Таверна Блуждающий очаг

Глава 5. Первые шаги

Дверь за Генри и возницей захлопнулась, и гулкая тишина зала навалилась на меня, нарушаемая только потрескиванием поленьев. Я прислонилась лбом к прохладному дубу косяка, пытаясь унять дрожь в руках. Документы. Мандат. Опасные пассажиры. И это.. ощущение от прикосновения Эрлина. Мысли путались, как клубок ниток после игры кота.

«Ну что, старина, - прошептала я, поглаживая стену. - Приняли груз посерьезнее. Держись».
Стена под пальцами едва заметно задрожала - глубокий, усталый вздох Дома. Он был настороже. Я оттолкнулась. Работы - выше крыши.

Кухня «Блуждающего Очага» -мое второе святилище и вотчина Борка. Высокие, закопченные потолки, увешанные связками лука и душистых трав. Густой воздух, пропитанный дымом, специями и соленой свежестью привезенной рыбы. В центре -огромный каменный очаг, где в медных котлах уже побулькивала уха. Борк, мощный и невозмутимый, как скала, уже колдовал у стола, его нож мелькал, превращая морковь в идеальные кубики.
- На вахте, камрад? - бросила я, натягивая фартук. Наше давнее приветствие, дань морским корням Борка.
- Вахта на камбузе, кэп, - отозвался он, не поднимая глаз, но уголок рта дрогнул в знакомой полуулыбке. - Груз особый прибыл. Меню тоже особое?

- Для гостей в мундирах -морское ассорти, - кивнула я, подходя к столу со стерлядью. - Уха из Марговой рыбы, вяленый тунец, маринованные мидии и закуски - лучшие. Для работяг, к обеду думаю - уху и картофель с мясом горного рыва подать.
- Принято. - Борк как всегда коротен и быстр.

- И, Борк... С такими гостями да грузом... нам не помешает пара лишних рук. Сегодня же повешу объявление.
- Борк хмыкнул, рубя зелень.

-Давно пора, кэп. Только чтоб не воровала. И не сплетничала как сорока.
- Постараюсь найти шуструю и честную, -пообещала я, улыбнувшись.

Мы погрузились в работу. Молча, слаженно, как шестеренки одного механизма. Я чистила рыбу, руки двигались быстро, на автомате, но ловила себя на мысли, что выбираю самые лучшие куски для той тарелки. Просто чтобы показать уровень, - убеждала я себя, но мысль о проницательных, темных глазах капитана Эрлина где-то наверху не давала покоя. Дом ворчал - старые балки наверху поскрипывали под незнакомыми шагами.

Два часа пролетели незаметно. Когда последние закуски легли на тарелки, а ароматы достигли апогея, я сбросила фартук.
- Старина! Кухня на тебе! Я пока пойду проверю свою находку.

Люми встретила меня радостным писком из своей корзинки за стойкой. Фиалковые глаза сияли, как самоцветы. Рана на боку под чистой повязкой выглядела куда лучше, жемчужное истечение почти сошло на нет.
«Ну как ты, малыш?» - я осторожно взяла ее. Она тут же уткнулась теплым носиком в ладонь, посылая образы: солнечный зайчик на стене, танцующее пламя очага, сверкающая капля воды -все пронизано тихим счастьем и любопытством. «Рада, что тебе лучше.
Но слушай, тут у нас гости новые...» -мысленно показала стражников. Люми насторожилась, шерстка слегка встала дыбом. Особенно сильная волна тревоги накрыла при образе рыжей саламандры. Но следом - легкое, почти шаловливое желание: Играть? Шарик света? Я невольно улыбнулась.
- Позже, кроха. Сперва перевязка. - Я обработала рану мазью Элиоса (старик знал толк!), чувствуя, как Люми тает под пальцами, посылая волны благодарного тепла. Ее доверие согревало душу.

