меньшее пространство занимали оружейная и лаборатория. Вдоль стен тянулись длинные полки, на которых стояли колбы, горелки и различные баночки-скляночки с травами, мазями и не известными мне разноцветными жидкостями. А ближе к правой стене стоял алтарь.

— Прямо логово темного колдуна, – удивлённо выдохнула я.

— Ложись головой в ту сторону, — мои слова пропустили мимо ушей.

— Раздеваться?

— Раздевайся, — инквизитор нагло ухмыльнулся, глядя, как мои руки потянулись к застежкам на платье, — если хочешь.

Я возмущенно фыркнула и легла на алтарь.

— Не захотела, — Лука притворно вздохнул, а затем окинул меня излишне внимательным взглядом, — ну ладно, буду так вспоминать. У меня абсолютная память, ты же помнишь?

Мне не стало стыдно. Мне стало необъяснимо смешно. Я, честно, пыталась сдержать смех, но вышло из рук вон плохо.

— Нет, ну это наглость! – Лука изобразил на лице возмущение, – я тут темный ритуал проводить собираюсь, а жертва на алтаре хихикает. Что за жизнь? Никакого пиетета к темному колдуну, — проворчал он, расставляя вокруг свечи и камни. — Ну извини, – я снова хихикнула. — Не извиню. Возьму пирожками, — руки легли на виски, — сейчас тебе, скорее всего, захочется спать. Не противься этому желанию.— Хорошо, — пробормотала я, и уплыла в сон.

Я шла длинными темными коридорами, и кто-то темный шел за мной. Нельзя оглядываться, нельзя останавливаться, нельзя смотреть. Нельзя, что бы чудовище, что идёт по следу, догнало.

Под босыми ступнями колко и холодно, и я чувствую, как холод с каждым вдохом пробирается в нутро, как цепенеет тело, немеет, теряя чувствительность. Хочется лечь прямо тут, и уснуть навсегда. Но спать нельзя. Страх сильнее. Страх гонит меня прочь от того, что идёт по пятам.

Я хожу и хожу кругами. Внезапно вижу, что руки мои в крови. Надо оттереть руки, я видела — кое где в приоткрытые окна в коридорах, по которым я иду, нападал снег.

— Аëве, — шуршит ветер в коридоре, — Аë...

Снег хрустит под ногами. Кто-то позади. Нельзя останавливаться. Или это выбитые стекла? Кажется, я знаю это место: это заброшенная школа на горе в Каньято.

Зачерпываю ладонями снег, тру руки, руки не оттираются. Безумно хочу найти выход. Здесь же был выход? Но куда бы я не повернула, в какую бы дверь не вошла, бесконечный серый коридор продолжается и продолжается.

Повернув очередной раз за угол оказываюсь в тупике, и вижу алый цветок, на лепестках которого танцуют огненно-красные всполохи. Алый цветок? Символ жертвенной любви, и он же — выход. Не знаю, откуда ко мне приходит эта мысль, но я тянусь, силясь сорвать его, но он словно ускользает из пальцев. Почти достала...