Тебе не скрыться от меня

Глава 4

В квартиру тетки приезжаем быстро, почти без пробок. Встречает она меня с русским гостеприимством. Уже из прихожей виден накрытый стол человек на десять, хотя у них семья состоит из четырех, ну и плюс я, пятый. По обалденному аромату, что кружит в воздухе, понимаю: еще что-то допекается в духовом шкафу. На столе стоят напитки, как алкогольные, так и без. Катя, моя кузина и старшая сестра Артема, подбегает и с радостным визгом обнимает меня.

— Не будь ты моим братом, я бы в тебя влюбилась! С приездом, Дени! — и целует меня в щеку.

—Я бы тоже была в тебя влюблена, не будь ты моим племянником. И если бы была лет на двадцать пять моложе. Хотя о чем это я? Я и так в тебя влюблена!

Моя тетя Таня — святая простота. О своих чувствах всегда говорит открыто. Она подходит и крепко обнимает меня, а после целует в обе щеки.

— Ну мама! Разве так можно? — возмущается Катя. — Ладно я так сказала, но ты-то куда?

— А чем я хуже тебя?

— Это, знаешь ли, обидно, мам, — встревает в разговор двух женщин Артем, — мне ты так в любви не признаешься.

— Ты оболтус, Тёма! Симпатичный, милый, но оболтус.

— Мам, ну так я же моложе, мне еще погулять надо, да и учусь я. Вот закончу универ, стану много зарабатывать, тогда признаешься в любви?

— Оболтус ты не поэтому, Тём. Связываешься с неподходящими для тебя девушками, мне такие невестки не нужны. Вот станешь серьезным, как Даня, тогда и признаюсь.

Тетя любит называть меня на русский манер, и ее сразу поправляет дочь:

— Мама, не Даня, а Дени. Ну что ты, в самом деле?

— Мне плевать, как его называют американцы, для меня это Данька, племянник, сын моей сестры. Как же ты похож на своего отца, просто одно лицо.

И сын, и дочь театрально громко вздыхают, что показывает — маму им не переубедить и не переделать, а я лишь улыбаюсь этой смешной, но дружной и любящей семье.

В этот момент из комнаты выходит статный мужчина — отец семейства.

— Ну вы и разгалделись, семья, гостю даже слова не даете сказать.

Мы пожимаем друг другу руки. Константин Бестужев — высокий, серьезный мужчина с добрыми глазами.

— Как дорога, как полет?

— Спасибо, все хорошо.

— В пробку попали? Артем давно отзвонился, что встретил тебя в аэропорту. А вас все нет и нет.

Сразу видно, отец контролирует все передвижения сына и переживает, что тот задержался.

— Нет, просто дело одно было, требовалось срочное решение.

— И как, решил? Помощь нужна? — Дядя Костя работает на госслужбе, но вот какая у него должность, мне неизвестно.

— Нет, спасибо.

— Отлично, тогда мыть руки и за стол. Таня тут для тебя старалась, надо же оценить ее кулинарные таланты.

— А как же я, папа? Я тоже старалась. Почему меня не хвалишь?

— Нашинковать зелень — это не старания, дочь. За подобную мелочь хвалить даже грешно, наверное, — подтрунивает над дочерью Константин. Катька насупилась, и дядя, желая подбодрить ее, добавляет: — Но ничего, сейчас замуж выйдешь, будешь со своим Стасиком отдельно жить. Кашеварить научишься, не переживай. У твоей мамы тоже не всё сразу получалось.

— Ну пап!

— Костя, ты о чем? — одновременно в голос заявляет вся женская половина этого семейства.

— Всё, всё, — поднимая руки вверх, говорит Константин, — сдаюсь. Вы у меня самые лучшие и самые любимые. А еще я проголодался. Покормите? — более жалобным голосом добавляет он.

Я уже прошел за Артемом в сторону ванной комнаты, поэтому не услышал, что же ответили дамы, но в душе появляется такое чувство спокойствия и тишины, как будто я наконец-то дома.

— Что лыбу тянешь? Вспомнил свою стюардессу?

— Нет, семья у тебя классная. Это здорово.

— Э-э... ну… они не всегда такие прикольные, и иногда мне хочется сбежать от них.

— Артем, даже в шутку не говори таких вещей.

— Черт, я и забыл. Ладно, извини, бро.

— Всё нормально. Давай выходи уже, я тоже хочу поесть нормальной пищи.

Вслед за Темкой я сходил сначала в ванную помыть руки, а после на кухню. Тетка уже раскладывала всем по тарелкам главное блюдо, от которого исходил божественный аромат.

— Садись ко мне поближе, Даня, — зовет к себе тетя Таня, параллельно наполняя и мою тарелку. — Покушай, а потом, как всегда, допрос с пристрастием.

— Хорошо, любимая тетушка, — усмехаюсь я. — Согласен.

Семейство принимается за еду, дядя разливает напитки по бокалам. Вино — для себя, жены и меня. Катя и Тёма сами себе наливают соки.

Прекрасно запеченная говядина просто тает на языке, о чем я и сообщаю тете, поэтому следующие несколько минут она с энтузиазмом рассказывает о том, как нашла этот рецепт «Говядины Велингтон» и как они с Катькой экспериментировали, чтобы он стал лучше, красивее по подаче и легче по исполнению. Я так понял, что сегодня готовились не только к моему приезду, а еще и к встрече жениха Кати. Но у него что-то случилось на работе, поэтому сегодня гость только я.

— Как твоя мама? В последнее время Света мне очень редко звонит.

— Да, она занята своими магазинами.

— Какая она все-таки молодец! — Ну всё, тетя выпила, теперь ее несет: — Не сломалась в чужой стране, встала на ноги, не потеряла крепость духа даже после развода с твоим отцом. Все-таки Светка — кремень!

— Ну все, папа, маме больше не наливай, а то мы до утра будем слушать одну и ту же историю, — угрюмо ворчит Катя.

— Лучше молчи, дочь! — осекла ее тетя. — Ты даже не представляешь, как они любили друг друга. У тебя с твоим Стасом нет того огня, что был между родителями Дани, вот и не понимаешь, о чем я говорю.

— Ну, видно, этот огонь их и спалил. Ой, извини Дени, — сразу поправляется Катя, смущенно прикрывая рот рукой.

— Ничего страшного, ну что вы, в самом деле? Они живы, здоровы! Оба счастливы во втором браке. Общаются между собой, еще и договариваются, кто на этот раз будет меня отчитывать. Так что, всё хорошо, — стараюсь вернуть за стол былую легкость общения.