Темная страсть

1.Подготовка

- Илеана, Илеана, проснись!- маленькие ручки теребили одеяло. Илеана, улыбнувшись сестре, привстала на кровати, оперевшись локтём о набитую гусиным пухом большую перину.

-Ну что тебе, Ильинка?- другой рукой она ласково потрепала девочку по растрёпанным золотистым кудрям.

-Там ведь....там все готовятся к Ночи Выбора. Илеана, там стооолько еды! А ещё ябегала во двор- уже товары привезли! А отец сказал, что нельзя их смотреть...А Стася зато уже глядела... И ничего ей не было, а я тоже хочу ...

Илеана, усмехнувшись бурному потоку эмоций малышки, которая впервые удостоилась чести лицезреть подготовку к Ночи Выбора, встала, нащупав кончиками пальцев туфли. Накинув на себя халат, она прошла к другому концу покоев. Медленно опустилась в кресло, стоявшее у резного туалетного столика. Этот поистине шедевр столярного мастерства отец привез ей из столицы, от великого мастера Ромарико. Тот, конечно, ломил цены будь здоров - недаром гордился тем, что делает мебель для самого короля. Но его талант был большим, подстать гордыне - в креслах, миниатюрных секретерах, больших обеденных столах или прикроватных тумбах сюжеты из сказаний древних были точно живыми, аккуратно вырезанными из лучших сортов Фиренкийских деревьев. Да и красотой и изяществом покоряли они всякого, кто видел их. Поговаривали, даже сама принцесса Вельбургских земель сменила гнев на милость, согласившись стать женой принца Фи́ллипа, будущего властителя Дорейских островов, после того как отправил в её земли несколько кораблей, груженных, помимо камней и золота, причудливой мебелью из мастерской Ромарико. Люди ахали, строя предположения, во сколько же сундуков с золотом принцу обошелся этот красивый жест. Но ведь истинная любовь не измеряется звоном золотых монет. А Фи́ллип несколько лет отправлял гонцов с дарами и предложением руки и сердца строптивой принцессе, рассчитывая вовсе не на выгодный союз. Её яркая красота сразила беднягу на одном из столичных приемов, куда он был приглашен.

***

Глядя в зеркало на сестру, Илеана плавно расчёсывала свои длинные золотисто-рыжеватые волосы- светлые волосы сестры выросли почти как у нее самой, по поясницу. И какая же она стала большая, совсем невеста....При этой мысли мороз прошел по коже девушки- Невеста! Та, кого отдадут в замок, на растерзание Владыке Тьмы. Скоро и её маленькая Илинка должна будет принимать участие в Ночи Выбора. Тупой болью в сердце отдалось осознание - каждая маленькая девочка, что сейчас, улыбаясь, делает с мамой куклу из соломы или же играет с другой непоседливой ребятней, возможно, не доживёт до старости. Не узнает ласки мужа, никогда не погладит кудрявой головки своего ребенка, не расскажет под дрожащий отсвет лучины былицу нетерпеливым внукам. Она будет отдана чудовищному злу, обитающему в замке на горе.

Каждые десять лет несколько окрестных в княжестве приносили в жертву одну из юных девушек. Жертва та должна была стать платой Чудовищу, что обитало в замке на горе, за очередные десять лет спокойствия. Однажды в Шарове селяне воспротивились жуткой традиции- самые сильные и крепкие мужчины взяли вилы и колья, зажгли факелы и двинулись на гору, оставив позади горько рыдающих жён и напуганных детей.

Не вернулся никто....Лишь спустя много десятков лет в изножье гор путники, шедшие на ярмарку в другое село, увидели старца, отдаленно напомнившего самому старому из них кузнеца Лиония. В грязных лохмотьях, с горящим безумием взглядом, старец вдруг остановился, взглянув на путников, когда один из них окликнул его по имени, " Лионий?! Ты ли это?!". Взгляд его стал на мгновение более осмысленным, будто несчастный и вправду узнал своих односельчан, но тут вдруг оскалил он зубы в диком подобии улыбки и жутким голосом закричал, размахивая иссохшими руками:

-Он вас видит! Видит! Бегите, глупцы! Кровь, кругом кровь!

Старик, завизжав, словно ярмарочный барашек, которого по традиции резали на 7-й её день, взбрыкнул худыми ногами и, с нереальной для старого человека прытью, побежал вверх, прямо по отвестной горе, пока худое тело его не истаяло, превратившись в еле различимую точку почти у самой вершины. Путники всю дальнейшую дорогу прошли в молчании, крестясь да молитвы про себя повторяя.

В дверь постучали. Ильинка с хитрецой во взгляде приложила палец к губам, и точно ветерок легко пронеслась на цыпочках мимо, прятаться. Вошла старая нянюшка Элсбета, оглядывая комнату. Заметив золотистый локон, свисавший меж закрытых дверей шкафа, она улыбнулась, и уже в свою очередь призывая Илеану жестом к молчанию, нарочито громко заговорила:

-Ох, и где же запропастилась наша Ильинка? Весь день ищу её, а найти не могу. Что же, придется отдать одной Белсбе всё, что купила из товаров и сластей ( Ильинка и Белсба, темноволосая дочка главной кухарки, были заклятыми врагами. В тот раз, когда Ильинка стала свидетельницей того, как Белсба при всех называла их покойную матушку ведьмой, приговаривая, что и умерла та в муках, так никому силу свою не отдав, девочки подрались. И теперь, при случае, стремились задеть друг друга словами или недостойными юных дев тумаками да пинками).

-Ой, нет! Я же тут! - Ильинка золотистым облаком выкатилась из шкафа, путаясь в полах жёлтого платья, украшенного вышитыми птицами да цветами.

-А, вот ты где, егоза? Ну, пойдем со мной, будет. Твоей сестре ещё готовиться нужно. - Элсбета с грустью взглянула на Илеану, уводя ребенка с собой.