Тёмная баронесса Модерштерн

Пролог

Бальная зала гудела от огромного количества гостей. Свет магических светляков, плавающих под белым потолком, охватывал все уголки, не оставляя и клочка тени. Пространство заполняла лёгкая танцевальная музыка, под которую пары кружились. Те, кто уже натанцевался, стояли возле фуршетных столиков или разбились по группам, ведя великосветскую беседу. Зал пестрел многообразием расцветок платьев. В этот вечер здесь собрались самые сливки общества: аристократы, политики, герцоги и бароны. Были все, кто хоть как-то потоптался в благородном происхождении — прямо или косвенно. В конце месяца Его Светлое Величество Арен устраивал светские балы, чтобы благородные лорды и леди могли общаться между собой, настраивать связи и, возможно, находить кандидатов на брак. Ну и конечно же почувствовать единство со своим правителем, которого, к слову, никогда здесь и не было. Свет и Тьма долго боролись между собой, решая, кто сильнее и лучше, к счастью, та стадия уже была пройдена и сейчас они мирно сосуществовали друг с другом. Так же, как и вытесняли друг друга, они дополнялись. Это были две стороны одной медали. Они приносили друг другу боль одновременно с наслаждением. Им было невыносимо друг с другом и невозможно по отдельности, ведь там, где Тьма, всегда есть Свет и наоборот. Когда пришло понимание, что одного без другого не будет, как и Жизни после Смерти, тогда наступило Равновесие. Светлые и тёмные были равны между собой, но детей Тьмы недолюбливали, считали, что они грешны и темны так же, как и их сила, поэтому то, что было дальше, имело своё объяснение.

Открылись массивные двустворчатые двери из дерева слоновой кости, вошёл высокий худощавый мужчина с жиденькими чёрными усами, что были загнуты на концах и зафиксированы магией, чтобы не теряли форму, редкими волосами на почти лысой голове, в чёрном фраке. 

— Баронесса Агнара де Модерштерн! — разнёсся громогласный голос церемониймейстера, усиленный магией и заглушивший музыку и гул голосов.

Наступила тишина — смолкла резко музыка, стихли разговоры, казалось, даже светляки замерли на месте, перестав двигаться. Все взоры устремились ко входу. В зал величественно вплыла женщина просто невероятной красоты: чёрные, как вороново крыло, волосы были завиты в крупные локоны и сложены в красивую причёску, открывая тонкую шею и сильнее оттеняя аристократически белую кожу; густые длинные ресницы обрамляли раскосые глаза глубокого синего цвета, сверкающие словно сапфиры; тёмно-синее атласное платье облепляло стройную статную фигуру, открывая тонкие плечики, выступающие ключицы, а длинный боковой разрез платья при каждом шаге демонстрировал длинные стройные ноги на таких же синих каблуках, если бы не их звонкий цокот, показалось бы, будто она парит над блестящим паркетом; невесомая нежно-голубая шаль была приспущена до локтей; идеально ровная и белая кожа, будто у фарфоровой статуэтки, манила прикоснуться к ней и узнать, настолько ли она мягкая, а нежная воздушная ткань шали лишь усиливала наваждение; серебряные серёжки в форме капли, инкрустированные сапфирами, покачивались, бликуя на свету, будто перемигиваясь с таким же сверкающим колье, которое словно лозы винограда, оплело серебром шею, красуясь наливными сапфировыми ягодками. Каждое появление этой внешне роковой красавицы было фурором, обладало просто крышесносным эффектом. Все мужчины не могли оторвать от неё взгляда, задерживая дыхание при её появлении, её облик никого не оставлял равнодушным — женщины смотрели на неё с завистью, злостью, ревностью и толикой восхищения, а мужчины сгорали от похоти, вожделения, внезапно вспыхнувшей безудержной страсти и восхищения.

