Текст

День второй. Первая

Старший следователь вошел в здание полицейского участка в девять двадцать три утра. Поднялся на этаж, где располагался кабинет его отдела. И уже в дверях силой своего командного голоса его поймал полковник Герасимов.

- Гуменюк! Ко мне зайди.

Евгений этой ночью так и не смог заснуть. Голова медленно наливалась неприятной тяжестью. Еще не болела, но предвестники мигрени уже кружили в ней. Как стервятники над обессилившим мозгом. И все, что в данный момент хотелось, был кофе и какая-нибудь таблетка, чтоб очистилось мыслительное пространство. А тут Герасим! Со своим «ко мне зайди». По уже сложившимся приметам, ни к чему доброму такое утреннее приветствие от начальника еще не приводило.

Но отвертеться было уже даже немыслимо.

- Товарищ полковник …,- он открыл дверь кабинета, просканировал местоположение его хозяина. А сам уже запускал бессознательный анализ невербального словаря Герасимова. Если сидел и пил чай, значит, все не так и плохо, просто решил на борьбу с преступностью дополнительно благословить, так, чтоб не расслаблялись. Если просто сидит с руками на столе, сложенными в замок – ситуация уже сложнее. Но все же терпимая, Герасим, возможно, просто обнаружил во вчерашнем дне или каком-то деле, какой-нибудь изъян. Теперь хочет пополоскать мозги. Отчего, дескать, так вот лопухнулись. Но уже если он не сидел, а был на ногах. Дело было, что называется, труба. И это ладно, если он стоял бы, да в окно смотрел. Означало бы, что пытался умиротвориться, да природой успокоиться. Это получалось бы, что сам возможность для успокоения нашел. И этого ему, скорее всего и хватит. Потому, как дядька Герасим был строгий, но не злой. Не деспот безголовый. Но вот если, открыв дверь, входящий обнаруживал сверлящий жесткий взгляд, свалившийся откуда-то из-под потолка, означало это, что солнышка и птичек за окном Герасиму стало мало. Попробовал, но не хватило, выжрал, аж пасмурно в природе стало. Теперь он жаждет выпить крови. Тогда главным становился уже вопрос, кто же накосячил, или откуда пришла депеша.

Ступив одной ногой в кабинет, Евгений понял, что случился с ним последний вариант. И он теперь просто думал, где оставить вторую ногу. Зайти полностью будет более логичным, Герасим такую стойку во дверях, скорее всего и не поймет. Но тогда потеряется возможность к бегству. Но тут же возникает второй вопрос, прихлопывать ли полностью дверь. Или просвет оставить, чтобы слышны были последние крики. И была б ясна причина его, Гуменюка, обескровливания.

- Зайди, Жека, и присядь.

Начало оказалось все же позитивным. И он исполнил все, как попросилось.

- Сразу к делу. Не буду спрашивать о самочувствии. На морде все написано, так что не соврешь.

Евгений просто в согласии кивнул.

- Хотят дело это, с этой квартирой сраной. Черт, оговорился, да? Сказал сраной?- Герасимов откашлялся,- странной вашей квартирой этой у нас забрать.

- Чего?- уже поднялся Евгений, про субординацию забывая. Но получил в ответ жест рукой.

- Ты пока не нагревайся. В общем так. Как по мне, так может оно и к лучшему.

- Так откуда, кто забрать?

- Наш отчет увидели где-то сверху, сбоку, с зада, черт его знает еще откуда. И слепили его с этими писульками в соцсетях. Ты же сам знаешь, что творится. Вы же уже кое-какую информация по этим сайтам непонятным собирали. Вот. А это уже проблема не только нашего города, как ты понимаешь,- Герасимов вздохнул,- прибудет какая-то специальная комиссия, собранная из спецов каких-то и каких-то там спецслужб. Они хотят и скорее всего, будут этим заниматься. Они увидели, в общем, в квартире этой, всему текстовому социальному беспределу логово и оплот. А в пропавшем вашем человечке, возможно, уже не свидетеля или пострадавшего, а непосредственного злодея.

- Товарищ полковник ….

- Жека, я этот балаган, конечно, по доброте душевной, да и в память о боевых твоих заслугах, сдержу, сколько смогу. Потому, все, что ты там в этой квартире хотел увидеть, доделать, докумекать, иди и доделай и докумекай. Понял? А там посмотрим.

- Разрешите идти?

- Нет, не разрешаю. Я еще не закончил. Я сказал, что оно к лучшему, потому, как происшествия тут произошли неординарные.

Полковник взял с тумбочки, располагавшейся рядом со столом кружку, отпил и вернул обратно. Ага, значит, все же чай был. Так подумал Евгений.

- Так вот. Несколько дней назад, некий успешный бизнесмен пропал. Исчез. Уехал в неизвестном направлении. Хватились его, но не сильно обеспокоились, потому, как бывало такое с ним. Решили, к бабе поехал какой-то. И, правда, после обеда он объявился. И все, как бы, успокоились. Но на следующий день, утром, он пришел в здание своего офиса в неопрятном виде. Засунул в рот ствол пистолета и вынес свое правое полушарие на стекло проходной.

Герасимов снова вынул чай, отпил, реакцию подчиненного оценивая.

- Да, Федор Георгиевич, я слышал что-то. Этим же, кажется, юго-западный отдел занимался.

- Верно, Жека, ты в курсе. Тем лучше.

- Для чего лучше?

- Для того, что, вчера, пока мы с тобой наши движи тут задвигали, пропал еще один уважаемый бизнесмен. Уже на вверенной нашему отделению территории.

- Нам его искать?

- Нет, Жека, он тоже вернулся. Представляешь?

Евгений, не понимая на полковника посмотрел.

- Застрелился?

- Пока нет. Его подхватили партнеры и родственники, уже напуганные первым случаем, и поместили в клинику одну частную. И там держат на успокоительных.

- Отлично.

- Знаешь, что общего в эти двух случаях? Они оба за время их отсутствия переписали все свои бизнесы, активы на сторонних людей. В какие-то там офшоры. Первый, не выдержав, и осознав все, вынес мозги. Второй, пока не успел. А армия юристов выясняет, как все сделанное им аннулировать, и признать недействительным.

- Так, а мы тут причем?

- А тебе ничего здесь странным не кажется, да? Надо в поле поработать. Может ситуации не единичные. Уж больно сильно странно одна на другую похожа. Схемой отдает. Надо поговорить с коллегами из юго-западного, и разобраться с этим, уже нашим случаем. Даю пару часов тебе на твои доработки с той квартирой. И сразу же берись за бизнесменов. Понял?