Темная сторона Санкт-Петербурга

Глава 6

С тех пор Маша и Ансельм стали часто встречаться по ночам. Иногда Маша урывками спала днём вместе с маленьким Гошей, но в целом эти ночные поездки на драконе здорово выматывали ее.

Как-то раз Маша спросила юношу:

— А почему они все стали оживать, скульптуры и барельефы с фасадов домов? Кто их заколдовал?

— Оживают не только фасады, но и мосты, например. Я точно не знаю, но в этом деле точно замешан Мефистофель. Именно после того, как дом с ним построили, это все и началось.

— Но Мефистофеля же тоже кто-то заколдовал? Он бы висел на доме и висел себе спокойно. А его кто-то оживил, я уверена.

— Может быть, тогда тот, кто его оживил, наверное, не подозревал, что начнется такое…

— Или она, — подсказала Маша.

— Ах, ну да, может быть и она. Но у меня есть одна идея, как это выяснить, — вдруг осенило Ансельма. — Надо спросить у самого Мефистофеля. Он же дал тебе дар, значит, его можно не бояться. Стоит подкараулить его на исходе ночи у дома, куда он возвращается, и прямо спросить. Вдруг он ответит?

— Ого! Мне такое и в голову бы не пришло! — воскликнула Маша, — но теперь я обязательно попробую.

Когда Маша в этот раз возвращалась к себе домой на своем драконе, она внезапно увидела, как внизу скачет кто-то на кентавре. Значит, не ей одной удалось приручить сказочное существо.

Она попросила Филю лететь пониже и разглядела, что это была какая-то женщина, черноволосая, в красном платье, она сидела на нем по-женски в специальном седле, перекинув обе ноги на одну сторону.

Маше очень захотелось с ней познакомиться, но с другой стороны, она боялась — вдруг это могущественная колдунья и она превратит ее в жабу. Жабой быть не хотелось. Поэтому она быстренько постаралась получше ее запомнить и потом дракон снова набрал высоту.

Теперь Маша только и думала, что о Мефистофеле и женщине в красном. А между тем ее обязанности няньки никто не отменял, поэтому она не могла каждую ночь летать на драконе, ей нужно было высыпаться.

В это время погода чаще стояла пасмурная и лил дождь. В такие дни ее воспитанники сидели дома вместо прогулки и она томилась вместе с ними, придумывая развлечения.

Они играли в шашки, например, а ещё Маша и старшие дети сами нарисовали настольную игру о приключениях в выдуманном восточном городе по сказкам «Тысячи и одной ночи»: там был и джинн, и ковер-самолет, и верблюды, и слоны, и сказочная принцесса.

Играть в нее было просто — надо было кидать кубик и ходить по клеточкам и стрелкам. Но всем она очень нравилась, тем более, они сделали ее сами. Даже кубик они сами слепили из все того же соленого теста, из которого Маша делала игрушки для Гоши.

Ещё Маша вместе с Аглаей занималась рукоделием — в основном, они вышивали целые картины гладью и крестиком. Нужно было большое терпение для таких занятий, но им обеим более-менее хватало усидчивости, хотя Аглая иногда не выдерживала и бросала вышивку на пол, если чего-то не получалось.

А сколько раз Машу выручал ее волшебный дар! Дети постоянно чего-то опрокидывали, сталкивали со стола, а маленький Георгий часто падал и набил бы себе много шишек и синяков, если бы не Маша. Она свою способность замедлять время называла «суперловкостью» и могла использовать ее только по делу.

Однажды Гоша чуть не упал с лестницы, Маша его подхватила в последний момент на глазах у старших детей и Аглая воскликнула:

— Ого! Как это у вас получается быть такой быстрой? Вот вы тут, р-раз, и вот вы уже на лестнице.

— Это моя тайная способность, только никому не говорите, пожалуйста! — попросила Маша.

— Клянусь, я никому не скажу, — серьезно сказала Аглая и добавила, обращаясь к Косте, — и ты поклянись!

Костя тоже дал слово, что никому не скажет, но Маше все равно было неспокойно. Если в ней признают колдунью, не выгонят ли? Хотя она самая что ни на есть безобидная.

Однажды на рассвете Маша наконец-то решилась и прилетела к дому с Мефистофелем. Она недолго ждала его, послышался шум крыльев и девушка громко спросила:

— Господин Мефистофель, кто вас заколдовал?

— Один страшный человек, — ответил тот. Но я не знаю, как его зовут.

Больше Мефистофель в ту встречу не сказал ни слова, несмотря на Машины вопросы. Так что загадка осталась неразгаданной, Маша из-за этого огорчилась. Где же ей искать «страшного человека»? Ей казалось, что нужно всех расколдовать обратно и ночью тогда будет тихо и спокойно. С другой стороны, тогда она не сможет летать на драконе… Да и фигуркам будет, наверное, скучно опять все время торчать на фасадах и мостах. Но зато так будет правильно и никого они больше не испугают.

А красную колдунью она увидела в конце концов. И не просто где-то там, а практически у себя под носом — она пришла в гости к генеральше. Варвара Леонтьевна приказала горничной, которую звали Любашей, чтобы та привела детей и няню, так Маша впервые увидела красную колдунью вблизи. Оказалось, что ее зовут Евфросиния Кузьминична и была она какой-то дальней родственницей генеральше.

Генеральша откровенно хвасталась, какие у нее прекрасные, талантливые и умные дети. Была даже принесена вышивка гладью Аглаи и солдатики Костика, которых он слепил сам. Вышивка была в виде натюрморта — вазы с фруктами. Яблоки и груши вышли совсем как живые. А солдатики были раскрашены в форму артиллерии и пехоты, а у одного артиллериста ещё и маленькая пушечка была слеплена. Евфросиния Кузьминична нахваливала ее детей и вообще видимо была в самых теплых приятельских отношениях с генеральшей.

«В чем же ее секрет?» — задавалась вопросом Маша. «Как она приручила кентавра и куда скакала на нем среди ночи?». Загадки множились, а ответов на них не было.