Тая из Ренкрифа

Глава 26

Спустя два года.

Знойная летняя жара беспощадно припекала лицо. Они с Вальдагаром находились за городом. Чародей вёл её по золотому полю, где когда-то она и Дэйгон пробирались сквозь метель, а сейчас девушка мучается от солнечного пекла. Впрочем, это куда терпимее.

- Долго ещё? – спросила жрица, продолжая идти, но постоянно теребила воротником белой рубахи.

- Нет, мы пришли, - с присущей ему, причудливой улыбкой ответил мужчина. – Сожги поле!

- Зачем? Труда это не составит, ты знаешь, - возражала она, остановившись выставила руки в боки. Ужасно жарко, волосы липли к мокрому лбу, спина вспотела под тонкой рубашкой, а уж про длинную жёлтую юбку вообще промолчим. Грудь её вздымалась и опускалась от тяжёлой отдышки.

- Сожги, - твёрдо настоял Вальдагар, определённо тоже мучаясь от жары. В отличии от девушки, он шёл в рубашке на распашку, хотя в штанах тоже жарко.

Два прошедших года дали понять Тае: хоть он и необычный человек, своенравный и хитрый, тем не менее, верить ему можно. Ещё за это время, она научилась владеть огнём ещё аккуратнее, чем раньше, а потому, она спалила поле, никак не навредив стоящему на нём чародею, оставив на миниатюрном клочке травянистой по бёдра земле.

- Теперь возроди?

- Чего? – захлопала ресницами Тая. – Я жрица и чародей, а не феечка цветов.

- Ты просто никогда не пробовала. Я заметил, что чаще учил тебя уничтожать, а не возрождать.

- Исцелять то научил, - поправила Тая.

- Исцелять, значит поправить, а возродить, значит вернуть мёртвое к жизни, - говорил чародей, срывая маленький цветочек.

- Ты же не учишь меня запретной некромантии? - изогнула бровь чародейка.

- Я не учу её использовать на разумных: людях или асхаях, - подчеркнул Вальдагар, ухмыляясь, а затем тот цветок, с которого он сорвал его часть, зацвёл заново. – Сядь, на землю, что убила.

«Обязательно так говорить?», - подумала она, и молча села.

Мужчина начал ходить вокруг неё и давать следующие указы:

- Вспомни поле. Каким оно было до сожжения? Не озвучивай, просто представь.

Тая в своих мыслях воплотила в жизнь погибшие растения.

- Верни ей жизнь. Какие звуки, движения?

Трава и цветы в воображении засверкала на солнце, заколыхалась и зашумела, поддаваясь горячем ветру. Пальцами рук, она ощутила, как порывается из земли новая жизнь. Они уже касались её лица, нежно и мирно, щекотя её белоснежную кожу, и поднимая рыжие кудрявые локоны, своими растущими листьями.

Жрица открыла глаза, поле, действительно возродилось. Сердце затрепетало от самой себя, от того, что смогла вернуть к жизни то, что убила.

- Это я к тому, что заметил, как на каждой тренировке, ты переживаешь за всё, что ломаешь. Раньше, не придавал этому значения, ибо, в отличие от тебя, не отношусь к ним так серьёзно. Для меня, если что-то уничтожено, значит, так и надо. Но, я словно и забыл это, а ты напомнила.

- Хочешь сказать, вернула ценность ко всему для тебя, - ухмыльнулась Тая.

- Вроде того. А я, показал, что некоторое можно вернуть. И когда ты будешь на поле битвы, не переживай за увечья. Ты сможешь восстановить и исцелить людей.

После этого короткого, но важного урока, они перешли на следующий. Вальдагар нападал, а Тая защищалась и отражала удары. Он бросал в неё ледяные шипы, она их растапливала, не успевая долететь. Чародей кружил её в вихре воздуха, но жрица создала барьер, что защищал.

За эти два года, изменилось не многое. Лингрея и Мауэль прибыли в Даагор и ответственно занялись планом битвы. Кстати, взаимоотношения между ними изменились. Они стали ближе, проявляя друг к другу настоящие чувства. Многие из Белого леса не могли не заметить ту любовь и заботу, что питала их сердца.

Решено, что уже Анфель нападёт первым. На этом настоял Дэйгон, потому что просто ждать, когда Ренкриф бросит снаряды на их территории, он не хотел. Тая его в этом поддержала, а следом и согласились все остальные.

В Даагоре, пусть всё ещё не слишком сладко, но земли процветают, после того, как жрица освятила их. Это было кропотливо и забирало много энергии, тем не менее, она хотела, как можно скорее вернуть Даагору жизнь.

Вальдагар со многими травниками, лекарями и другими чародеями, готовили снадобья и лекарства. Кузнецы ковали оружие и брони.

Гвинлайд создал у жрицы мнение идеального короля: добрый, мудрый, умный, но, где надо, суровый. Жаль, что из-за тяжелой ситуации в Даагоре, ему пришлось много времени провести вдали от семьи, что проживала в Рафне, кстати говоря, по слухам его сын и жена прекрасно справлялись с ролью регентов. Король стал для Таи прекрасным другом, который умел слушать и порой давать дельные советы.

Что касается самой жрицы, каждый день, она тренировалась бою на мечах и магии. Раз в неделю, она уходила на спящий вулкан, потому что там огромный источник силы и энергии Даагора. Рядом с ним, находилось ещё и горячее озеро, в которой девушка часто ходила купаться.

Священная магия бурлила в ней. Поначалу она ощущала её слишком отчётливо, и, порой не могла сдерживать, как и раньше. Однако, всего через четыре дня, научилась и смогла создавать настоящие огненные вихри.