Таверна для попаданки, или неожиданное наследство

Глава 19

Продавать подозрительные вещи, что остались после отчима, стоило как можно быстрее. Мы обрадовались, когда пришедший Дорн привёл суетливого, но делового мужчину средних лет, мистера Капри.

Что тот хотел от нас, сам Дорн и рассказал:

— Я рассказал, что у вас на складе много лет хранятся дубовые бочки, и теперь они вам ни к чему. Вот, мистер Капри как узнал, что они в отличном состоянии и продадим мы их за умеренную плату, сразу решил и приехать.

Мистер Капри с достоинством подтвердил:

— Всё верно, так и было. Однако прошу заметить, если бочки будут соответствовать заявленному качеству. И я так понял, что есть бочки в баррель (163,66 литра), а есть и в полбарреля. Хотелось бы осмотреть товар хорошенько перед покупкой.

На эти слова я заметила:

— Я продаю не все бочки, все по полбарреля я оставляю себе, а те, что в баррель, оставлю половину. Таким образом, продать я смогу четыре бочки. Я их все проверила уже, и они все одинакового качества. Так что, мистер Капри, вы можете выбрать любые четыре.

Мы прошли в ту самую комнату, мистер Капри удивился такому странному союзу вещей, но я пояснила, что мы просто сгрудили всё, что думали продавать и освобождали место для ремонта. Именно такую тактику я и выбрала, потому что даже намёка хватило бы местным, чтобы новость о награбленном пошла по городку.

Пока мистер Капри осматривал бочки, а после мы торговались, он, успел рассмотреть и другие вещи, сложенные в комнате. И обратился ко мне, показывая на несколько вполне себе приличных наборов упряжи для лошадей:

— Я бы взял пару, я заметил вполне приличные, хотя и подержанные сбруи. А ещё у меня знакомец есть, сдаёт лошадей и экипажи внаём в Саутгемптоне. Ему бы тоже очень пригодились бы упряжи, если вы отдадите за разумную цену.

Я кивнула, а сама поняла, что нужно со всем вниманием заняться разбором вещей в комнате и выбрать то, что нам следовало оставить себе.

Я прошлась ранее по комнате, мы с Анной обсудили, что оставим себе, собираясь перенести всё нужное наверх. Мы ждали только мужчин, собираясь разобрать вещи и освободить комнату.

Анна тоже удивилась и спросила, зачем мне столько бочек. На что я ей резонно ответила:

— В таверне погреб есть удобный, ты сама говорила, что мама, а прежде дед там запасы хранили: рыбу солёную и копчёную, мясо, овощи. А я хочу капусту солить, огурцы. Грибы, да и яблоки мочёные можно. Ту же рыбу, да и свиньи у нас есть. Почему бы не разнообразить питание и не заинтересовать гостей, если у нас появилась такая возможность. Что думаешь, Анна?

— Что-то ты рассуждаешь, милая, как опытная в жизни женщина, а не как молодая девчонка.

Я пожала плечами и напомнила:

— Это я тебя внимательно слушала, да и кое-что я всё же помню, как было раньше.

Анна одобрила мои планы и даже горячо поддержала. Зимой и весной продукты были дороже, поэтому запасы нам нужны были, тем более мы могли успеть что-то сделать до сезона, пока весна входила в свои права.

В общем, с мистером Капри мы сторговались к общему удовольствию, да и его другу я обещала продать по разумной цене, тем более тот купит больше.

От всех этих вещей стоило избавиться как можно быстрее и забыть о прошлом.

Покупатель нас покинул, вполне довольный, быстро забрав весь купленный товар, отправив к нам своих работников на возке.

Мужчины быстро взялись и по нашим просьбвм разнесли вещи, какие куда следует: наверх, на кухню, в зал, в подсобку. Часть мы оставили для быстрой продажи.

Бочки мужчины отнесли частью на кухню, благо она в таверне была вместительна, а часть сразу спустили в подвал.

Весь день мы все работали, почти не отдыхая. Мы с Анной два раза отходили, чтобы приготовить на всех сначала обед, который в Англии обычно был с десяти до одиннадцати, а ужинали здесь с четырёх до пяти. Это были приёмы пищи с горячим. Здесь ложились рано, и вставали тоже. Утром обычно ели хлеб с сыром, и начинали работать.

После горячего ужина мы дегустировали мы напитки, принесённые Дорном, как раз после пяти. Стояла поздняя весна и темнело позже, но всё равно вечер уже ощущался, и мы уютно устроились на кухне, так как остальные места были пока непригодны для подобного.

Мы с Анной начали с напитков без алкоголя, это была медовуха с клюквой. Этот напиток был весьма неплох и холодный, и тёплый. Я оценила его сладость с приятной кислинкой.

Попробовав буквально ложку медовухи хмельной, да с пряностями, я предложила Дорну наш, русский напиток, который готовил дед, а мне он всегда очень нравился:

— Сбитень! Кроме медовух, грога, браги, и вот этого, что я ягодами, предлагаю подавать согревающий сбитень.

Дорн заинтересовался странным названием, спросив:

— Хм, он тоже с мёдом? Не слышал такого названия. И как же его готовят?

— Несложно, Дорн. На два галлона воды (а я уже знала, что наш литр равнялся примерно двум галлонам) берут примерно… — Вспомнила, что здесь считали и фунтами, и унциями, но унцию мне было легче запомнить и перевести. В унции было двадцать восемь грамм. Так что: — четыре унции мёда (сто грамм) и столько же патоки. Нужно смотреть по сладости, всегда можно прибавить. Сначала следует вскипятить, добавить пряности и проварить минут пять. После снять с огня и дать настоять полчаса. А перед подачей лучше процедить.

— И какие же пряности следует добавлять в этот напиток?

— Мне нравится с корицей, гвоздикой, хмелем, душистым перцем и мускатным орехом. Всего понемногу, а получается и согревающий, и приятный, ведь мёд добавляет сладости. Сбитень путешественникам самое то давать, а у тебя бы мы и закупались на кухню мёдом дополнительно.

— Я бы попробовал этот твой сбитень, иназвание странное какое. Откуда ты рецепт знаешь?

Я пожала плечами и нашлась:

— Разговор торговцев слышала. Из далёкой страны, где всю зиму лежит белый снег и где реки застывают, покрываясь сверху коркой льда.

— Ну, у нас край не так суров. Это на севере Шотландии, может, и суровый климат, а у нас хорошо. Но очень уж влажно.