Темная. Зов Сумрака.

Глава 14.

Лицо согревало что-то яркое и тёплое. Я распахнула глаза навстречу солнцу и на мгновение ослепла. Зажмурившись, я принялась тереть глаза, пока зрение не вернулось. В голове судорожно стучала боль.

С трудом поднявшись и отведя взгляд от ослепительных лучей, я наконец обратила внимание на землю под ногами. Трава была не просто мягкой, а прохладной и упругой, будто шёлк, и каждая травинка отдавала в ступню лёгким, щекочущим электричеством жизни. Я вспомнила о родном доме, где могла свободно бегать босиком…

— Добро пожаловать! — раздался совсем рядом голос, который я узнала, но в нём звучали новые, незнакомые нотки. Я подняла голову и встретилась взглядом с озорными зелёными глазами, которые, казалось, проникали в самую душу.

— …Марга? — наконец вырвалось у меня. Девушка рассмеялась.

Она не была похожа на ту, которую я привыкла видеть. Передо мной, в ярком зелёном воздушном платье, стояла стройная девушка, с золотыми локонами, развевающимися на лёгком ветру, и добрыми изумрудными глазами.

— Я! Тебе нравится? — Она развела руками и покружилась, явно имея в виду свой новый облик. Я пыталась собраться с мыслями, но в голове была лишь пустота. Не в силах что-то сказать, я лишь кивнула, что, видимо, позабавило её ещё сильнее.

— Могу вернуться к привычному образу, — она щёлкнула пальцами, и стоило мне моргнуть, как передо мной вновь стояла хрупкая юная богиня, знакомая мне. Я прочистила горло, прежде чем ответить. — Как тебе удобно…

— Отлично! — весело произнесла она и мгновенно вернула свой новый образ.

Воздух, который я вдыхала, был сладковатым на вкус, будто смесь мёда и незнакомых цветочных нектаров, а пах он не просто свежестью, а чистой водой из горного источника. Казалось, этот мир был соткан из знакомых образов: трава, деревья, летняя свежесть. Всё выглядело как дома, и всё же с первого вздоха было ясно — это не мир людей.

Солнце ласкало кожу, но его тепло было странно-равномерным, бестеневым, обволакивающим, словно жидкое сияние. А от двойной луны, застывшей в розовой вышине, веяло не холодом, а лёгкой, серебряной прохладой, от которой по коже бежали мурашки.

— Где мы? — спросила я Маргу. Девушка загадочно улыбнулась и, не отвечая, потянула меня за собой.

— Мой дом.

Я послушно следовала за ней, замечая всё новые особенности этого места, куда она меня перенесла. Если раньше странным казалось лишь небо, то теперь моё внимание привлекли цветы, растущие в обратную сторону: их стебли устремлялись вверх, а головки и лепестки тяжело свисали вниз, к самой земле. Вокруг не было ни зверей, ни птиц, ни единого звука, нарушающего тишину. Создавалось впечатление, что во всём этом недосягаемом мире мы были совсем одни.

— Почти пришли! — воскликнула девушка. Я попыталась выглянуть из-за её спины, но зацепилась об что-то стопой, и чуть не споткнулась. Больше я не пыталась обогнать её, чтобы не рисковать и не испытывать судьбу.

Поднявшись по склону, мы оказались у небольшого двухэтажного дома. Его бирюзовые деревянные стены были расписаны вручную в яркие, сочные цвета, а над крыльцом располагался балкон, сплошь утопающий в цветочных горшках. Всё в нём напомнило мне уютные деревенские жилища, где доживают свой век одинокие старики.

Вспомнилось, как в нашем посёлке многие пенсионеры, чьи дети давно выросли и покинули родительский дом, развлекаются, украшая свои жилища. Они расписывают рамы и стены, мастерят поделки из ненужных вещей, а также всячески декорируют свои территории. У кого-то это получается гармонично, а у кого-то — аляписто и неаккуратно. Но этот домик был иным — он вызывал чистое умиление, будто сошёл со страниц детской книжки, а его внешний вид буквально походил на кукольный.

— Знаю, о чём ты думаешь, но мне нравится! — гордо провозгласила девушка, поднимаясь по ступенькам и выжидающе уставившись на меня. Сейчас она всей своей непринуждённостью напоминала мне Лекси, и вся неловкость, что висела между нами, мгновенно растворилась. В эту секунду она была не Богиней, что когда-то трагически погибла, а самой что ни на есть обычной девушкой с горящими от восторга глазами. Она была рада, что хоть кто-то в ее мирке и это сильно чувствовалось.

— Он очарователен! — искренне произнесла я подходя к ней. Она смущённо улыбнулась.

— Ну, ну, ты меня не проведешь...

— Тея… — вырвалось у меня в полузабытьи, и в этом имени смешались и восторг, и леденящий душу ужас.

Она не была похожа на себя. Исчез головной убор, бесследно утерянный, и длинные золотые волосы ниспадали на плечи, открытые взорам гостей. На её лице не было ни тени эмоций, а глаза, ещё вчера напоминавшие пасмурное свинцовое небо, ныне пылали отстранённым и бездонным взглядом. И всё же её черты, походка, силуэт — всё кричало, что это та самая Протея. Это была Она. Всё во мне онемело; мысли, чувства — всё разом испарилось.

Каждый её неторопливый шаг отдавался в воздухе волной светлой энергии; она щекотала кожу слабым жаром, будто от разожжённого камина. В ней было непомерно много силы, и она буквально струилась с неё, оседая на земле мерцающей дымкой.

— Что... Что вы делаете?! — лицо Святого побагровело, словно он не до конца осознавал, кто перед ним, или отчаянно отказывался верить. Но всем остальным уже было всё ясно: это была расплата. Боги не являются к смертным по прихоти.

— Как ты посмел? — голос пророкотал по залу, словно гром с ясного неба.

Святой был похож на испуганного оленёнка, загнанного в угол охотниками. Бедное животное, которое вот-вот пристрелят.

Она остановилась в нескольких метрах от него, на шаг опередив нас. Её рука медленно, почти лениво поднялась, вытянувшись вперёд. Святой в ужасе попятился, но его туфля наступила на подол мантии, и он с грохотом шлёпнулся на копчик.

— Пожалуйста, не надо… — хрипел он, ползя по полу и оставляя на камнях влажные полосы. Но та, что явилась к нам, была непоколебима; ни одна мускула не дрогнула на её лице.