Темная материя: Сказания предместий

4. Худой мешок.

Худой мешок.

Кто и за какие заслуги отмеривает одному в жизни счастье, а другому тяготы и невзгоды? И почему рука, дающая блага, вдруг может оскудеть, а отвешивающая беды и лишения – никогда, продолжает и продолжает насыпать их полной мерой? Никто не знает ответа на эти вопросы, да и мало кто ими задается, во всяком случае, пока сам не попадет в ситуацию, которая описывается тремя словами: хуже не бывает. А если и бывает, то очень-очень редко. Вот, к примеру, в подобном аховом положении оказался однажды человек по имени Анатоль Дурыманов.

А ведь как все поначалу хорошо складывалось. Да не просто хорошо, а очень хорошо!

Анатоль Дурыманов, молодой человек лет тридцати, был инженером-строителем. Был, потому что по специальности проработал всего лет пять, пока не познакомился с девицей Ниной, на которой и женился три месяца спустя. Инженер-строитель в те времена зарабатывал не так чтобы много, только-только на жизнь хватало, поэтому молодые жили вполне себе скромно. Однако у Нины имелся родственник, служивший в военкомате в довольно больших чинах, который помог Анатолю устроиться на военную службу, где, ясное дело, заработки были ни в пример выше. Надо сказать, что Анатоль, обладая мягким и покладистым характером, с легкостью на перемену рода деятельности согласился. А чего не сделаешь ради любимой женщины, особенно когда ты молод, полон сил и все моря тебе по колено? Д а все сделаешь! Тем более, они были такой прекрасной парой, что все им завидовали. Так, что даже Нину стали называть Нинель. Анатоль и Нинель, ну, милота да и только! Разве нет?

Одно плохо: чтобы Анатолю поступить на службу, надо было переехать в другой город. Надо так надо! Молодые еще ведь, легкие на подъем, поехали! Сказано ибо, начинать жизнь семейную лучше вдалеке от родственников, по крайней мере, на первых порах. Притереться характерами, сжиться, узнать друг друга. И у Дурымановых это отлично получалось.

Приехав в другой город, они быстро сняли небольшой домишко, на тихой улочке и за приемлемую плату. Дело было весной, природа дышала полной грудью, обнажалась, расцветала. И наших молодых захлестывало ощущение счастья, жизнь только начиналась, и она лежала впереди радостная и удивительная. Рядом с домом имелся небольшой палисадник с огородом, и Нинель тут же посадила в нем столовую зелень и какие-то цветы.

Анатоль служил в крупном армейском штабе прапорщиком, на должности помощника начальника штаба. Надо сказать, что и здесь ему повезло, начальник штаба оказался из тех же мест родом, откуда приехал Анатоль, и у них даже нашлись кое-какие общие знакомые. Как инженер-строитель, Анатоль обладал отличными навыками чертежника и графика, и у него получалось на высоком уровне исполнительского мастерства оформлять различные карты и всевозможные наглядные пособия для разнообразных занятий, докладов и учений – плакаты, схемы, таблицы, – что составляло существенную часть штабной жизни, и за это начальник штаба особо ценил своего нового помощника. До того ценил, что обещал помочь в будущем получить офицерское звание. Это было не так просто, но возможно, и в таком случае для Анатоля, уже имевшего высшее образование, открывались неплохие служебные перспективы. Кстати, начальник штаба и сам выбился в люди точно по такой схеме, так что знал, о чем говорил.

В общем, все складывалось удачно, не жизнь, а приятная прогулка.

Нинель занималась домом, выращивала цветы, знакомилась с соседями и потихоньку готовилась стать мамой. Нет, она еще не ощущала в себе изменений, но была уверена, что они скоро произойдут, и когда ее об этом спрашивали напрямую, слегка краснела и отвечала:

– Еще нет, но мы над этим работаем.

И когда она так говорила, ей верили, что все именно так и будет, и все у них получится, потому что сам внешний вид Нинель говорил в пользу этого. Была она, что называется, кровь с молоком. Довольно высокая для женщины и статная, такая, что в будущем обещала стать дородной – как только поднаберет объема. Красивая, черты лица  гармоничные, хотя несколько крупные, высокие скулы, миндалевидные карие глаза, в которых нет-нет, да и мелькнет озорная искорка. Густые вьющиеся волосы, которые  она часто собирала в тяжелый узел на затылке.

Анатоль был ей под стать. Чуть выше ее ростом, такой же плотный, впрочем, в отличие от Нинель светлоглазый. На круглой голове, стриженные под бобрик жесткие курчавые волосы, в которых пробивалась ранняя седина, правильное лицо, волевая челюсть. Бритый затылок подчеркивал накаченную шею борца, кстати, об этой его давней страсти говорили и характерно оттопыренные уши.

В общем, отличная пара, совет да любовь в действии.

Часто теплыми летними вечерами они сидели в своем садике, утопавшем в зелени и ароматах благодарно расцветших цветов, и строили планы на будущее.

– Ты кого хочешь, девочку или мальчика? – спрашивала супруга Нинель.

– Сперва, конечно, дочь, – отвечал он. – А потом уже сына.

– Почему так? – как бы удивлялась она, хотя, конечно, не удивлялась, наоборот, радовалась такому серьезному настрою мужа.

– Ну, ведь недаром говорят, сначала няньку, потом ляльку, – объяснял Анатоль. – Хотя мне, конечно, все равно, кто у нас будет. И дочь я буду любить, и сына. Одинаково.

Нинель, счастливо улыбаясь, прижималась к плечу мужа. Он казался ей надежной скалой, посреди безбрежного моря жизни. Не скалой – райским островом, на котором они организуют свою жизнь. Как-то легко она себе это представляла. Что понятно, ведь все было просто чудесно. Небо источало свет и тепло, земля цвела, пели птицы, гудели пчелы, собирая нектар.