Стражи спускались неторопливо, заполняя зал ощутимой волной дисциплины и скрытой силы и главное, уже в обычной одежде, которая не выдовала в них королевских стражей. Эрлин шел первым. Его взгляд скользнул по мне - быстрый, острый, как укол, - но не задержался. За ним - его команда
- Хозяйка Арис, позвольте представить команду, - его голос был ровным,деловым. - Братья Риан и Киан.
Вперед шагнули два рыжих вихря. Близнецы, лет двадцати шести, в дорожной одежде, не лишенной бравады.
- Риан! - огорошил один, подталкивая соседа. - Старший и красивейший! На его плече вспорхнула крошечная птичка с оперением, переливающимся всеми цветами радуги - расписной малюр.
-Врешь как бард слагает песни! - парировал второй. - Я Киан, старше на целых десять минут! И куда круче!» По его руке стремительно пробежал пестрый паук-скакунчик, замерший на плече живой брошью.
- А это Джампер. Отличить нас проще простого: у Риана глаза - как лужа после дождя (голубые), у меня - как первая трава (зеленые). А вместе мы - гении стихий! Воды и земли!

- Шалопаи, - процедил Эрлин, но беззлобно. - Но в деле не подведут.
«Сириэль», - представилась следующая, едва кивнув. Эльфийка. Изящная, молчаливая, как лесной ручей подо льдом. Пепельно-белые волосы туго заплетены в два длинных хвоста, открывая острые уши. За спиной - лук невероятной красоты из серебрянного дуба, покрыто го тончайшей, словно живой, резьбой. На ее кожаной перчатке гордо восседал сокол с пронзительным взглядом -Скай.
- И рыцарь Гаррет, - закончил Эрлин. Мощный мужчина лет тридцати, с волевым лицом и короткой черной шевелюрой, в которой резко выделялась одна седая прядь у виска.

На поясе - меч и топорик, выглядевший внушительно, несмотря на размер. Он что-то бормотал себе под нос, разглядывая потолочные балки.
- Гаррет? - позвал капитан.
Рыцарь вздрогнул.
- А? Да... Гаррет. Простите, высчитывал... эээ... нагрузку на стропила при прыжке. Он смущенно потер переносицу. «Хозяйка, у меня просьба... Мой друг, Флай... Он снаружи. Нельзя ли... впустить? Очень воспитанный! Просто... не любит одиночества. В его глазах читалась искренняя тревога.

Я кивнула и подошла к двери. На пороге стоял... не пес. Зверь. Огромный, лохматый, но невероятно грациозный. Шерсть цвета темной меди лоснилась и переливалась в солнечных лучах. Умные, преданные глаза смотрели на меня. Лесной волкодав, без сомнения.

- Боги... - вырвалось у меня. - Он прекрасен! Конечно, Флай, заходи. Добро пожаловать. Пес вежливо ткнулся холодным носом в мою ладонь и проследовал внутрь, улегшись у ног Гаррета, излучая покой. «Но, Гаррет, чтобы не смущать гостей - прошу выводить его через черный ход, со двора. Миски, вода- все будет».
- Благодарю, хозяйка! - Гаррет просиял, словно ему подарили королевство, потрепав пса по загривке. Флай блаженно зажмурился.

Стражи расселась за большим столом. Мы с Борком начали подавать. Аромат томленой картошки с рывом и наваристой ухи смешивался с тонкими нотами морских деликатесов. Братья тут же схлестнулись из-за мидий, Сириэль ела с эльфийским изяществом и молчанием, Гаррет шептался с Флаем, делясь кусочком. Эрлин отодвинул тарелку, его саламандра дремала рядом на стуле.
- Арис, - начал он, когда первый голод утих. - Проясним ситуацию для всех.
Его голос натянул тишину, как тетиву. Даже близнецы замолчали.

-Все знают о краже Самоцветной Жизни. Вор -профессионал, использует дикие разломы. Он здесь. Наша цель - найти его, вернуть артефакт, избегая шума. «Блуждающий Очаг» и его хозяйка -наше прикрытие и база. Это риск для них. Относитесь соответственно Он повернулся ко мне.
- Ваши наблюдения в Морской Гавани ценны. Что видели или слышали подозрительного перед отъездом?
Все взгляды уперлись в меня. Под столом колени слегка дрожали, но я вдохнула поглубже.
- Контрабандисты, - начала четко. - Двое, из Лесной Гавани. У меня в зале. Болтали о краже в Шпиле, сокровищнице... Я постаралась вспомнить дословно:
«...что-то ценное сгинуло... через дикие врата, слыхал? Полный бардак...». «Потом, на рынке.. взрыв. Глухой хлопок, сиреневая Вспышка из переулка, запах озона. И ощущение...»

