Татарская жена

✧ Глава 18 ✧ ❈ Последний разговор ❈

Мама умерла в девяносто втором. Тихо, во сне. Как хотела.

За день до смерти мы сидели на кухне. Пили чай. Молчали — как умеют молчать только близкие люди.

Потом она сказала:

— Миляуша.

— Да, мама.

— Я горжусь тобой.

У меня перехватило горло.

— За что? Я же... ушла. Предала. Десять лет молчания.

— Ты ушла — и вернулась. Это труднее, чем не уходить. Для этого нужна смелость.

— Какая смелость? Трусость. Сбежала от проблем.

Мама покачала головой.

— Признать ошибку — не трусость. Трусость — упрямо идти не туда, потому что стыдно повернуть.

Я молчала. Слёзы текли.

— Ты — хорошая дочь, — продолжила мама. — Хорошая мать. Хорошая женщина. Я вижу.

— Мама...

— И внуки — хорошие. Гузель — огонь, как ты. Ринат — вода, как отец. Оба нужны. Огонь и вода.

Она взяла мою руку. Ладонь сухая, тёплая, вся в морщинах.

— Передай им. Всё, что знаешь. Всё, чему я тебя учила. Не дай ниточке порваться.

— Не дам, мама. Обещаю.

Она улыбнулась. Закрыла глаза.

— Устала. Посижу немного.

Я сидела рядом, держала её руку. Не знала, что это — последний раз. Что завтра проснусь, а её — нет.

Но может, она знала. Может, поэтому и сказала — всё, что хотела сказать.

Татарские женщины чувствуют такие вещи. Корнями чувствуют.



Отредактировано: 01.06.2026





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять