Таверна Блуждающий очаг

Глава 1. Знакомство. Очаг на разломе

Пол под ногами дрожал не от пьяного тролля. Это был глубокий, почти неслышный гул, идущий из самых основ, заставлявший дребезжать кружки на полках и замирать пламя в очаге на долю секунды. Я ухватилась за край стойки, привычно улыбнувшись перепуганному Громиру. Его глаза, широко раскрытые за густой бородой, метались по залу.

«Не волнуйся, старина» — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал спокойнее, чем я чувствовала сама. Под ногами все еще вибрировало.
«Просто сворачиваем с дороги. Скоро прибудем.»

Пока последние вибрации затихали, мои руки уже двигались сами собой. Соскользнувшая кружка — поймана прежде, чем успела разбиться о каменный пол. «Эй, Борк!» — крикнула я в сторону кухни, где слышалось громыхание котлов.

«Две порции твоего рагу из баранины для столика у окна! И хлеб, не забудь!» Швырнув тряпку на стойку, я подхватила тяжелый кувшин с элем. Бысто оценила зал: Громир уже успокоился и допивал свой эль, пара полуросликов оживленно спорила о цене на лунные камни, а в самом темном углу... там сидел он. Гарт. Орк-наемник, угрюмый как грозовая туча, уставившись в свою почти пустую кружку. Снова. Вздохнула про себя.

Подходя к его столику, заметила, как его огромный кулак сжимается вокруг глиняной кружки, на боку которой зияла свежая трещина. Отлично. Еще одна жертва прыжка. Мягко положила руку на столешницу рядом с его могучим предплечьем.
«Еще эля, Гарт?» — спросила ровным тоном, пока он лишь мрачно кивнул, не отрывая взгляда от темного дна кружки. Мои пальцы легонько коснулись трещины. Шепот, больше похожий на теплый выдох, вспышка под подушечками пальцев — и глина сомкнулась, будто раны и не было. Гарт даже не дрогнул. Никто и не заметил, кроме меня да... Дома. Возвращаясь за стойку, почувствовала легкое, успокаивающее тепло, исходящее от старого дерева под ладонью. Удовлетворение. Дом был доволен прыжком. "Спасибо, старина" — мысленно послала я ответную волну благодарности. Где-то с потолка донесся едва слышный, успокаивающий скрип балок — почти как кошачье мурлыканье. Огонь в очаге весело затрещал, разбрасывая искры, когда я проходила мимо к окну.
В Горном Перевале за ставнями лежали суровые серые скалы, редкие сосны, цепляющиеся за уступы, и холодный ветер с вершин. Я откинула тяжелый засов... и меня обдало влажным, соленым воздухом, густым от запаха водорослей, рыбы и смолы. Вместо скал — бескрайняя синева, сливающаяся с горизонтом. Деревянные причалы покачивались на волнах, а над ними с пронзительными криками носились белокрылые чайки. Морская Гавань. «Блуждающий Очаг» мягко, с тихим стоном старого дерева, «пришвартовался» на краю портового квартала, его основание чуть глубже ушло в знакомую землю.
Дверь таверны с грохотом распахнулась, впуская шум рынка, крики грузчиков и двух новых гостей. Люди. Но по выцветшим от соленой воды кожаным курткам и десятку потайных карманов — типичные дети Лесной Гавани. Контрабандисты. Их глаза, острые как ножи, скользнули по залу, задержавшись на Гарте и на мне.
«Хозяйка!» — рявкнул тот, что покрепче, с размаху усаживаясь за свободный столик. «Два твоего самого крепкого! И чтобы быстро, дела ждут!»
Кивнула, наливая в две толстые кружки темный, как ночь за окном, портер. Их «самое крепкое» — это был сигнал. Для кого-то в зале. Бизнес как обычно. Пока несла кружки, уловила обрывки их приглушенного разговора:
«... говорят, в Шпиле переполох...» — шипел один.
«... да уж, сокровищница...» — буркнул другой, отхлебывая портер.
«... что-то ценное сгинуло... через *дикие* врата, слыхал? Полный бардак...»
По спине пробежал холодок, не от морского ветра. Дикие врата... Поставила кружки перед гостями с профессиональной улыбкой.
- Надеюсь, их волны не донесутся до нашего порога, с вас 15 мядиков.
Крепыш скривился, но швырнул на стойку горсть монет.
- Держи, красотка. И не подслушивай, а? Дела не твои.
- В Блуждающем Очаге все дела становятся моими — парировала я ровно, собирая медяки.
- Но ваши секреты – ваша ноша. Приятного. Он хмыкнул, недовольно, но отвёл взгляд, погрузившись в свой мутный портер и шепот с напарником. Я отошла, делая вид, что вытираю стойку. Дикие врата... Кража из сокровищницы... Сердце неприятно сжалось. Это пахло большими неприятностями, способными докатиться и до таких, как я, кто знает дороги потише.

