Темная история. Книга 2. Филипп

Аркан XIX — Солнце. I

Аркан XIX — Солнце

Live,

You're only here once, so do it well.

Find your own way to rise up and

Give 'em hell.

Shinedown, Energy[1]

Вне места, вне времени

Сразу за палаткой ставки Вальтер буквально по щиколотку утонул в густом тумане, змеившемся под ногами и проблескивавшем зеленоватым свечением среди плотных завихрений дыма.

Казалось, что лес — со всей его жутковатой, мрачной угрозой — стал еще ближе; Фрилинг уже начал понимать, что ощущения физического мира не имеют никакого отношения к этому месту посреди нигде, но с привычкой доверять своим глазам было сложно расстаться сразу.

Тащившийся позади змееголовый легионер не добавлял общей уверенности, как и бодрого настроя; Вальтер с трудом сдерживал навязчивое желание оглянуться, чтобы проверить, не готовится ли тот исподтишка плюнуть в спину ядом.

— Да ладно тебе, — с усмешкой покосился идущий рядом Франк. Форма легионера, сначала казавшаяся непривычной, на удивление органично облегала его тело, заставляя думать, что где-то в прошлой жизни, возможно, для него было вполне естественным носить подобное облачение. — Нис не склонен кусать союзников.

— С-смешшшно, — с присвистом отозвался змееголовый, изящно подставив кончик хвоста (хвоста?!..) под ноги Франку. Бывший байкер с шумом грянулся о поросшую травой и мхом кочку и тут же перекатился вбок, замысловато ругаясь.

— Говоришь, не кусается? — Вальтер, не думая, протянул ему руку; Франк ухватился за нее и встал, недобро покосившись на Ниса.

— Еще раз так сделаешь, зубы выбью, — пообещал он союзнику. — Хочешь плевать ядом через дырку?

Змееголовый оскалился безгубым ртом, и Вальтер поспешил вмешаться, пока перепалка не заставила обоих спорщиков забыть о задании:

— Почему лес так близко? И вообще, почему — лес? В прошлые разы была пустыня…

— Потому что это все — битва воль, — на удивление разумно отозвался Франк. — Наш легат любит простую, понятную и ровную пустыню, а его враг — обожает запутанный рельеф. Ну, МакГрегор всегда любил бить морды по-простому, не заморачиваясь на интерьер…

— Это да… — пробормотал Вальтер, которого неприятно покоробило упоминание о друге в прошедшем времени. Легат — был здесь и сейчас, но МакГрегор — остался там, в прошлом, вместе с его неожиданным юмором и склонностью к случайным приключениям.

Присмотревшись, Фрилинг понял, что в словах Франка и правда было рациональное зерно: туман чуть расступался с каждым шагом в сторону леса, и становилось видно, что полоса деревьев уходит ввысь, в тонущие в дымке горы. У подножия темнела извилистая полоса реки, но вездесущие синие сумерки не давали толком рассмотреть ее начало и конец.

— И сколько часов мы будем пробираться через это?.. — обескураженно пробормотал центурион. — Нужно было послать всадников…

— Кавалерия много не сделает, там же чаща непролазная, — хмыкнул Франк, бросив оценивающий взгляд в сторону гор. — Эй, ты же германец, леса должны быть твоим родным местом. Говорят, легат когда-то усмирял Германию?..

— Я слишком по-римски одет для подобного, — кисло отозвался Вальтер, наглядно обводя рукой свои доспехи и обувь. — Дай шкуру медведя, и я туда полезу. Возможно.

— Расссссстояния обманчивы, — прошипел змееголовый, с неподдельным весельем покосившись на Фрилинга.

Вальтер запоздало сообразил, что понятия не имеет, на каком языке на самом деле говорит змееголовый, — в ретроспективе вспоминалось, что Филипп, кажется, отдавал приказы на латыни, но это ничуть не мешало его понимать. Астрал оставался мистическим, сверхъестественным местом, и, очевидно, его законы не подчинялись обычной логике.

— Не хочется соглашаться, но змеюка права, — фыркнул Франк. — Я уже говорил, что это — битва воль?..

— Ладно, понял, — буркнул Вальтер. — И вообще, где субординация, легионер?

— Виноват, — к удивлению Фрилинга, действительно покаянно отозвался Франк. Змееголовый испустил длинный шипящий свист, очень похожий на смех.

— Пошли, что ли, — по-простому скомандовал свежеиспеченный центурион и первым нырнул в переплетенные заросли нижнего яруса леса.

Действительно, разведка в зеленоватом тумане лесной чащи лишь на первый взгляд казалась невозможной: на деле — деревья исчезали за спиной, уступая место все той же вездесущей мгле, а мрачные, тянущие ветви к темному небу лесные гиганты и кустарники на деле оборачивались призрачной дымкой, стоило дотронуться до них ладонью.

С каждым шагом Вальтер все больше терял ощущение реальности. Он покосился влево, на тенью следовавшего за ним Франка, но вместо этого натолкнулся с размаху на ярко-зеленый, немигающий взгляд змееголового легионера.

— Страшшшшно? — осведомился тот, как бы невзначай умещая когтистую руку на правое бедро, где виднелась рукоять гладиуса.

— Смотрю, чтобы вас никто не сожрал в этом тумане, — в тон отозвался Вальтер. Нис все еще смеялся своим щекочущим кожу смехом, когда троица наконец-то вывалилась из чащи на опушку, и перед ними открылся вид, равного которому не было, пожалуй, нигде.