Таверна "Зелёная фея"

Глава 7. Лосса мстит, а Ольф преподносит сюрприз.

Надеяться на то, что барон Лосса молча снесёт оскорбление, не стоило. Это понимала даже Виара, несмотря на радужную призму, через которую она смотрела на мир. Все началось через неделю после того, как Робб защитил Космину и получил за это отповедь. Посреди ночи Виара услышала шум и крики и подскочила, как ужаленная. Её сорочка, купленная в ярмарочный день, промокла насквозь из-за кошмаров, которые опять гнали Виару сквозь туманный лес. Она села на кровати (первую кровать Робб отдал ей, установив её в отдельную комнату, а сам всё ещё спал на полу) и прислушалась. Крики доносились с улицы, и Виара как будто узнавала среди них зычный бас Робба. Она спустила ноги на прохладный пол и подкралась к окну — до них хулиганы пока не добрались. Ольф, который спал в ногах, встрепенулся, тревожно поднял рогатую голову. В глазах его плясали изумрудные отблески.

Летние ночи были густые и темные, и в глубине бархатного неба невидимая рука рассыпала бриллианты звезд. По небосклону лениво скользил острый месяц, проливая серебристую росу на землю. Виаре бы замереть так у окна, прижав руки к груди, и любоваться красотой и мудростью мира, но всю романтику портили резкие грубые выкрики снизу.

— Будешь знать, на кого рога выставлять, баран! — орали чужаки. Их было двое, и они, казалось, плясали под светом звезд: то приближались к дому, то отскакивали от него.

— И кто же такой смелый, что подослал пару слизней вместо себя? — отвечал им Робб, и голос его прокатывался в темноте, словно валун. — Барон как-его-там?

— Никакой не барон! — вскричал фальцетом чужак. — Не барон, ты, тупоголовое чучело!

— А ну как разрублю вас на куски и отправлю глупому барону в бочках! — пророкотал Робб. В лунном свете мелькнуло лезвие топора. Незваные гости заорали и бросились наутёк. — Ещё раз вас увижу, разговаривать больше не буду! — закричал им вслед Робб. Потом осмотрелся, что-то притоптал в углу таверны. Обошёл дом вокруг, что-то долго проверял и только потом скрылся внутри, надёжно заперев дверь. Через несколько секунд шаги его послышались на лестнице, и Виара быстро уселась на кровать, сделав вид, что она не подсматривала за сценой в окне.

Дверь тихо отворилась, и Робб просунул в комнату косматую голову.

— Не спишь?

Виара сидела на кровати, скрестив ноги, и блестела в темноте огромными глазищами.

— Нет. Я услышала крики.

— Ээх, разбудили тебя, — он вошел в комнату. — Это прихвостни барона как-его-там. Пришли поджигать таверну.

— Поджигать? — ахнула Виара.

— Ага, — мрачно отозвался Робб. — Хотели в окно бросить бутылки с подожженными тряпками, да только не получилось. Окна-то перебили до них. Спасибо деревенским хулиганам, — он невесело усмехнулся. — Я поймал их, когда они пытались поджечь угол дома.

— Главное, что ты услышал и опять нас спас, — Виара широко улыбнулась.

“И выдернул меня из кошмара”, — этого она не сказала, потому что ей казалось, что простой и прямой Робб не поймёт её переживаний из-за обычного сна. А ещё было в этих снах что-то глубоко личное и страшное, то, чем она не готова была делиться.

— Ага, точно, — Робб немного помялся, а потом опустился на диван, беспардонно отодвинув возмущенного Ольфа. — Виара, у меня есть… эм… просьба.

— Да? Чем я могу помочь?

Робб поставил локти на колени, сцепил пальцы. Ольф забрался Виаре на руки и показательно улёгся в них, как будто заявляя свои права.

— Ты запомнила приправы, которые советовал Дрелондон? Я хотел тебя попросить сходить к Космине и узнать, есть у неё что-то из этого. Деньги я дам.

— А сам почему не сходишь?

Робб молчал под любопытным взглядом Виары. Сидел, поставив локти на колени, сцепив пальцы рук. Большой и какой-то нескладный с этими своими чувствами, с которыми он не знал, что делать. Ужас после кошмара растворился, и её веки снова стали тяжелыми. Ольф о чем-то мурлыкал на своём, было тепло, уютно, и хотелось спать.

— У меня тут работы полно. Надо кровать доделать, надоело на полу спать. Да и как я тебя здесь одну оставлю? — Робб помолчал. — Ну так что, сбегаешь?

— Сбегаю, — зевнула Виара.

— Договорились, — он тут же подскочил с кровати. — Увидимся утром.

— Спокойной ночи, Робб.

***

После стирки платье оставалось всё ещё влажным, и Виара натянула его, морщась от неприятных ощущений. Но делать было нечего: другого у неё не было, и она горячо надеялась, что одежда высохнет под утренним солнцем. Виара выпила молока с хлебом, натянула свою нелепую шляпу, закрывающую уши, и отправилась в деревню. Ольф, получил законную порцию молока, отправился с ней.

По дороге её то и дело одолевал смутный страх: стоит ли соваться туда, где от жителей она видела только обиды и упрёки? В прошлый раз её спасал Робб, выраставший из-под земли, словно огромный гриб, а теперь его рядом не было, и все могло закончиться плачевно. Зато с ней был Ольф, маленький и пушистый, как ручное облачко, зато отважный и с большим сердцем. Ей стоило бы у него поучиться.

“Я должна быть сильной, — думала Виара, сурово морща лобик. — Не должна быть обременением для него. Девушка не позволяет давать себе щелбаны, а бьёт первой. Первой!”

Вертя в голове тревожные мысли и так, и эдак, Виара добралась до деревни. Вопреки её опасениям, никто на неё особого внимания не обратил, и она спокойно прошла по центральной дороге на другой конец, к дому Космины.

Сама Космина отыскалась в огороде. На этот раз она работала не одна, а в компании двух мужчин и одной девчонки. Сама Космина полола гряды и, увидев эльфийку, сначала обрадовалась, а потом вдруг стала мрачной. Подошла к ограде, утерла пот над верхней губой тыльной стороной руки, другую упёрла в бок.

— Ты чего пришла? — спросила Космина. Дыхание её сбилось, а щеки раскраснелись от работы на солнце. Лоб блестел капельками пота.

— Доброго тебе утра, — широко улыбнулась Виара.

— Так какое ж это утро, — неприветливо ответила Космина. — Мы уж давно в поле. Ты по какому вопросу? Или так, от безделья?