Мысленно потянулась к тихому, глубокому гудению балок над головой. Ответом было едва ощутимое теплое давление — как рука на плече. Ободрение. И... предостережение.
Подошла к открытой двери. Сумерки сгущались над гаванью. Шум стихал, сменяясь плеском волн о бревна причала и далекими криками чаек. За моей спиной гудел довольный зал, наполненный теплом, светом очага, запахами жареного мяса, эля и старого доброго дерева. Уют. Пристанище. Дом.
Но слова контрабандистов висели в воздухе, как дым.

В этот момент дверь снова открылась, пропуская знакомую сутулую фигуру Дирка. Старый докер, морской волк с лицом, изборожденным морщинами и ветром, и вечной трубкой в зубах (хотя курить внутри я запрещала). Он был одним из немногих постоянных в Гавани, кто мог потягаться в древности с самим «Очагом».
- Арис, солнышко! — его хриплый голос прокатился по залу. Слышал грохот – значит, ты вернулась! Как скалы? Все еще торчат?»
- Все на месте, Дирк — улыбнулась я, уже наливая кружку его любимой светлой медовухи. Добро пожаловать!
Он шлепнулся на табурет у стойки с благодарным стоном, принял кружку и сделал долгий глоток.
- «Аххх... Вот это бальзам. Спасаешь старика, дочка. Его острые, выцветшие до бледной голубизны глаза изучали меня.
- «А ты-то чего бледная? Скалы напугали? Или гости нынче беспокойный? Он кивнул в сторону контрабандистов, которые тут же понизили голос. Я наклонилась к нему, понизив голос.
- Слухи, Дирк. Тревожные. Только что подслушала – в Королевском Шпиле кража. Из сокровищницы. Говорят, что-то очень ценное. Лицо Дирка сразу стало серьезным. Он отставил кружку, постучав костяшками пальцев по дереву стойки – старый моряцкий жест против сглаза.
- Кража? Да не просто кража, солнышко! Весь порт об этом шепчется с утра! Он оглянулся и наклонился еще ближе, запах соли и табака стал гуще. - - Говорят, вынесли одну из Самоцветных Жизней!
Я замерла Самоцветные Жизни, даже мне живящей на изломе, приходилось слышать о них. Легендарные артефакты, дарящие исцеление от любой хвори, чуть ли не воскрешение. Их было всего восемь на все королевство! Четыре – у короля…
- Одну из королевских? — прошептала я, чувствуя, как холодеют кончики пальцев.Дирк мрачно кивнул.
- Саму главную, поговаривают «Сердце Феникса». И не просто вынесли, а унесли прямиком через разлом! Он ткнул пальцем куда-то вниз, под пол. - - Дикий, неучтенный! Без контроля! Стража с ног сбилась, ищет. Говорят, вор – не местный. Силач, с тёмными делами связан. Гавань уже прочесывают, жди гостей в мундирах. Он снова глотнул медовухи.
- Держи ухо востро, Арис. Такие вещи… они как магниты для беды. И где окажется беда – одному Небу ведомо. Его слова повисли тяжелым грузом. Кража артефакта Жизни. Через дикий разлом. Это было куда хуже, чем я боялась предположить. Это касалось основ. И если искали через дикие разломы… «Блуждающий Очаг» был хоть и уникальным, но легальным узлом. Но в глазах перепуганных стражников любая аномалия могла стать подозрительной.
- Спасибо, Дирк — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. Предупрежден – значит вооружён.
- Всегда пожалуйста, солнышко — он потрепал меня по руке, и в его глазах мелькнула отеческая забота.
- Ты для нас как маяк. Держись крепче.
Надеюсь, их волны не донесутся до нашего порога — мысленно повторила я, глядя на контрабандистов, а потом на угрюмого Гарта. Но теперь надежда казалась хрупкой, как та кружка, что я починила. Дикие врата... Самоцветная Жизнь...

Ощущение натянутой струны, готовой лопнуть. Подошла к открытой двери. Сумерки сгущались над гаванью. Шум стихал, сменяясь плеском волн о бревна причала и далекими криками чаек. За моей спиной гудел довольный зал, наполненный теплом, светом очага, запахами жареного мяса, эля и старого доброго дерева. Уют. Пристанище. Дом.
Но слова Дирка и обрывки разговора контрабандистов висели в воздухе, как ядовитый туман.
Глубоко вдохнула соленую прохладу ночи, пытаясь унять дрожь в руках. Потом твердо захлопнула тяжелую дубовую дверь, повернула ключ в массивном замке. Заперла ночь и ее новые, смертельно опасные тайны снаружи.
Внутри «Блуждающего Очага» было безопасно. Но впервые за долгое время я усомнилась: надолго ли?