Темная пыль

2.5

Звон в ушах, пронзительный и резкий заставил выпустить из рук что тяжелое и тянущее, не задумываясь бросив это на землю. Пронизывающая боль, уже дошедшая до груди, пылала и терзала все внутри. С силой вдавливая обе ладони в голову, Эрон медленно опустил их, дрожащими руками сжав рвущуюся накидку. Некоторое время он стоял, тяжело дыша втягивая грузным вдохом как казалось огненный, обжигающий воздух. Пытаясь открыть глаза, которые будто изнутри заволокла густая пелена, он все же не удержавшись на таких же дрожащих ногах, осел на землю. Легкое головокружение и еще несколько минут судорожного ощупывание на удивление мягкой травы и мужчина смог разглядеть первые очертания верхушек деревьев. Неконтролируемо улыбнувшись, он откашлялся, слишком глубоко вдохнув, словно подавившись этой опьяняющей свободой. Под утихающей болью он расслабленно откинулся назад, полностью упираясь на разведенные руки. Прошли несколько минут с перехода, но бурный водоворот мыслей и ощущений, растягивал эти чувства на целые часы. Нащупав рукой что то холодное, мужчина уже был в состоянии резко подняться на ноги. В какой то момент забыв обо всем, даже о цели своего путешествия, Эрон хмуро огляделся, еще раз бросив взгляд на неподвижно лежащую девушку. Будто только сейчас вернувшись после магического портала, он осторожно, но достаточно быстро двинулся к ней, тут же без промедлений ощупывая на удивление холодное лицо. Она не дышала. Вынув из кармана ее накидки сплавившийся, не заметно просунутый им амулет, Эрон еще раз, наклонившись ниже провел руками по такой же ледяной шее. Остановившись и на мгновение затаив дыхание он чуть прикрыл глаза, нащупывая еле заметную темную нить. Не ровно вздохнув он почти сразу облегченно выдохнул, прикрывая раскрытый край ее тяжелого плаща. Тишина, сквозь которую словно оглушительным гулом загремело темное небо, лишь на мгновение привлекла к себе сосредоточенный и до максимума напряженный взгляд советника. Уверенно подняв девушку на руки, мужчина замер, пристально вглядываясь в чуть сменившуюся голубизну границы. Здесь она казалось еще более бескрайней. И не с проста. Волшебство таилось не только в самом переходе, но и в лежащем перед ней лесной чаще. Растягиваясь на многие километры дальше, чем она была на самом деле, без пропускающей через нее печати, практически невозможно предугадать, на какой части она выбросила бежавших путников. Это несомненно давало огромное преимущество и хоть и маленькую, но фору перед очередной встречей с императором. Подтянув в раздумьях немного скатившуюся с рук Айлин, Эрон еще раз тяжело всмотрелся в даль. Еще один раскат грома и небо в один момент превратилось в темное полотно, окончательно закрывая единственный для глубины леса источник света. Невольно поежившись, мужчина медлил не долго, твердо расправив плечи все же двинулся в самую темноту.

Не смотря на дождь, идти приходилось быстро. В чаще леса он не был таким сильным. Высокие деревья с пушистыми верхушками, плотно сплетенными между собою, пропускали сквозь себя лишь мягко стекающие капли. Стараясь идти лишь под «навесом», Эрон все же ни как не мог избежать вновь и вновь появляющихся на пути открытых равнин. Здесь бушевал настоящий шторм, своими порывами не только затормаживая и без того уже тяжелые шаги, но и обдавая путников словно вылитой из ведра холодной водой. Не смотря на все это внешнее воздействие, Айлин не приходила в себя. Местами останавливаясь, мужчина снова и снова прикладывал к ней свои магические руки, с тяжелым и уже сильно сбитым дыханием прощупывая еле бьющийся толчок. С каждым разом это было все сложнее. Окончательно увянув в вязкой грязи, Эрон оступился, с трудом удерживая хрупкое чувство равновесия. Расстояние через не большой овраг к спасительному укрытию, куда он уже мысленно выругавшись решил добраться и наконец то упасть на землю, казалось длилось бесконечность. Перед самим входом в чащу он остановился, подняв голову вверх. Такие же крупные капли, стеной застилавшие все вокруг не позволяли разглядеть даже часть, по всей видимости все такого же черного неба. Еще раз с силой подтянув скользящее тело, мужчина с неимоверным усилием сделал несколько шагов, грузно упав на едва появившуюся траву леса.

Темные не чувствуют холода, как и примитивного, пронизывающего чувство голода. Без еды они лишь ощущают слабость, но подпитываемые черным источником внутри себя, могут идти по нескольку дней. Эти дни Эрон не считал. Несколько из них шли дожди. С темным, беспросветным небом и штормовыми ветрами. Сама погода будто гневалась, затормаживая сбежавших преступников и как можно дольше удерживая их на одном месте. Кроме темных ни кто бы не смог пройти такой сложный пути, еще в самом начале остановившись на длительный привал. Мужчина не позволял себе этого. Отдыхая по нескольку часов, а чаще того и меньше, только почувствовав отходящую от ног усталость, тут же поднимался, снова, словно походный мешок прихватывая с собою такое же измученное тело. Айлин несомненно было легче, хотя бы в том, что не приходилось преодолевать столько изнурительного, изматывающего пути. Но тряска в жестких руках, периодические падения и дождь, превратило ее лицо в еще более белое безжизненное отражение. В какой то момент Эрон, погруженный в дорогу и собственные мысли, по нескольку дней забывал проверить жива ли та, которая так затормаживает его путь. Бросить девушку было намного проще, но подумав об этом лишь единожды, мужчина в слух усмехнулся, еще больше прибавляя и без того быстрого шага. Задумываясь об этом, чуть притормаживая и пристально вглядываясь в ее лицо, он либо не был готов, либо просто не мог объяснить по какой все же причине все еще старается довести ее до обещанного, безопасного места. Темные держат обещания, держат, только если эти обещания в дальнейшем не угрожают их собственной жизни или свободе.

Очередной привал, единственный когда путник все же решился остаться на всю ночь. Спустя почти неделю, как шторм то затихал, то снова поднимался, полностью ни на мгновение не проясняя черное небо, наконец то показался яркий отблеск луны, в одно мгновение осветив большую часть мрачного леса. Радоваться мужчина не спешил. Оглядевшись по сторонам с открыто хищным прищуром он замер, еще раз резко повернувшись назад. Погода преграждала путь, но в какой то степени давала возможность безопасно передвигаться по самым опасным участкам светлых земель. В этой глуши император был не самой большой неприятностью, уступая место коренным обитателем темных закоулков.