Театралы

Глава 1. Мой прекрасный незнакомец

Я люблю балет, особенно в Большом. Моё увлечение: ходить в одиночестве на разные спектакли. Почему в одиночестве? В какой-то момент мне надоело искать компанию, а балет не надоел. Пойти впервые одной было необычно, но я пристрастилась. И вот, в очередной раз, я, прогуливаясь по залам театра в антракте, набрела на буфет. Приглушенный желтый свет смешивался с кораллово-красными стенами. Низкие потолки и перегородки создавали уют и интимность: двери отсутствовали, вместо них были арки, отделяющие буфет от коридора едва уловимой границей. В буфете еще оставались посетители, но большая часть толпы уже схлынула. За столиком сидел мужчина, раскинув руки и ноги, занимая весь диван. Пиджак был снят и положен на колени, а верхняя пуговица рубашки расстегнута. Одна рука лениво покачивала лёд в стакане с виски, опираясь предплечьем на стол, другая — закинута на спинку дивана. Черты лица были похожи на линии размашистого почерка перьевой ручки: чёткие, строгие и выверенные. Седые и короткие волосы оттеняли глаза, напоминавшие лёд. Несмотря на закономерную помятость брюк и рубашки, хорошо читалась дороговизна костюма: подогнан по фигуре, ткань держит форму, и цвет ему к лицу — оттенок выбирался явно тщательно. Конечно, он был не один, но в данную секунду пребывал в одиночестве.

Он вдруг бросил на меня взгляд и нахмурился. Рука с виски остановилась. Я смутилась и отвела глаза. Видимо, слишком долго рассматривала. Вернувшись на своё место в амфитеатре, я продолжила разглядывать посетителей партера. Мой взгляд упал на прекрасного незнакомца, вернувшегося из буфета, с не менее прекрасной девушкой. Разница в возрасте у них была стандартной для партера — лет двадцать. Я находилась ровно посередине. Мужчина был серьёзен, собран, и только глядя на свою спутницу, чуть напоминал кота. Девушка весёлая, в красивом вечернем платье в пол и перчатках. Такие пары не редкость здесь. Может, из-за костюма по фигуре было ощущение сильного тела, а может, это особенность манер — движения были спокойными, но строгими, без какой-либо мягкости. Он бросил на меня суровый взгляд. Простите. Я снова поспешно отдернула глаза. Мне просто интересно. Кто он? Чиновник, удачный бизнесмен, бывший бандит, банкир. Что значит встречаться с таким человеком? Он будет указывать, что делать, подавлять? Хотя подавляют те, кто не уверен в себе. Не думаю, что ему это интересно. Или наоборот, сказочно ухаживать, дарить дорогие подарки, если верить соцсетям. Только это будут, конечно, не совсем подарки. Скорее инвестиции. Хотя, какие инвестиции? Покупка, сделка. Вот более верные слова. Покупка молодости и красоты. О чем с ним можно говорить? Скажешь глупость — и тебя заменят. А может, пытливый ум будет его раздражать, и, наоборот, нужно нести смешные глупости. Что он любит? Точно не балет. Начался второй акт, который поглотил и меня, и все мои мысли.

В следующий раз я увидела своего незнакомца через пару месяцев. В нём ничего не изменилось, кроме спутницы. На этот раз я пыталась остаться незамеченной в своих наблюдениях в антракте. Я не смотрела так явно, как в прошлый раз, переводила взгляд туда и сюда, на разных участников привилегированной жизни. В какой-то момент, когда они выходили из зала, я посмотрела на него, и он поймал меня, как будто ждал. Только в этот раз он смотрел по-другому: лицо не было серьёзным, но он и не улыбался. Скорее, изучал. А я опять смутилась. Надеюсь, он не подумает, что я его преследую.

Я никогда не спешила в гардероб. Можно подождать, когда все уйдут, и спокойно забрать своё пальто последней. Не изменяя своим правилам, я оставалась на своём месте, ожидая растворения толпы. Мой взгляд упал на того же персонажа, и он опять поймал меня. Странно. Зачем он это делает? Я не смутилась и не убрала глаза так быстро. Он спокойно стоял в пол-оборота. Пиджак был снят, и он держал его на одном пальце на плече. Пронзительно голубые глаза таранили меня. Он ухмыльнулся и ушёл, оставляя меня в недоумении.

Мой следующий поход в театр был с подругами. Нам удалось купить три билета в партер, почти рядом. Лена и Наташа весело перебирали имена современных постановщиков, которые им нравились. Театралы делятся на два типа: эрудиты — те, что знают всех исполнителей, постановщиков, редакторов, сюжеты спектаклей и имена главных героев, — и те, кому на это всё равно, и они просто наслаждаются действом. Я была больше второго типа, Лена — явно первый, а Наташа — всегда колебалась. Еще когда мы только зашли в зал, я заметила его. Наши места были сзади и справа, его — в центре и в первых рядах. Сегодняшний балет состоял из трёх актов, поэтому антрактов было два. На первом я специально не смотрела на него. И Лена так удобно встала, опершись на переднее сидение. Меня было почти не видно, когда он проходил. Помимо любопытства, во мне возникало чувство тревоги, особенно после его ухмылки. Что его рассмешило? Что он вообще думает обо мне?

На втором перерыве мы все-таки решили размять ноги. Я отбилась от подруг и потеряла их из виду. Меня застал врасплох бархатистый бас:

— Добрый вечер, постоянно вижу вас тут. Вы так любите балет? — лицо было дружелюбным, тон голоса тоже, уголки губ даже изображали улыбку.

— Да, есть такое, — я попыталась подавить волнение и тоже приготовила лицо для вежливой беседы.

— Как вам постановка?

— Великолепно, как всегда. — Да что он хочет?

— Дорогой, вот ты где! — тут же откуда-то появилась высокая брюнетка в перчатках выше локтя, бесцеремонно взяла его под руку и даже не посмотрела на меня.

— У вас красивая спутница, — я улыбнулась и глазами снова стала искать подруг. — Мне надо найти подруг, простите.

После спектакля Лена декларировала, что ей понравилось, а что нет. Наташа возражала, защищая главную солистку. Я думала о голубых глазах и новой спутнице.

В другой раз я сидела на своём любимом месте в амфитеатре и разглядывала пополнение моей коллекции: небольшую книжечку со статьями о проходящем спектакле, фотографиями старых и новых исполнителей. У меня дома есть отдельная полка для таких экземпляров. В каждом из них, как закладка, лежит билет из Большого. Я раздала часть книг, которые достались мне от матери, чтобы освободить место. В такие моменты партер меня не интересовал, и это было взаимно, но не сегодня.