Громко цокая каблуками, центр внимания невозмутимо подошёл к одному из столиков и изящными тонкими пальцами обхватил тонкую ножку фужера с золотистым напитком. Напряжение гудело, нервируя женщину. Сделав маленький глоток и прикрыв глаза, она вдохнула полной грудью, тут же поморщившись от резких запахов разнообразных духов.

— Чего уставились? — громким уверенным голосом спросила она и раздражённо повела плечами, окинув всех злым взглядом. — Веселитесь.

Тут же поспешно слишком громко грянула музыка, чуть позже став потише, а все с преувеличенным интересом вернулись к своим делам, но Агнара всё равно чувствовала, как злые и завистливые взгляды прожигали её со всех сторон, как шептались, мерзко хихикая над ней, ведь всех пугала эта никому толком неизвестная особа. Она всегда принимала все приглашения, посещала все балы, вечера и званые ужины. И каждый раз выпивала бокал или два шампанского, стоя в одиночестве. По началу с ней пытались познакомиться, узнать поближе, но вскоре бросили эту затею, даже обходили стороной её, боясь приблизиться. Её холодная красота могла больно ранить, складывалось ощущение, будто от неё веет холодом и Тьмой. Тайной не было, что эта женщина была тёмным магом, ведь сейчас не было смысла как-то прятать свой дар, как в старые времена. Вот к ней неуверенно пробрался молодой юноша, решив нарушить её покой. Женщина окинула его нейтральным взглядом — симпатичный, крепко сложенный, с гладко зачёсанными назад волосами цвета льна, идеально выбритым лицом и голубыми глазами. От него как-то чересчур резко пахло светлой магией и страхом, а выглаженный бежевый костюм слишком идеально на нём сидел.

— Леди де Модерштерн, — галантно поклонился юноша и протянул ей руку, заговорив почти не дрожащим голосом. — Позвольте пригласить вас на танец?

Скептически изогнув бровь, женщина окинула его долгим изучающим взглядом, а потом нехотя протянула свою руку. Дрожащей рукой парень сжал её тонкие холодные пальцы и повёл в зал. Музыка заиграла чуть громче, а все, кто танцевал, внезапно расхотели танцевать и сейчас, не стесняясь, смотрели на них, кажется, затаив дыхание. Сердце жертвы, как великодушно окрестили гости про себя, гулко билось в его груди, выдавая сильное волнение, лоб покрылся испариной, ноги были будто ватные, подгибаясь. Боясь сделать неверное движение, с волнительным предвкушением положил руку на талию, вздрогнув от такого же холодного и гладкого атласа платья, как и её кожа. Мурашки тут же покрыли его, дыхание было мелким и частым, а глаза будто заволокло пеленой. Словно хрусталь прижал к себе эту тонкую фигурку к себе. Эрекция тут же не к месту дала понять о его состоянии, но её милость, казалось, не обратила на это должного внимания, безучастно, словно неживая, танцуя, отдав роль ведущего юноше. Он понятие не имел, что его так пугало в ней — её холодность, безэмоциональность, причастие к бездушной Тьме или же ходящие о ней слухи. Но пока что ничего из этого не подтвердилось. В какой-то момент ему показалось, что она сейчас посмотрит на него и весело рассмеётся, сетуя на стадо глупых баранов, что придумало всё это, скажет, что это шутка или розыгрыш. Будто услышав его мысли, она вскинула голову и юноша пропал, пленённый синими глазами, заворожённый игрой света и блеском, будто у неё действительно драгоценные камни вместо глаз, но холодный взгляд резанул по сердцу, будто сталь, заставив его испуганно сжаться в комок и болезненно застучать об рёбра. Сразу вспомнились слухи о том, что она может убивать взглядом, высосать всю душу, чтобы накормить Тьму, что живёт в ней, но он, вопреки всему, стоял и расширившимися от испуга глазами смотрел в пустые глаза женщины. Она вообще умеет что-то чувствовать?