Темная история. Книга 2. Филипп

Аркан XVIII — Луна. II

Дом Бруно, вечер

— Серьезно?!.. — Вальтер хохотал и не мог остановиться. Лиза, сидевшая напротив за кухонным столом, подперла ладонью подбородок и прищурилась на него. В ее глазах плясали смешинки.

— Правда, клянусь!.. Мы играли до победного, а проигравший должен был перелезть через забор, залезть под соседский стол и прокукарекать на виду у всей честной компании. — Она подняла ладонь к волосам и принялась рассеянно накручивать на палец золотисто-рыжую прядь.

Вечернее солнце за окном уже сменило цвет на оранжево-алый, и его отблески путались в волосах Лизы, зажигая их нечестивым огнем. Длинная темно-синяя рубашка казалась почти черной по контрасту с белой чайной парой, стоящей перед девушкой. В чашке темнел чай, а на блюдце виднелся раскрошенный пирог с оранжевыми вкраплениями.

— Все бы ничего, но моего отца-полицейского как раз вызвали разбираться с хулиганским поведением не слишком трезвой компании… и, конечно, папочка понятия не имел, что столкнется нос к носу со своим непутевым отпрыском, вылезающим из-под стола. Наверное, моя счастливая звезда в тот день взяла выходной.

— И что было дальше? — Вальтер с полустоном-полусмешком закрыл лицо ладонью.

— А дальше, — продолжила Лиза, каким-то неведомым чудом сохраняя серьезные интонации, — ему хватило бесстыдства оштрафовать меня на пять фунтов и предписать неделю исправительных работ. На их с мамой огороде. С тех пор я и не ем морковь.

— Конечно, ты предупреждала, что история трагична, но чтобы настолько… — Отхохотавшись, Вальтер отодвинул в сторону морковный пирог на изящном блюдце и с ухмылкой пояснил: — Из солидарности. Еще чаю?..

— Непременно. Чай — английская религия. Еще пара чашек, и мы можем отправляться в Индию на повторное завоевание умов и сердец. Без территорий, кому нужны их территории. — Лиза наклонила сливочник над своей чашкой и щедро разбавила чай молоком. — А ты как развлекался в студенческие годы?..

— Ох… — Вальтер отхлебнул из своей чашки и слегка виновато потер переносицу, где бугорок напоминал о давнем переломе. — …В основном бил морды. Я тогда как раз увлекся боксом.

— Очень по-британски, — с улыбкой одобрила Лиза, поднося к губам чашку. Вальтер засмотрелся на то, как изящно, естественно она держит в пальцах тонкий фарфор (и откуда на брутальной кухне Бруно вообще нашлись традиционные чашки?..) и решительно задвинул подальше мысль, нехорошим червячком подтачивающую атмосферу: как долго будет длиться эта спокойная, почти домашняя передышка?..

Он постарался незаметно взглянуть на часы над головой Лизы, но, мысленно отметив время, натолкнулся на ее понимающий, серьезный взгляд.

— Твой гость скоро придет?

— Еще полчаса, — со вздохом отозвался Фрилинг, бросая попытки казаться расслабленным. — Надеюсь, Фил вернется… думаю, им найдется, о чем поговорить.

— С кем?.. — Только что атмосфера была дружелюбной, почти сердечной, а вечернее солнце, казалось, наполняло кухню теплом, — но, стоило из теней коридора соткаться Филиппу, как по полу ощутимо потянуло холодком.

Вальтер поежился и украдкой бросил взгляд на Лизу; лицо девушки в одночасье лишилось всякого намека на веселье, она словно сжалась в комок, обхватив ладонями чашку.

Лиза боялась МакГрегора. Но и сам Фрилинг больше не был уверен, что старый друг — тот, чьим решениям и словам можно доверять безоговорочно…

— Я жду одного человека, — отозвался Вальтер, подозрительно оглядывая взъерошенные волосы МакГрегора. — Ты что, гонял без шлема?

Филипп ответил выразительным взглядом, не сделавшим абсолютно ничего, чтобы развеять недоверчивость Фрилинга; лишнее напоминание о сверхъестественных способностях друга не пришлось ко двору.

— Ну да, ну да, сверни себе шею на повороте, — пробурчал он, наблюдая, как Филипп подходит к окну, подставляя лицо последним лучам умирающего солнца. Лиза постаралась как можно незаметнее отодвинуться на край стола, и Вальтер обескураженно вздохнул: — И тогда мы все точно победим в этой непонятной заварушке…

— Бери выше, парень. В этой войне. — Для грузного мужчины не первой молодости Рамон Рохо умудрялся быть на удивление бесшумным. Приветственно шевельнув ладонью, Фрилинг покосился на Филиппа — и с томительным ощущением надвигающейся беды отметил, что тот так и не обернулся.

МакГрегор поднял руку, дотронувшись кончиками пальцев до оконного стекла, и отстраненно проследил путь последнего угасающего солнечного луча.

— Рохо… — его голос показался Вальтеру незнакомым. — Неужели Десперадос решили позвать тебя назад?

Фрилинг едва заметно поморщился: из всех возможных причин… лучше бы Филипп и в самом деле отвесил дежурное оскорбление про переполненный ад.

— Не имею чести быть знакомым. — Рамон расшаркался перед Лизой и вскинул брови, когда она сначала взглянула на Вальтера и лишь затем решилась назвать свое имя. — Осторожность — похвальное качество, но я был уверен, что вы предупреждены о моем приходе.

— У меня не было времени предупредить, — почти с вызовом отозвался Вальтер. Его злила реакция друга, пусть он и понимал, откуда растут корни у его ледяной, иррациональной ненависти.

Но нет, это не Рохо участвовал в том нападении у церкви. И это не Рохо был виноват в смерти Бруно…