Тарос. Наследие звезд

4 - Привет, мам

«Привет, мам, у меня все хорошо…»

Нет, не так. Лилли начинает сообщение уже в третий раз и снова стирает. Пока оно достигнет Коллидана, пройдет пара-тройка дней, и все может поменяться. Вот только нужно ли маме и Тео знать об этом?

Каюта оказывается даже меньше, чем Лилли ожидала, но после долгих лет жизни в тесной колонии, где каждый нанометр на счету, это не вызывает у нее особого удивления. Гладкие светло-серые стены с матовым покрытием, встроенная кровать, столик с экраном и пара узких шкафчиков с большим рундуком. Душ, мини-кухня, отсек для утилизации отходов. Минимум уюта, максимум функциональности. Лилли ставит папин цветок в рыжем горшке, который привезла с собой из дома, на стол, и сразу становится чуточку уютнее.

Она прислоняется к дверцам шкафчика, прикрывает глаза и делает глубокий вдох. Академия. Она действительно здесь, это не сон и не шутка.

— О, привет! — Голос соседки заставляет Лилли вздрогнуть.

Девушка очень незаметно вошла и теперь сидит на своей кровати, скрестив ноги. Она темнокожая, с аккуратно заплетенными косами и большими выразительными глазами. — Ты новенькая?

— Ага, Лилли.

— Наоми. Добро пожаловать в академию.

Она улыбается, но Лилли улавливает в ее тоне что-то… сдержанное. Не враждебное, скорее — безразличное. Наоми здесь дольше и, кажется, пока не особенно горит желанием заводить новых друзей. Впрочем, как и Лилли: она и сама уже не помнит, когда у нее в последний раз были друзья. Пит не в счет, он больше коллега и несостоявшийся поклонник.

— Если тебе что-то понадобится, спрашивай, — добавляет Наоми, прежде чем уткнуться в экран планшета.

— Спасибо, — Лилли вежливо улыбается, хоть Наоми этого и не видит.

Ну, не самая теплая встреча, но хотя бы не конфликт. Этого достаточно — за первый день Лилли уже успела «подружиться» с Маркусом, который отвел ее за стол лузеров, о чем они сами ей потом и сообщили. Впрочем, по насмешливой физиономии Сая оно было ясно и так.

«Я даже завела новых друзей» — пишет Лилли в официальной версии событий для мамы, чтобы та не волновалась. Новые «друзья» Лилли, в общем-то, неплохие ребята, если не считать, что они — балласт, как здесь называют первогодок-аутсайдеров. За дальний стол отправляют тех, кто пока не нашел себе места. Кто едва прошел отбор и должен либо выгрызть право остаться, либо с позором покинуть академию, что для высокопоставленных семей равносильно пятну на репутации размером с туманность. Лилли понимает — это всего лишь испытание, чтобы сделать слабых сильными. Случайных людей здесь нет.

Однако пока что этот сброд, в котором Лилли предстоит учиться, слабо тянет даже на звание балласта. Нин Мяо, худенькая землянка с длинными черными волосами, — слишком неуклюжая, вечно что-то роняет, но вроде бы с умом. «Дай ей стакан воды — разольет. Дай ей схему звездного сражения — разложит на атомы», — сказал про нее Дейн за ужином.

Дейн с непроизносимой фамилией, которую Лилли даже не пыталась запомнить, — громкий, резкий тэш, с вечно растрепанными красными волосами, такими же яркими, как его коричневатая кожа, и улыбкой, которая прямо говорит: «Я снова вляпался, но зато как весело!». Вляпываться он, судя по всему, умеет. Дейн тут же сообщил Лилли, что еще утром успел подраться в мужском туалете, а вечером — почти взорвать тренировочную лабораторию. Сразу начал раздражать, в основном из-за того, что явно не может усидеть на месте: пока они ужинали, он дважды умудрился уронить свой стакан и дважды — успеть схватить его в полете.

Третий «новый друг» Лилли, самый тихий — коренастый и угловатый арайн по имени Эйвен Й’Арин, серокожий, с едва заметными рожками на лбу и рассеянным взглядом. Мямля, явно не умеющий постоять за себя, но кажется хорош в инженерии. За ужин Лилли не услышала от него ни слова, он даже будто стеснялся на нее смотреть лишний раз, вместо этого все время пялясь в какие-то схемы на своем планшете.

Они странные. Они не вписываются. Они — балласт. Но если подумать, Лилли ведь тоже.

Она откидывается на спинку стула, вглядываясь в экран перед собой. Академия… Здесь все слишком идеальное. Чистые, светлые коридоры с мягкой подсветкой. Отсутствие грязи и пыли, к которым она привыкла на Коллидане. Скользящие двери, безупречная навигация, удобные каюты. И еда. О да, еда. Не склизкие грибы всех сортов, а настоящий выбор — блюда, которые раньше казались ей роскошью. Сочный белковый стейк из натурального мяса, ароматные горячие булочки, фрукты, которые после изгнания их семьи с Земли она видела только на картинках.

Все это должно радовать. Должно.

Но Лилли чувствует странную тяжесть. Здесь она — никто. Ей нужно не просто заслужить место, ей нужно его оправдать. Доказать, что не зря получила этот странный шанс. Доказать, что она не просто балласт.

И еще есть он. Маркус Сай.

Высокий, крепкий, с резкими чертами лица и светлыми, почти белыми волосами. Он человек, но какой-то слишком бледный, Лилли бы даже сказала, ледяной: холодный, точный, непоколебимый. А его глаза… Они словно цвета вечной ночи на астероиде. Глубокие, темные и почти бесконечные, как пустота за пределами станции. Когда он смотрит на нее, кажется, что ее оценивают. Нет, ее судят.

Она могла бы восхищаться им, но прямо сейчас — ненавидит, потому что эти глаза смотрят на нее как на лишний багаж, и вряд ли когда-нибудь посмотрят хотя бы как на человека.

Лилли закусывает губу и снова стирает текст.

«Привет, мам, у меня все хорошо…»

Но так ли это на самом деле?

Чтобы отогнать навязчивые мысли, она уже собирается засесть за изучение пропущенных лекций, как вдруг уведомление на браслете сообщает, что ей нужно идти на медкомиссию. Времени на раскачку нет.

Лилли выходит в коридор, сжимая в ладони браслет-идентификатор. Дисплей светится мягким синим, напоминая, куда ей нужно. Медотсек — вон за тем поворотом. Коридоры академии будто бесконечны, и в какой-то момент Лилли всерьез начинает бояться, что заблудится. Но вот, наконец, медблок: стерильное пространство с мягким освещением, где пахнет антисептиками и чем-то, что она не может сразу определить.