Тариинские хроники

Тариинские хроники ч 42

Джонатан, исхудавший до состояния скелета, обтянутого кожей, неестественно серый, но живой, покачиваясь стоял прямо передо мной. А затем он издал стон, закатил глаза и упал к моим ногам.

Две минуты мне понадобилось на то, что бы специальной формулой "вычистить" свою кровь от большей части дурмана успокаивающего зелья.

Огляделась по сторонам — никого. Отлично.
Проверила его жизненные показатели и магию и замерла: передо мной был словно он и не он одновременно.

Заразился? Не может быть, с его уровнем силы. Что тогда? Ладно, я подумаю об этом потом.

Тело было живо скорее благодаря подпитки магией, чем благодаря собственным ресурсам. Удивительно, что он в таком состоянии вообще куда-то дошёл.

Поспешно стала вливать в него силу, которая уходила, "как вода в песок", пока у самой не закружилась голова.

Так, стоп. Нужно как-то транспортировать его до дома, пока нас кто-нибудь не заметил.

Сама не дотащу. Потянулась мысленно к груде костей, что лежала в моей мастерской.

Через пять минут подле меня стояла тварь, похожая на костяного паука, вместе с которой мы донесли Джонатана до дома, затем — до его комнаты.

Хорошо подумав, я отправила паука "заметать следы" — неровен час явится Мейла с проверкой, а тут такое...

Нагрела воды, обтерла друга, как могла и переодела в чистое домашнее. Силой влила в него отвар восстанавливающих трав с мёдом. В сознание он не приходил, но состояние было хоть тяжелым, но стабильным.

Я угадала — через пару часов явилась госпожа Кегелапан с проверкой.
— Катарина, что опять?
— Простите, понемногу прихожу в себя. Вот, решила помощника создать, а то снег самой не разгрести, — костяной паук, которого я мысленно подозвала, вылез из кухни.
— Фу, извини конечно, но это мерзость. Ну ладно. Выглядишь ты отвратно, но я вижу, что ты оживаешь, — она внезапно шагнула ко мне и обняла, — давай, держись.
— Я держусь. У меня есть связь с пра-прадедом. Духи говорят, что брат жив. Я не теряю надежды.
Мейла отпустила меня, но отвела глаза в сторону.
— Да, надежда — это важно. Ну, я, пожалуй, пойду. Звони, если что.
— Да, конечно. Мейла, я тут поупражняюсь ещё, так что возможно будут другие всплески.
— А, ну хорошо. Я буду знать, что это ты.
И она ушла. Слава Богине.

Села писать Фаргву, подробно описав произошедшее.

Хорошо подумав вспомнила, что очень давно не писала Луке и не получала от него посланий, с того самого дня, как он написал мне то письмо о Джонатане... Вот ведь! Даже не поинтересовался ни разу — как я и что со мной. Написала и ему. Нет, не о том, что друг нашёлся, просто...

Ночь я провела в одной комнате с Джонатаном, переодически вливая в него специальный отвар и свою силу. К утру из его глаз, носа, рта и ушей полилась чернота. Совсем, как во сне. О Богиня, что это?

В какой-то момент он пришел в себя, открыл глаза и закашлялся. Резко вдохнув воздух прохрипел:
— Оно здесь. Он здесь. Я не хотел. Прости.
— Всё будет хорошо, всё теперь будет хорошо — я гладила его по холодному мокрому лбу, пока он кашлял, разбрызгивая черные капли, а затем снова потерял сознание.

Убрала всё и снова его переодела, отмыла комнату, и осознала, что сейчас потеряю сознание от переутомления и усталости. Легла на матрас, который принесла с вечера, в другом углу комнаты, и мгновенно провалилась в сон.

**********************

— Наконец-то, — Арион сгреб меня в объятия, — я скучал. Полетаем?
Сил противиться не было. Я знала, так действует привязка, но сделать с этим ничего не могла.

Зато дала себе задание — не забыть об этом знании, когда проснусь.
— Как полетаем? — огляделась. Вокруг были знакомые места, я часто видела их во сне... И ещё — в одной из прошлых жизней. Долина Эней, жемчужина мира драконов.
— Можно как прошлый раз: я стану драконом. А может иначе. Аёве, радость, это твой сон. Ты вольна менять его. Вспомни, как сама ты была крылата, когда вернулась на Драгон, презрев смерть...

И я вспомнила. Чистый восторг первого полёта. Бесконечное поле желтых маков внизу и горящий закатом горизонт вдали. Потоки воздуха, поднимающие огромное драконье тело, словно легкое пёрышко.

Я закрыла глаза, творя крылья — себе и ему. Но в этом мире, этой жизни я не была драконом. Я была человеком. Я была магом.

Крылья распахнулись за человеческой спиной, ловя порывы поднявшегося ветра. Сильные, большие крылья.

Разбежавшись, поймала восходящий поток и взлетела вверх.
— Ну же, Великий Хтанг. Ты не веришь себе или мне? — полёт дурманил разум необычными ощущениями, и не хотелось думать ни о чем.
Арион остался внизу ещё некоторое время, а затем, как-то неуверенно, встал на крыло.

Я летела над бесконечным полем желтых маков, навстречу золоту заката, упиваясь свободой, забытым ощущением ветра в крыльях и тем пьянящим чувством, которое нельзя осознать, пока ты сам ещё не летал.
— Стой! Аё! Аё!!! Каталина, стой!

Ах ты ж, зараза — даже имени моего не запомнил! Я сбавила скорость и приземлилась прямо среди маков.
— Катарина я!
— О, ну прости. Это имя весьма непривычно для меня.
Я лишь насмешливо фыркнула.
— Опять растворишься, как только я начну тебя расспрашивать?
— Нет, в этот раз — нет, — он подошёл и попытался меня обнять.
— Стой, — я сбросила его руки с талии, отступая назад, — почему во снах я довольно четко понимаю, кто ты, а днём остаются лишь разрозненные воспоминания? Почему сейчас я готова тебя зацеловать, но днем остается лишь смутный образ и тревога с тоской. И главное — почему ты здесь?
— Так много вопросов, котёнок. Что же, давай по порядку, — он протянул мне руку и я вложила свою ладонь, — всё дело в нашей связи.
— В привязке?
— Нет, Аё, не только в ней. Вспомни, как я пришел к тебе впервые. И почему я пришел.

Арион повернул меня к себе и поднял моё лицо за подбородок. Мои и его глаза встретились.