Темная. Зов Сумрака.

Глава 19.

Дверь скрипнула, и на пороге появился высокий силуэт. Я сразу узнала в нём Кайана. Его кудрявые, позолоченные локоны были влажными и слиплись. Он снял пояс с ножнами и устало опустился на стул рядом.

Я понимающе взглянула на него и, без лишних слов, поднялась разогреть ужин. В последнее время он часто задерживался в поместье Дариона Спирска. После всех событий было решено усилить наблюдение за территорией владений Спирсков — официально для безопасности Дариона, но все мы прекрасно понимали: в первую очередь — для Протеи. Теперь он с напарником дежурили по ночам.

За столь короткий срок она взбаламутила не только высший свет, но и простых людей. Её боготворили, называя младшей сестрой, дочерью, преемницей Богини Марго. Божеством, ниспосланным к смертным.

Хоть я и не знала её лучше любого другого, это волновало меня меньше всего.

Тея, обычная девочка из приюта, что жаждала уединения, стала главной персоной для обсуждений в стране. Люди требовали её, веря, что с ней всё теперь будет иначе… Мы жили в мирное время, если не считать редких мелких стычек на границах. Но в воздухе висело непонятное напряжение. Его чувствовали многие. А после последних событий, как верили люди, должно стать ещё лучше...

Я переживала за неё. Она никогда не стремилась к вниманию, а сейчас даже навестить её было проблемой.

Пока я помешивала в казане картофельное рагу, Кайан изучал мои бумажки на столе.

— Сколько бы я ни вглядывался в твои схемы, это всё так же сложно, — пробурчал он, переворачивая выкройку лифа вверх ногами. Я улыбнулась. Меня забавляло его детское, жадное до всего нового любопытство к моей работе. Он всегда относился ко всему, что я делала, с таким вниманием. Это было так приятно, что порой казалось — вот-вот, и окажется сном.

— Это выкройка, Кай, и ты держишь её вверх ногами, — сказала я, ставя тарелку перед ним. Он растерянно отодвинул бумаги и жадно уставился на еду, терпеливо ожидая, когда я закончу. Я положила рядом чашку с несколькими ломтиками свежего хлеба, купленного в лавке напротив моей работы буквально перед самым закрытием.

— А как же ты? — спросил он, заметив, что я села рядом и принялась сортировать выкройки.

Сегодня Тея представала перед Императором — об этом судачили все. Я освободилась поздно, и, судя по сплетням, они всё ещё были во дворце. Дома меня ждало письмо от Бенедара: «Мисс Протея не вернулась в поместье, просила вас сегодня не посещать.» Я только сильнее забеспокоилась, а о еде и мысли не было. Отвлечься помогла лишь работа, да и то — лишь до возвращения Кайана. Теперь тревога снова сжимала виски. Что с ней?

— Я уже поужинала, — соврала я, и парень, кажется, поверил, лишь пожал плечами, откусывая хлеб.

— Кай, они так и не вернулись? — Терпеть до конца ужина я не могла. Кайан, не отрываясь от еды, ответил не сразу.

— Вернулись, но… — он остановил меня жестом, стоило мне вскочить.

— Лекси, уже ночь. Они оба были не в духе и, скорее всего, уже спят!

— Но… — попыталась возразить я.

— Прошу, — в его голосе прозвучала усталая мольба. — Потерпи до утра. Я сам провожу тебя. Обещаю.

Книга выскользнула у меня из рук и с глухим стуком упала на пол. Я неспешно открыла глаза. Задремала в читальной комнате библиотеки на жёстком диванчике. Приподняв затекшую шею, я заметила плед, которого раньше не было, и взгляд сам скользнул на соседнее место, где полусидел Дарион. Его лицо тонуло в полумраке. Камзол валялся на полу, а рубашка была расстегнута почти до пояса. Он даже не пытался переодеться после возвращения. Я же с наслаждением скинула всё платье, оставив его на полу, и укрылась в самой тихой части этого большого дома в свободной, бесформенной сорочке.

Мы не говорили. Он молча забрал меня, и тишина длилась всю дорогу. Нас это не смущало — обоим была нужна передышка. Однако сейчас нужно было понять, что делать дальше.

— Я не слышала, как ты вошёл, — произнесла я едва слышно. Его нога, закинутая на другую, на мгновение замерла, а затем продолжила ленивое покачивание.

— Ты, кажется, заснула. Не стал будить, — ответил он так же тихо.

Он выглядел выжатым, будто Император вытянул из него все соки долгой беседой.

И, только отведя взгляд, я заметила знакомую бутылку вина и два бокала. Один был уже испит, и капля красной жидкости одиноко покоилась на дне.

— Я рассказала ему об архиве, — выпалила я, прежде чем успела подумать. Но даже на это парень не отреагировал бурно. Я услышала лишь лёгкий, усталый смешок.

«Мне нужно попасть в ваш архив».

И с чего я решила, что наследный принц мне поможет? Он не отказал, но и не дал ответа. Лишь прищурился, изучая меня. Сглупила ли я? Возможно. Но мне претит играть чувствами, строить планы, обманывать. Вся эта придворная возня вызывала лишь жалость. От скуки люди готовы на что угодно...

Мне мало чего хотелось. А потом и сам Габриэн ушёл, оставив меня в одиночестве. Я чувствовала себя брошенной, но это его право. Он мне ничем не обязан. Это мои проблемы...

— Вас что-то связывает? — спросил Дарион и одним резким движением приподнялся, опершись локтями о колени. Его взгляд впился в меня. Сердце испуганно забилось где-то под лопатками. Он всё понял. Он не слепой. Даже исчезновение помады с моего лица не прошло незамеченным, я уверена... Но что-то тяжёлое и неприятное всё равно клубилось внутри. Возможно, сам факт, что у меня не получилось скрыть.

Я хотела сделать вид, что не понимаю, но моя реакция выдала меня раньше слов. Ответом стало молчание, слишком долгое молчание.

— Тея, я не дурак. Я вижу, как он смотрит на тебя. И как ты на него. Хочу знать правду.

Прежде чем ответить, я налила себе вина. Он не остановил, хотя моё совершеннолетие ещё не наступило. Я судорожно искала слова.

Правду, — мелькнуло в мыслях. Но я не смогу. Не ему. Это сделает ему больно... Я и так причиняю боль. Всем. А ему — в первую очередь.

Я сделала большой глоток. Прохладная сладость с горьковатым послевкусием спирта обожгла горло.