Темная пыль

Конец истории?

Нервными и быстрыми шагами бесконечно долго измеряя большое пространство просторного зала, Алир замер, словно выжидающе поднимая на безликого максимально сосредоточенный взгляд. Темному не чего было ответить на этот молчаливый вопрос, отчего он ощущал давящую злость и бессилие. В отличии от своего хозяина и его жизненных принципов, Сангару были чужды любые ее проявления. Списывая все это на очередное проявление слабости и никчемности, он лишь выше приподнимал голову, напряженно и строго вглядываясь в еще более каменные черты.

• Повелитель! - еще пара шагов и он не выдержал, нарушая тяжелую, молчаливую атмосферу заброшенного замка. Уже довольно долго находясь под его сводами, он казалось и сам забыл о том, что когда-то еще не давно было иначе — Я вернулся несколько дней назад, но Вы так и не посылали за мной.

  Алир хмыкнул. Отражая на своем лице полную гамму безразличия, он едва мог мыслить о чем то другом, уже в следующую секунду снова одергиваясь от задумчивости — Ты пришел без остальных, другое мне известно. Мой план... Я знаю, что он не сможет исполнится... Скажешь, что у тебя есть что добавить к этому факту? = с вызовом поворачиваясь в сторону советника, казалось он видел кого-то другого, со злобой и ненавистью рассматривая темный силует.

• Нет! - долго пережевывая свой ответ, Сангар заиграл крупными лицевыми мускулами, в очередной раз отодвигая свою излишнюю противоречивость — Только Ваша сестра...

• Нет, Сангар! - резкий, переходящий на крик голос лишь больше выдавал скопившееся безумие — госпожа Айлин! Больше ни как иначе... Я уже сказал, что знаю о других подробностях, что в прочем, для меня, совершенно не значимы. Может я и ставил на нее слишком многое, но все же подразумевал о подобной заминке.

• Заминке? - безликий вопросительно приподнял бровь, сразу возвращая ее обратно — простите меня мою дерзость, но мне кажется, вы не честны не только со мною, но и самим собой! — Взгляд темного хозяина быстро наливался кровяными пятнами, выражая самый предел своей раздражительности, но безликий не остановился, продолжая свою речь с едва заметным подергиванием холодных рук — Вы держите свой статус и верность своим целям, но я не тот, перед кем нужно притворяться в чем либо. Только скажите и я найду способ забрать госпожу из светлого замка!

  Терпеливость ни как не вязалась с выражением лица темного. Мужчина сделал неимоверное усилие, чтобы не перебить своего приближенного, будто в предостережении собственного гнева, так же медленно отступая назад.

• Вижу, мой дорогой и ценный союзник, еще один из примкнувших к более сильной и властной особе? - он усмехнулся, горько и с едва уловимой тоской оглядывая серое и тусклое помещение — Что ж, Айлин всегда умела собирать вокруг себя достойных претендентов.

• Не говорите так! - тон, с каким выражался Сагнар, оставался твердым, но его жесты и кроткость буквально кричали о абсолютном подчинении — я верен только Вам! Именно это и позволяет мне столь непростительную дерзость. Я как ни кто знаю через что Вы прошли и какие испытания Вам выпали, а так же знаю, что на самом деле значит для Вас темная госпожа. Месть поглотила Вас только отчасти, как бы Вы тщательно не скрывали ее промыслы за собственными, правильными идеями — все слова он говорил на одном дыхании, закончив их, грузно опускаясь на пол. Продолжая ощущать на себе неимоверно тяжелый взгляд, безликий не смел поднимать своей головы, продолжая, едва находя для этого остатки былой смелости — Вспомните самое начало нашего пути! Вы были одиноким путником, не желавшим возвращаться к своему прошлому и к тем обидам, которые сидели внутри Вас. Вы хотели начать жизнь заново, построить свой не рушимый мир, параллельный тому, где Вам, господин, не оказалось места. И вспомните себя, когда уже почти пришли к своей цели, узнав о падении Эльдрдона и смерти своей семьи. Разве в тот момент Вы испытывали радость и удовлетворение? - собственный кивок, и уже сам безликий расплылся в широкой, не естественной для своего мутного лица улыбке — тогда я увидел Вас настоящего, без принятых имперских маск и предрассудков. Тем, кем Вы были, а не тем, кем хотели видеть Вас другие. Это укрепило во мне веру в Великое будущее, в не менее Великую империю. Айлин... - произнося имя темной, Сангар приподнялся, от напряжения поджимая темно-серые губы. Окинув взглядом будто застывшего повелителя, он прекрасно понимал это нависающее молчание, продолжая, старательно не меняя своей привычной интонации. Играя с огнем, он чувствовал, что любая смена монотонной глади его голоса, и он окажется на грани жизни и смерти. В другой ситуации подобное вряд ли пугало таких как он, но мысли и переживания о своем господине.. Он был слишком предан ему, чтобы оставлять в самом трудном, жизненном моменте — Вы можете справиться без нее, можете строить новые планы, старательно забывая о ее существовании. Можете найти и открыть темные врата, а если и не открыть, так просто сломать их в самом основании. Но, будет ли приносить новая, даже безупречная жизнь радость и спокойствие? Когда Вы признаетесь, что являетесь с госпожой одним, не делимым целым, спокойствие придет сразу, в не зависимости где будет находится Ваш дом — Сангар казалось выдохся, устало опуская чуть приподнятую руку. Уже в открытую наблюдая за невозмутимым и казалось безучастным лицом своего повелителя, мужчина не прекращал улавливать постоянно меняющиеся темные импульсы, с каждой минутой все отчетливее замечая их черноту и тягучесть. Впрочем, уже было не важно. Если он сейчас не вслушается в его слова, умереть будет не так жалко. Большего в своей жизни сделать простой безликий просто не в силах.

  Алир шумно усмехнулся. Внимательный и прожигающий взгляд продолжал блуждать по силуэту на против, изредка замирая на таких же строгих чертах. Мгновение, и оглушающе повисшая тишина сменилась надрывистым смехом, будто переключаясь в своей тональности уже к концу напоминая отчаянный и грозный крик. Повелитель безликих дернулся, не в состоянии даже физически преодолеть это эмоциональное навождение. Словно взывая к быстро изчезнувшей злости, Алир выглядел как ни когда беспомощным, уже с мольбой вглядываясь в когда-то раздражающие глаза. Гордость не позволяла произнести крутившиеся в голове слова, так же как и дать подходящее для них распоряжение.