Тёмная Обитель: Свет в тенях чужого мира

Пролог. Порождение хаоса

Молодая женщина, пошатываясь, шла между домов. Её белая ночная сорочка была полностью в крови. Худое лицо, которое и без того казалось болезненным, сейчас, при свете луны, походило на лицо призрака. Из её глаз не переставая лились слёзы, а из груди вырывался хриплый крик.

Она протянула руку перед собой, её дрожащие, будто от холода, пальцы сомкнулись, словно пытаясь схватить что-то, ведомое только ей. Порывистый, холодный ветер взметнул её волосы и заставил хрупкую фигуру покачнуться. Шаг. Ещё один. Горло сжималось от рыданий. А слёзы обжигали кожу, подобно пламени.

Пройдя ещё немного, она упала на колени и, обхватив себя за плечи руками, хрипло прошептала:

— Как же так...

Сегодняшний день не предвещал ничего плохого, её муж, как обычно, отправился в дозор. Он был одним из тех, кто день и ночь бережёт поселение от нашествия тварей, что живут за лесом. Кто знал, что она больше не увидит его живым.

Едва стемнело, женщина, ведомая непонятной тревогой, вышла из дома и увидела бегущего мужчину. Он тяжело дышал, в его глазах сверкал ужас.

— Что случилось?! — спросила женщина, вспомнив, что именно он должен был быть в дозоре с её мужем.

— Убили! — закричал мужчина, словно обезумевший. — Убили Влада! Растерзали! Под воротами лежит… убили!

Женщина замерла, во все глаза смотря на него. Кого убили? Владислава? Нет, нет… Этого просто не может быть! Мужчина побежал дальше, голося на всю округу, от чего уже готовящиеся ко сну жители повыскакивали из домов. Женщина прижала руки к груди. Сердце билось в неистовом ритме, отказываясь верить.

Сорвавшись с места, она побежала к забору в чем есть: белой красивой сорочке, которую не так давно подарил ей Владислав. Вылетев за ворота, женщина резко остановилась, во все глаза смотря на истекающего кровью мужа. Он лежал на спине. Его опустевший взгляд был устремлен в небо, а губы были слегка приоткрыты. Подойдя к нему неровной походкой, женщина упала, вцепившись пальцами в его разорванную рубаху. Он был мёртв.

— Нет! Ты не можешь умереть!

Её крик был подобен вою зверя, которого загнали в угол охотники. Ей казалось, что она и сама умерла. В то мгновение. В тот вечер. Никто не вышел из поселения, чтобы оттащить её от бездыханного тела. Все боялись. Вдруг тот, кто убил Владислава, позарится и на их жизни?

Женщина цеплялась за рубаху мужа до тех пор, пока его тело окончательно не остыло. За это время луна успела взойти на небо, а сама она полностью испачкалась в его крови. В ту ночь она ещё больше возненавидела тех, кто живёт за лесом.

«Сколько прошло вёсен с тех пор, как я впервые увидела кровь на своих руках?»

— А за лесом кто живёт?

Этот вопрос развеял воспоминания, которые, подобно потоку ветра, пронеслись перед взором уже пожилой женщины. Сейчас она Старейшина и одна из тех, кто отвечает за просветление детей. Повернув голову, женщина посмотрела на светловолосую девочку, которая задала этот вопрос. Серые глаза девочки смотрели с любопытством, и от этого на душе у Старейшины стало тяжко.

Очень многих, слишком многих погубило это любопытство. Она должна вложить в головы детей то, что за лесом и в его окрестностях нет ничего хорошего.

— Там обитает Порождение Хаоса и другие ему подобные, — Старейшина достала с полки одну из книг.

Когда-то она воспринимала описанные в ней легенды как бурную фантазию, но ровно до того момента, пока беда не нагрянула в её дом. Все кровавые подробности и жестокие деяния, описанные в книгах, были правдой.

— А как оно выглядит? — спросила всё та же девочка.

— Волосы цвета крови, — Старейшина открыла книгу. — Губы темнее ночи, глаза змеиные, ярче луны. Ногти длинные, острые, словно кинжалы, способные вспороть кожу.

— А почему его так назвали? — спросил один из мальчиков, что был чуть старше остальных.

Девочка обиженно надула губы, ведь она сама хотела спросить об этом Старейшину. Та не спешила отвечать, будто создавая атмосферу ожидания. Дети замерли, внимательно следя за её сухими, старческими пальцами, которые перелистывали книгу.

— Потому что там, где он, — там страх и боль, — наконец-то сказала она.

Горе. Потери. Ненависть. Именно так. Женщина была уверена, что в ту ночь её мужа убило именно это чудовище.

Помедлив, Старейшина развернула книгу так, чтобы дети видели набросанный умелой рукой художника портрет. Все как один поёжились, несколько девочек пискнули от страха. Со страниц книги на них смотрело Порождение Хаоса. Казалось, что глаза с вертикальными зрачками окидывают всех пронзительным взглядом, а губы кривятся в зловещей ухмылке.

— Если увидите его — бегите, — Старейшина вновь повернула книгу к себе. — Коль убежать не сможете и попадётесь в его цепкие руки — спасения нет. Играется он с душами нашими людскими, и нет в нём самом души этой, ни светлой, ни тёмной.

Дети переглянулись между собой. Одна из девочек тихо прошептала:

— Может, он ведёт себя так, потому что голодный?

— Ты ещё пожалей его, — негромко хмыкнул сидящий рядом с ней мальчишка. — Он просто убивает всех без разбору, мне папа рассказывал...

— Жуть какая, — пискнула девочка, сидящая за ними.