Телохранитель для принцессы

Глава 28

Я зарылась в сумку со своими вещами, нашла тяжелый шелковый мешочек и развязала тесемки. Ничего, что могло бы заменить артефакт, я не нашла: я носила, в основном, серебро, а камушек висел на золотой цепочке.

В итоге я решила, что камень играет в этом артефакте основную роль, да и вообще, скорее всего, цепочка — это просто цепочка, с чистой совестью заменила подвеску крупным топазом и застегнула украшение на шее, а бриллиант сунула в карман штанов.

— Эбигейл, — осторожно позвали из-за двери голосом Рейвса.

Я натянула дружелюбную мину и высунулась в коридор.

— Если ты готова, то я предлагаю выезжать. Путь неблизкий.

— Я готова, — кивнула я. — Попроси оседлать лошадей, я сейчас спущусь.

— Давай я вещи отнесу, — галантно предложил Даниэль.

Я послушно отступила, позволяя мужчине войти в комнату и взять мою сумку. Все равно там ничего ценного нет.

Дождавшись, когда темная макушка исчезнет из поля моего зрения, я вышла в коридор и остановилась напротив комнаты Аррона. Собралась с духом и занесла руку, чтобы постучать. Однако, дверь распахнулась сама. На пороге стоял Аррон.

— Если ты сейчас… — предостерегающе начал он.

— Я попрощаться, — протараторила я и просочилась в комнату, попутно отмечая местоположение мужской дорожной сумки. Слишком далеко.

— Ты же понимаешь, что не стоит убегать от Дана? — приподнял бровь телохранитель.

— Я не такая глупая, как ты считаешь, — буркнула я, стараясь ничем себя не выдать.

Как? Ну как мне подобраться к сумке?

— Я не считаю тебя глупой, Эби.

Это правильно. Потому что я, кажется, придумала.

— Сделаю вид, что поверила, — вздохнула я. — Обнимешь меня на прощание?

— Не переживай, мы скоро увидимся, — уверенно сказал Аррон и привлек меня к себе.

Объятия — это, конечно, хорошо, но мало. Боюсь, не успею.

Я огладила ладонями широкую спину и, отчаянно волнуясь, потянулась к мужским губам. Сердце стучало как бешеное. Только бы он меня не оттолкнул.

И он не оттолкнул. Крепко сжал в объятиях и поцеловал. В животе сладко ухнуло, по телу вместе с адреналином начал разливаться жар. Я с трудом заставила себя сосредоточиться и сплести силовую нить.

Аккуратно подцепив подвеску, я выудила ее из кармана и опустила Аррону в сумку, засунув поглубже в вещи. Теперь не забыть развеять нить.

Целовать Алистера, умудряясь при этом колдовать и не ошибаться, было сложно. Но я справилась. И заслужила почетный орден, как минимум.

Аррон, почувствовав, что я расслабилась, углубил поцелуй, заставляя меня дрожать от остроты ощущений. Я отвечала ему, как в последний раз, полностью раскрываясь и отдавая свои чувства.

Я понимала, что нужно остановиться, но отчаянно не хотела разрывать поцелуй. Мужчина сделал это сам. Он оторвался от моих губ, но продолжал удерживать меня в объятиях и скользить по лицу потемневшим взглядом.

— Я… пойду, — выпалила я, развернулась и стремительно выскочила в коридор.

***

—Хочешь есть? — спросил Даниэль, когда мы устроились на ночлег, оставив позади последнюю деревню на пути к границе.

— Нет, но могу нарезать тебе бутербродов, — предложила я.

— Сам справлюсь, отдыхай, — отмахнулся мужчина.

Я пожала плечами и полезла в палатку. Ее тоже ставил Рейвс. Когда он принялся растягивать брезент на металлических жердочках, у меня глаза на лоб полезли. А когда мужчина потянулся к своей сумке в следующий раз, я была почти уверена: вытащит ванну, уже наполненную горячей водой. Ну или что-то близкое к этому. Мне казалось, он захватил с собой все удобства, которые только мог.

Путешествовать с Даниэлем вообще было одно удовольствие: мы часто делали привалы, оба раза останавливались на ночлег в деревнях, ели разнообразную пищу.

Словом, Рейвс был золото, а не попутчик.

Но все равно я не могла заставить себя расслабиться рядом с ним.

Мимика, какие-то мелкие жесты, брошенные вскользь взгляды — все это настораживало. Мои нервы были напряжены до предела. Я готовилась отражать удар в любой момент. Стыдно сказать, я даже стащила столовый нож в одном из трактиров, куда мы заезжали перекусить.

Когда населенные пункты остались позади, чувство приближающейся опасности усилилось.

Я всю ночь проворочалась в спальном мешке, но так и не смогла сомкнуть глаз. Даниэль, как истинный лир, свой мешок вытащил на улицу и устроился прямо на траве. Но мне казалось, что мужчина смотрит на меня сквозь брезент палатки и ждет, пока я усну, чтобы напасть. Иногда мне становилось стыдно за свою подозрительность, но я ничего не могла с ней сделать.

Наутро я выползла из палатки и отказалась от завтрака: на нервной почве слегка мутило.

— Может, вернемся в деревню и вызовем целителя? Ты неважно выглядишь, — предложил Даниэль, внимательно меня осматривая.