Телепортер — Лифт в Запределье. 3. Легенда о Лифте

8. Кофе и ревность

— Шесть часов. Уже почти шесть часов. Разрази меня гром, ну и рань! — раздался довольно громкий голос Роджера сквозь сон.

Я открыла глаза и улыбнулась. Да, для многих обычных людей и даже анхомов просыпаться под голос разглагольствующего бесцеремонного вампира — то ещё наказание. Но само присутствие Роджера меня наполняло отвагой и умилением. Я дома, я в безопасности, вокруг друзья. Что ещё можно пожелать?

Только того, чтобы ВСЕ мои друзья были дома и в безопасности. Я встала и посмотрела на друга:

— Спасибо, что разбудил. Мы отправляемся сейчас? Я готова.

Роджер посмотрел на меня, как мне показалось, заботливо и сочувствием. А потом протянул мне чашку с чем-то тёмным и горячим.

— Это ещё что такое? — удивилась я.

— Кофе. Без крови, но с сахаром.

— Роджер, выдвигаемся! У нас осталось меньше двух дней! — всполошилась я.

— Может, выпьешь сперва кофе? — предложил мой друг.

Он присел на краешек кровати, с таким видом, что я поняла, что он не сдвинется с места, пока я не позавтракаю. Я села рядом с ним и принялась пить кофе. Возможно, Роджер прав. Нужно немного успокоиться, собраться, искать меч с холодной головой. Не спеша, с толком, с расстановкой.

Мои мысли перескочили на вчерашний странный разговор с юной вервольфшей. Я полюбопытствовала:

— Я ведь вчера так и не спросила, не представилось случая. Но что тут происходит с Эквитой? Ты вчера как-то игнорировал её. И она вчера была какая-то недружелюбная, в плохом настроении. Вы в чём-то не поладили? Это, конечно, не моё дело, но... мне нравится Эквита. И мне жаль, если у неё что-то случилось, возможно, я могла бы помочь.

По мере того, как я рассуждала, я старалась уловить выражение лица Роджера. А оно менялось. Сначала — скептическое. Потом — удивлённое. Под конец — почему-то очень весёлое.

— Мы с Эквитой отлично ладим, — заявил он. — Я не игнорировал её. Это она игнорировала тебя. Вряд ли тебе сейчас стоит навязывать ей помощь.

— Э... не поняла?

— Клот, ты очень мало знаешь вервольфов. И не только ты — даже я их плохо знаю. Несмотря на то, что с Йэном мы знакомы уйму лет. Йэн — не Эквита, как ты понимаешь. Банальная истина — все вервольфы разные. Но есть у них как у вида, расы, категории анхомов нечто общее. Я, наверное, зануда.

— Нет-нет, продолжай! Ты мой наставник, мне полезно знать всё, что знаешь ты, — оживилась я и для верности вцепилась Роджеру в плечо. Чтоб не убежал. А то это он может.

— Я попал, — проговорил он в шутку. — Ладно, попробую объяснить проще. У вервольфов главное — Стая. Вожак для них — это святое. Некоторые вервольфы претендуют быть ближе к вожаку. В тех, кто к вожаку ближе, чем они, они видят соперника. Ближе... как бы... разрази меня гром! Чего я тебе голову морочу? Эквита ревнует, да, очень сильно. Я тебе объяснил?

Тут я подвисла окончательно. И вылупилась на Роджера в совершеннейшем изумлении:

— Как это понять — ревнует? Кого ревнует? Зачем?..

— Тебя ревнует, сестрёнка. Ну не меня же! Хотя, это было бы мило, если бы она начала ревновать меня.

— Роджер, ты что-то недоговариваешь.

— А я по тебе вижу, что ты всё понимаешь, — продолжал увиливать мой друг.

Я сопоставила, что Роджер мне говорил про Стаю и вожака. И до меня начало правда доходить. Моя догадка меня потрясла!

— Она... влюблена? — осторожно спросила я.

— Бинго! И безответно. И безнадёжно. Абсолютно безнадёжно. Я знаю Йэна уйму лет. Как вожак, он не станет никого к себе приближать. Кроме, разве что, конечного ученика. И там понятие "приближать" слишком далеко от любовных перипетий. Для вожака и вервольфа-мага с Неприветливой Земли "приближать" означает полностью передать свою магию, суть и сущность. Эквите по-хорошему надо ревновать Конрада, а не тебя. Да и тебе с твоей жаждой запретных знаний надо ревновать Конрада!

— Я не собираюсь никого ревновать. Что там у Эквиты — её дело, и я надеюсь, со временем она поймёт, что я никак не могу быть ей соперником. Я не претендую на то, чтобы становиться вервольфом. И вожаком — тоже, — произнесла я честно.

— Я знаю это, сестрёнка, — Роджер с абсолютным пониманием и принятием улыбнулся мне и приобнял за плечи. — Допивай кофе, и мы отправляемся в путь.

Роджер прав. Разговор окончен, прояснён. Не нужно продолжать сплетничать про наших друзей. Я допила кофе, и мы стали покидать Костоломню.

— Забредайте ещё! — бросил нам напоследок Неро. — И, отправляясь в дорогу, не забывайте перекреститься ремнём безопасности!

— Успокойся, Грифон даже не знает, что это такое, — сказал ему Роджер.

— Грифон и не должен знать: он-то как раз и провожает людей в последнюю дорогу, — напомнила я.

— Ну, нас с тобой он точно будет провожать не в последнюю!