Тёмное дело | Проект «r»

Глава 2. Дочь пепла

Дым ещё не рассеялся, и воздух был густым, как туман над болотом. От дома Романа остались лишь остовы балок, исковерканные, словно кости, и запах — приторный, липкий, впитавшийся в кожу. Яна стояла посреди этого безмолвного хаоса, не отрывая взгляда от выгоревшего пространства, где когда-то был её дом, её детство, её отец.

Альберт молчал. Он понимал, что любое слово сейчас будет звучать как ложь. Он видел, как её плечи дрожат — не от холода, а от того, что внутри всё рушилось, как рухнул этот дом.

— Что здесь произошло? — наконец спросила она, не оборачиваясь. Голос её звучал глухо, будто доносился изнутри себя самой.

— Пожар, — ответил он тихо, почти шепотом. — Я пришёл уже после.

— После чего? — Она резко повернулась, глаза блеснули от слёз и злости. — После того, как его убили?

Эти слова ударили больнее, чем выстрел. Альберт отвёл взгляд, посмотрел на землю, на фотографии, чёрные от золы. Он знал, что бессмысленно оправдываться, пока она сама не увидит.

— Я нашёл это, — сказал он, протягивая фотографию. — На дороге. Она выпала из его альбома.

Яна посмотрела на снимок, пальцы дрогнули.
— Этот альбом отец никому не показывал, — произнесла она тихо. — Даже мне.

— Я знаю. — Голос Альберта звучал устало. — Поэтому я и пришёл.

Она прижала фото к груди, будто боялась, что оно исчезнет, как всё остальное. На лице мелькнуло сомнение, но ненадолго — гнев снова вспыхнул, как искра.

— Значит, вы знали его, — сказала она холодно. — И всё это время не могли его защитить?

Альберт выдохнул.
— Мы были друзьями. Очень давно.

— Тогда скажите мне правду, — Яна шагнула ближе, почти вплотную, и он почувствовал запах дыма в её волосах. — Что он делал? Почему дом подожгли? Кто они?

Он помолчал. Слова застряли в горле. Слишком много воспоминаний, слишком много того, что нельзя просто объяснить человеку, который ещё не видел, как глубоко тянутся эти корни.

— Это не просто пожар, — сказал он наконец. — И не просто убийство. Твой отец работал над чем-то… что вышло из-под контроля.

— Вы говорите загадками, — прошептала она. — Как и он.

— Потому что прямой ответ опасен, — тихо сказал Альберт. — Для тебя тоже.

Она вскинула взгляд, и на миг между ними промелькнуло что-то странное — не доверие, не ненависть, а нечто, напоминающее страх, который вдруг разделили на двоих.

— Вы думаете, я испугаюсь? — Яна сжала кулаки. — Я просто хочу знать, кто убил моего отца.

Альберт посмотрел на неё — прямой взгляд, твёрдый, но в нём сквозило что-то человеческое, то, что редко оставалось в нём после тех лет, когда он жил в тени.

— Тот, кто убил его, уже однажды убил моего брата, — произнёс он тихо. — Пять лет назад.

Она моргнула, будто не сразу поняла.
— Вашего брата?..

— Рэймонд. Он был картографом. Работал с исследовательскими данными, с картами глубинных структур. Его убили люди Рико — того, кто стоял за этим проектом.

— Проектом? — Яна нахмурилась. — Отец говорил, что его работа просто… техника, механизмы, конструкции.

— Нет, — Альберт покачал головой. — Всё глубже. Он создавал нечто живое. Сеть. Она должна была связывать электронные устройства и биологические структуры. Только это стало чем-то большим.

Яна шагнула назад. Слова звучали как бред, но в них было что-то, что совпадало с её собственными детскими воспоминаниями — странные чертежи, ночные разговоры, холодный свет из подвала.

— Вы хотите сказать… что он создавал жизнь? — прошептала она.

— Он создал не жизнь. Он создал память, которая может расти, — ответил Альберт. — И теперь кто-то использует её.

Некоторое время они стояли в тишине. Только ветер шумел в выжженных деревьях, да где-то вдалеке каркнула ворона. Яна села на поваленную балку, обхватила голову руками.

— Всё это звучит как безумие, — сказала она глухо. — Но я почему-то верю вам.

Альберт кивнул.
— Потому что это безумие уже началось.

Он посмотрел на пепел, и ему показалось, что под ним что-то блеснуло. Он присел, раздвинул золу, и на свет выскользнуло металлическое кольцо, блестящее, с выгравированным символом — спираль, переходящая в тонкие нити, похожие на корни.

Яна узнала его сразу.
— Это знак проекта, — прошептала она. — “R”.

Он сжал кольцо в ладони, чувствуя, как холод металла проникает под кожу.

— Значит, он всё-таки оставил след, — сказал он. — И, похоже, не хотел, чтобы мы его нашли.

Яна подняла глаза, в которых теперь, вместо гнева, был тихий ужас.
— Если всё, что вы говорите, правда… тогда кто-то придёт за этим местом снова.

Альберт кивнул.
— Поэтому мы не можем оставаться здесь.

Она не ответила, только посмотрела на дом, где когда-то жила, и в её взгляде застыла безмолвная клятва.

Они ушли в ночь, оставив за собой руины и золу, в которых медленно прорастал шёпот — тонкий, как дыхание, почти неразличимый, но живой.