Я замолчала, подбирая слова.
- Как будто пространство не сдвинулось, а его разорвали. Грубо. Такого я не чувствовала даже в самые резкие прыжки Очага. - Я
опустила взгляд, умолчав о крошечном существе, пославшем мне образ падения. Не сейчас. Слишком опасно.

Эрлин слушал, не мигая.
- Контрабандисты... повторил он задумчиво. - Описание?
- Выцветшие кожаные куртки, куча потайных карманов, - ответила я. - Глаза - острые. Один - крепкий, рявкал. Второй - поменьше, шипел.
- Хорошо. Это ниточка. Их найдем, когда вернемся в Гавань. А ощущение разрыва.. - Эрлин обменялся взглядом с Сириэль. Та едва кивнула.
- подтверждает наши данные. Вор не просто пользуется разломами, он их создает. Насилует ткань мира. Это опасно. Он отпил воды. - Теперь правила. В каждом городе - минимум четыре дня. Чтобы не маячить. Но не больше семи - чтобы не закиснуть. Наш следующий пункт?.
- Серебряный Ручей, - ответила я. -Торговый городишко. Прыжок - через три дня, утром.

- Идеально, - легкая тень улыбна мелькнула на его лице. - Там есть человек. Он мог видеть или слышать нечто. Ваша таверна - идеальное место для встречи. Но сперва -разберемся, что здесь. - Он встал.
- Арис, не составите компанию по городу? Под видом закупок. Ваше знание местных, моя наблюдательность. Осмотримся, послушаем слухи. Проверим следы. И...- он слегка наклонил голову, - вам же провиант нужен?
- Да, буду благодарна, плюс ещё помощницу найти нужно.
- Тогда решено, в путь! Ребят, не толпимся разходимся, но посторайтесь быть вилимы. Копитан сразу вошёл в рабочую атмосферу и не хотел ничего откладывать.

Горный воздух врезался в легкие -чистый, колючий. Солнце слепило, отражаясь от снегов. Я шла впереди, корзинка на сгибе локтя (под тканью шевелилась Люми), Эрлин - на шаг Сзади и слева, как тень телохранителя. Сначала - молчание. Формальность. Я кивала знакомым рыбакам у причала, зашла к Тоферу за яблоками, оставила у плотника Геннадия заказ на доску. У биржи труда приколола листок: «Требуется помощница в «Блуждающий Очаг». Трудолюбие, честность,
готовность к пути. Оплата достойная». Эрлин молча наблюдал, впитывая все.
Постепенно лед начал сдавать. Перекинулись парой деловых фраз.
- Поставщики здесь надёжные? -спросил Эрлин, берясь помочь донести тяжелую корзину с яблоками до моей тележки у рынка. Его рука в грубой перчатке коснулась моего предплечья.

И снова. Краткий, но невероятно ясный толчок тепла, волна абсолютного спокойствия, смывшая на миг всю тревогу. Я замерла. Эрлин резко одернул руку, лицо - каменная маска, но в глазах мелькнуло знакомое смятение.
«Да... Да, надежные, - проговорила я, торопливо отводя взгляд. - Элиос, Мели... Тофер..» Стресс. Игра воображения. Только, - яростно твердила я себе.
Мы углубились в шумные ряды. И тут мой слух выхватил обрывки у лотка со специями:

«... вчера под вечер, в ущелье за Седой Скалой...»

«...свет, как молния, только лиловый...»

«....земля ходуном! Думал, горы рухнут!»

«...опять этот разлом? Говорят, в Гавани тоже...»

Я обернулась к Эрлину, кивнув в сторону группы шахтеров в замасленных куртках, пивших чай у жаровни с каштанами.
-Те, что в грязном - с рудника у Седой Скалы. Видели вчерашнее, наверняка.
Эрлин оценивающе кивнул.
- Поговорим. Он подошел первым, его движения были спокойными, неагрессивными, но в его позе и взгляде вдруг появилась безошибочная авторитетность.

- Доброго дня, - начал он, голос ровный, но громкий, чтобы перекрыть шум. Шахтеры настороженно подняли глаза.-Слышал, вчера в ущелье за Скалой неспокойно было? Земля тряслась, свет странный?

