Темная ученица архимага

43

Сердце пропустило удар. Вот сейчас мне наконец стало страшно. Не за себя, за них. За тех, кто решил назвать меня своей хозяйкой.

– Уходите, – тихо сказала им, лихорадочно думая, как его остановить. – Сейчас же! Прячьтесь. Закопайтесь. Сгиньте же! – последнее я остервенело выплюнула. – Умоляю…

Скелеты принялись уходить под землю. Но было уже слишком поздно – архимаг в мгновение оказался рядом. Мужчина взмахнул рукой, с длинных пальцев сорвалось мощное заклинание. Оно разворачивалось в полете, становилось все больше, шипело и извивалось.

Я знала, что эта магия очень сильная. Стоит ей достигнуть цели и все будет кончено. Сразу же. На месте. И я никак не смогу противостоять таланту архимага. Мне нужно просто отойти и не мешать. Смириться с собственным бессилием. Признать слабость.
Но ведь я не слабая. А умертвия ни в чем не виноваты. Они откликнулись на мой зов. И пусть я не хотела этого, но они пришли ко мне. И умрут они из-за меня.

«Не умрут!», – внутри меня что-то воспротивилось. Без лишних раздумий, я расставила руки в стороны, закрывая свой верный народец. Я чувствовала, что поступаю правильно.

Заклинание было в нескольких сантиметрах от меня. Зажмурившись, готовилась к худшему.
Огромное черное поле колоколом накрыло меня. Свет и Тьма схлестнулись, и искры посыпались в разные стороны. Трава, что была рядом со щитом, стремительно жухла и засыхала. Столб черного огня поднялся к небу. Гром оглушительно пронесся над округой.

– Марта! – крик Оберлейна разрезал эту ужасающую какофонию. Мой щит был разрезан мечом. Ко мне шагнул архимаг. Взволнованный, напряженный, но не злой…

– Милорд… – прошептала я, оседая на землю. Сильные руки так вовремя поддержали меня. Я прикрыла веки, которые неожиданно стали тяжелыми, вдохнула терпкий аромат дорогого одеколона и провалилась в небытие.

Виктор

– Вы уверены, что она не навлечет беду?

Эринх стоял напротив окна и безразличным взглядом осматривал академический сад. Я скрипнул зубами, но продолжил всем видом демонстрировать своё спокойствие. Делать это на узком старом стуле было сложно, но я справлялся.

– Вы спрашиваете об этом в третий раз. Не верите мне, Эринх?

Мутант повернулся. Широкий ошейник тускло засветился.

– Меня смущает произошедшее.

– Меня тоже. Но Марта к этому непричастна. Я был там. И уж поверьте, эта девушка не способна на такое. Никто не способен. Ваши подозрения не обоснованы.

– Да? – в голосе ищейки проскользнули ироничные нотки. Несвойственное ему явление. – Ванесса Ульрих была способна на такое. Кларисса Ульрих была способна на такое. Фалира Ульрих была способна на такое. Что, если…

– Эринх, вы перегибаете. Ульрихов больше нет. А то, что случилось – простой прорыв, который я нейтрализовал, – произнес будничным тоном. По сути, так и есть. Устранять прорывы – моя работа.

– Прорывы никогда не случались в столице. Тем более в самом центре. Здесь нет такого скопления темной энергии, способной разорвать материю.

– Появилась, – я пожал плечами и быстро посмотрел в сторону Марты. Она лежала на кушетке, бледная, слабая. Беззащитная.

И что я здесь делаю? У меня ведь так много дел. Но я сижу здесь, как привязанная собака.
– Виктор…

– Лорд Оберлейн, – твердо поправил я. Эринх вздрогнул. Еле заметно, но я увидел. Порой мутант забывал, что глава и советник я, а не он. И это мне не нравилось. Страшно представить, что случится, если король начнет прислушиваться к нему, а не ко мне. Жестокости ему не занимать.

– Прошу извинить, лорд Оберлейн, – он учтиво поклонился. – Я доложу Его Величеству о случившемся.

– Нет.

Ищейка нахмурился.

– Я сам сделаю это. Сегодня же.

Мне не хотелось доверять ему этот разговор. Он может изложить все в самом неприглядном свете, обвинить Марту во всех бедах и… тогда короля будет не остановить.

– Как прикажете, милорд.

– Уходи, – сказал твердо. Эринх прищурил глаза. Ошейник вновь сверкнул. На сей раз ярче. – Ты нужен во дворце.

Не сказав ни слова, он удалился. Как только дверь лазарета закрылась, я встал со стула и подошел к кровати.

Марта всё ещё спала. Длинные ресницы трогательно подрагивали, бросая тени на красивое лицо. Сейчас она походила на фарфоровую куклу. Такую же бледную и хрупкую.

Я обошел кушетку и остановился с краю. Осторожно прикоснулся ко лбу. Холодный. Жара больше нет. Славно. Значит, можно уходить. Моё дело сделано.

– Уходите… – прошептала Марта. – Вон… Закопайтесь… Ну же!..

Адептка поджала губы и нахмурила бровки.

– Пожалуйста… Уходите…

Даже во сне она меня прогоняет. Это отчего-то царапнуло по сердцу.

Вдруг по щеке потекла слеза. Сверкнув серебряным светом, она упала на подушку и разбилась. Поддавшись порыву, я провел пальцем по влажной дорожке и тихо сказал:
– Все будет хорошо. Обещаю.

Развернулся, направился к двери. И даже успел положить руку на ручку, как вдруг запястье обожгло болью. Одернув край рубашки, посмотрел на рунную вязь, которая стремительно появлялась на коже.

Черт! Этого быть не может!