Темная сторона Петрограда

Глава 5

Собрание масонской ложи было назначено на 6 сентября. Часть масонов уже была на фронте, но граф Михаил Алексеевич был в Петрограде и глава ложи таинственный Сильвестр тоже. Среди масонов данной ложи не было людей, которые бы не умели колдовать, поэтому по идее их всех поголовно должны были забрать по особому призыву.

Собрание, как обычно, началось с принятия новых членов в ложу. Подобную церемонию Маша сама когда-то прошла и сейчас пытливо вглядывалась в лица людей, только-только пришедших в масонство.

Далее Сильвестр заявил о том, что масоны Франции всеми силами помогают в войне и надо брать с них пример. Масоны, с его слов, были особой силой и они могли многое сделать, чтобы приблизить победу:

— Девять членов французских масонских лож вошли в так называемый «Священный союз», призванный объединить общество перед опасностью немецкого завоевания. И мы тоже можем помочь, кто на фронте, кто здесь.

Далее пошли детали — перед каждым членом ложи ставились свои задачи. Маша тоже была там и объявила, что она ждёт ребенка и у нее есть важное заявление. Масоны с уважением относились к каждому своему члену и приготовились внимательно слушать Машу. Но никто не ожидал того, что она скажет насчёт предвидения будущего.

— Я точно знаю, что эта война продлится несколько лет и унесет очень много жизней. Но победа будет за нами! — Маша говорила с вдохновением, глаза ее горели, — только испытаний впереди будет ещё много, очень много. Дворянам особенно придется несладко, им нужно готовиться к тому, что можно все потерять через несколько лет — титул, земли, деньги, дома и даже жизнь.

Дворян было много в ее ложе, да и в других их было большинство. Поэтому задача Маши, как она ее видела — спасти как можно больше людей от большевиков. Но поверят ли ей? Примут ли необходимые меры? И может ли она изменить ход истории, если масоны станут препятствовать революции? На эти вопросы у Маши пока не было ответов, но она рассказала все, что знала, про события на ближайшие десять лет.

После ее пламенной речи воцарилась тишина. Первым нарушил ее Сильвестр:

— Это чрезвычайно важная информация и нам нужно посоветоваться с другими ложами, более многочисленными и могущественными, чем наша. Мария, если у тебя есть любое доказательство своего дара видеть будущее, оно всем очень поможет сейчас.

Маша надолго задумалась. От нее сейчас так многое зависело! Но как назло, ничего не всплывало в памяти из событий ближайших месяцев и даже лет, а подробности боевых действий она и подавно не знала. Она чувствовала свое полное бессилие и от этого искупала губы в кровь, сама не заметив. В итоге она удручённо сказала:

— Я не могу привести доказательств прямо сейчас, к сожалению. Вам остаётся либо поверить мне на слово, либо ждать несколько лет, когда мои пророчества начнут сбываться. У нас ещё есть время, чтобы повлиять на будущее. И я сделаю все, что в моих силах.

По лицам масонов было заметно, что большинство из них с недоверием отнеслись к словам Маши. Женщины в России вообще в то время не занимались политикой, тем более простолюдинки. Тем сложнее было убедить людей поверить обычной девушке. Маша поняла, что все сейчас зависит от Сильвестра — чью сторону он займет. Но он не хотел взваливать на себя такую ответственность в одиночку. И снова сказав, что посоветуется сначала с членами других лож, он завершил собрание.

Домой Маша ехала в смешанных чувствах. Она все ломала голову, ну неужели ничем не сможет доказать то, что умеет видеть будущее? Хоть какую-то зацепку!

Ансельму она пока не стала ничего говорить. У него и без того забот хватает. Тем более, что она не могла рассказывать про масонов, это же тайное общество. И ведь посоветоваться не с кем. Наверняка никто не знает будущего, кроме нее. Да и то, может она своим появлением в этом мире изменит какие-то события. Не одна, так с помощью масонов.

Мысли крутились в голове, не давая ей покоя. То о будущем, то о настоящем, а ещё она вспоминала своих родителей и брата и понимала, что больше никогда их не увидит. Это было тяжело, ее семья будет жить вместе только через сто лет, в другом мире, в который она не может попасть. Сам мир начала двадцать первого века казался ей нереальным и ее жизнь до двадцати одного года — словно во сне. А ведь скоро, двенадцатого октября, ей исполняется двадцать два. Она уже больше года тут, а кажется, что жила в этом мире всегда.

Хотела бы она вернуться обратно? Да, конечно. Но только вместе с Ансельмом. Без него она уже не представляет свою жизнь, да и ребенок должен расти с папой и мамой. Только бы ничего не случилось с ними. Выжить в Первой мировой. Пережить революцию и Гражданскую войну. А ведь ещё Вторая мировая, блокада Ленинграда…

Жить здесь слишком опасно, это не жизнь, а постоянная борьба за выживание. Как тут растить ребенка? Тем более Ансельм немец. Если даже в Первую мировую его не тронут, то уж точно арестуют во Вторую. Нет, бежать, бежать, пока не поздно… И тут Машу осенило. Ей же могут помочь масоны! Она никогда ранее не обращалась к ним за помощью. Да и можно же уехать с Серовыми. Вместе они как-нибудь пробьются.

Но она же даже французского не знает! Собралась в Париж, называется. Будет там беспомощней котенка. Нет, надо начинать учить язык. Хотя не обязательно же во Францию ехать… Просто туда поедут Серовы, а с ними как-то спокойнее и надёжнее. Да, учить язык. Какие-то бумажки, чтобы выпустили за границу, но это Ансельм лучше знает. И жить не на родине, как она будет без русского языка, русской культуры? Надо жить среди русской общины. И с нуля завоёвывать репутацию скульптора, где ее никто не знает. Ах, ещё ведь дракон! Он же не сможет полететь за ней, он привязан к дому, на котором висит днём. Как я буду без своего Фили! Ох, сколько всего, голова идёт кругом!

Но рано или поздно Маша все равно заснула очень беспокойным сном.