-А вам-то что? - буркнул самый крупный, с лицом, изборожденным морщинами и угольной пылью.
-Опасность, - просто сказал Эрлин. - Такие вещи... могут к обвалам привести. Люди гибнут. Хотим понять, насколько все серьезно. Вы там были? Его тон был вежливым, но не допускающим отмазки, и в нем явно звучала забота о них.

Шахтер смягчился, почесал щетину.
- Были. Под вечер, смена кончалась. Сначала - гул, под ногами. Потом - бац! Фиолетовая вспышка там, в глубине ущелья. Яркая! Глаза резала. И запах... электричеством пахло, как перед грозой.
- И долго гул шел? До вспышки или после? - мягко встрял я, зная, как шахтеры чувствуют землю.
- До. Минут пять, не меньше. Потом -тишина. И - бах! Свет.
Эрлин кивнул, благодарный.
- Спасибо. Будьте осторожнее там.

Мы двинулись дальше, к пекарне старика Мирона. Аромат свежего хлеба витал в воздухе.
- Мирон! - позвала я. - Хлеб как всегда - божественный! Старик улыбнулся во весь беззубый рот.

-Арис, солнышко! Бери, бери, только из печи!
Эрлин шагнул вперед, его манера сменилась на чуть более дружелюбную. - Да, запах чудесный. А вы, дедушка, вчера вечером не слышали гула? Или земля не дрожала? Мы вот с хозяйкой «Очага» думаем, не опасно ли фундаменту... -он ловко подобрал повод, связав это с моими заботами.
Мирон засуетился.
- Ох, слышал, слышал! Сам чашку чуть не уронил! Гул - как будто великан в горах стучит. А потом - бац! Свет в окно брызнул, лиловый! Я аж перекрестился!

- А в какую сторону свет-то БИЛО? -спросил Эрлин непринужденно, беря булку.
- Да в ту! - Мирон махнул рукой. - Где Седя Стоит! Точно!
Мы обменялись с Эрлиным быстрым взглядом. Подтверждение. Седя Скала. Он кивнул Мирону.
- Спасибо. Хлеб возьмем две булки.
Работая вместе, мы нашли ритм. Я знала, к кому подойти, кто что может знать. Эрлин - как спросить, чтобы получить нужное, подстраиваясь под человека: с шахтером - твердо и о безопасности, со стариком-заботливо и о быте. Неловкость от случайных прикосновений (он помогал нести покупки, я показывала дорогу) висела между нами, но профессиональный интерес и общая цель брали верх. Я ловила себя на мысли, что его вопросы точны, а умение слушать - впечатляет.

И тут Люми в корзинке взвизгнула пронзительно, коротко. В голову ударила волна чистой, леденящей тревоги. Не страх. Предупреждение. И образ: темное ущелье, ощетинившееся скалами, и там - сгусток искаженного, больного сияния.

Точно как тогда, на рынке! Взгляд Люми сквозь ткань был устремлен туда, к Седой Скале.
-Что с ней? - резко спросил Эрлин, его рука легла на эфес меча. Саламандра на плече проснулась, насторожилась, ноздри трепетали.
- Она... чувствует, - с трудом выдавила я, прижимая корзинку. - Там... В ущелье. То же, что было в Гавани. Тот же... разрыв. Я посмотрела на него. Его лицо окаменело, глаза сканировали горы с холодной яростью охотника. Слухи стали кошмарной реальностью.

- Возвращаемся, - тихо, но не допуская возражений. - Сейчас. Он взял тяжелую корзину из моих ослабевших рук. Наши пальцы снова едва коснулись. Миг тепла. Мгновенное успокоение посреди хаоса. На этот раз Эрлин не отдернул руку сразу, а на миг замер, его взгляд встретился с моим. В темной глубине его глаз читалось не только понимание угрозы, но и что-то еще... признание? Доверие к моим словам и Люми? Или отзвук того странного покоя?
Мы быстро зашагали к Очагу. Воздух больше не казался чистым. Тень вора и его ужасных «инструментов» нависла над Перевалом. Но между хозяйкой бродячей таверны и капитаном королевских ищеек, сквозь страх и неловкость, протянулся тонкий, прочный мостик. Первые шаги в опасном танце были сделаны.