Темное озеро из Безвременья

Глава 7. Выбор.

Виолетта

Выпроводив Ворона, я сложила сумки у двери и опустившись рядом, устало прижалась к родным вещам. Боже, сколько всего произошло за эти три дня. Знакомство с начальником поезда и его милой женой, встреча с чудиком Вилло, Дивная каторга и чокнутый Богатырёв с подвижниками. Ночь на озере, встреча с Вороном и Кощеем, ужасная сцена в станице. Что мне ещё ждать от этой практики?

Если Ворон не врал, то меня действительно потеряли, если сообщат родителям, это будет ужасно. Перед глазами возникло заплаканное лицо мамы и сжатые губы отца, стискивающего кулаки, чтобы никто не увидел, как трясутся руки. От увиденной картинки, слезы навернулись на глаза, поджав коленки я разревелась, закусывая ткань рукава, чтобы не всхлипывать слишком сильно. Снежная Королева растеклась, превращаясь в грязную унылую лужицу. Не место мне здесь, хочу домой, в родной университет и к родителям. Через пару минут в дверь постучали. Задрав голову, я пыталась сдержать поток текущей ручьями соленой обиды, но слезы не прекращались. Стук повторился, прокашлявшись, я прсипела, шмыгая носом:

— Я переодеваюсь, скоро спущусь, извините, — надеясь, что Ворон или хозяин дома оставят меня наедине со своими проблемами. Вот только снова рыдать на плече у Соры мне не хватало. Не хочу создавать проблем!

С трудом поднявшись, ноги затекли, будто свинцовые, я перетекла на мягкую кровать и закутавшись в тёплое покрывало, свернулась калачиком, незаметно засыпая. Стрелки часов бежали вперед, мне снилось, как неслышной поступью кто-то безумно близкий и родной обходит крохотную комнату, задергивая шторы от наглого солнечного лика, укрывает тишиной и безмятежностью. Отгоняя кошмары, прочь беды и ненастья. Прохладная рука коснулась щеки, успокаивая, нежные пальцы растрепали волосы, жалобно застонав, я открыла глаза.

В комнате никого. Переодевшись в последнюю приличную одежду - блузку и темные брюки, осторожно стала спускаться вниз. Это сколько я проспала? На улице уже вечереет, а я до сих пор не решила проблему с возвращением домой. Пора бы и честь знать, Константин Николаевич конечно гостеприимный хозяин, но я что-то больно наглая гостья. Хотя, чего уж лукавить, вопреки здравому смыслу, уезжать не хотелось. Вспомнился сон и такое реальное прикосновение, что до мурашек пробирает. Что это за чувство внутри?

Из столовой доносились голоса, я невольно прислушалась. Ворон о чем-то увлечённо рассказывал Соре, изредка поддакивающему в ответ.

—И тут она меня прерывает и говорит: «Покажите документы». Я глазками и так, и эдак, а ей хоть бы что, смотрит в упор, игнорируя. И вот тут я понял, что попал! Такая женщина, огонь!

Постучав, привлекая внимание, я вошла в комнату. Дама из рассказа Ворона напомнила мне нашего декана, такой же адский характер. Заметив меня, Радомир отвесил нелепый поклон и, ссылаясь на уйму дел, поспешил откланяться. Я посмотрела на Сору, хозяин дома отвлекся от какой-то пухлой книги и также пристально ответил на мой взгляд. Где-то кометы разбивались на осколки, люди сходили с ума, бушевали ветра и песчинками осыпались чьи-то воздушные замки. Сора с улыбкой смотрел на меня, а я понимала, как краснеют румянцем щеки и бабочки порхают внутри. Снежная Королева влюбилась в Кощея, что на сотню веков ее мудрее.

С легкой ухмылкой Сора отвел взгляд, приглашая за стол, нарочито медленно обходя вокруг и отодвигая стул. Присаживаясь на самый краешек, я следила, как хозяин раскладывает по тарелкам ароматное овощное рагу, словно ожидающее, когда голодная гостья проснется. На подносе прибавилась изящная миска с салатом и округлый чайник, с дурманящим запахом свежей мяты. Расставив тарелки, Сора уселся напротив, ожидая, когда я приступлю к трапезе. Манерность, чтоб ее. Нет, я конечно вилкой с ножом пользоваться умею, и даже приборы для званого обеда разложить смогу, спасибо урокам этикета и девяностолетней мадам, ведущей их. Кто не сдал... Собственно таких не было, ибо об ужасах пересдачи ходили такие страшилки от старших курсов, что проще выучить или сразу на плаху. Но одно дело вилку десертную от устричной отличать, а другое дело жить в реальности так, как ведет себя хозяин этого странного дома. Или правильнее сказать: «странный хозяин дома»?

Подцепив кругляшек баклажана, я с наслаждением жевала божественно вкусную пищу. Как можно чаще одергивая себя, я все равно с дикой скоростью поглотила блюдо и порцию зеленого салата. Отложив приборы, я спросила у Соры куда отнести грязное, но он лишь помотал головой, поднявшись и забирая грязные тарелки. Вернувшись через пару минут с вареньем и четвертиной ягодного пирога, приглашая пересесть на диванчик.

— Все, что осталось от Ворона, остальное слопала прожорливая птица, — рассмеялся мужчина, отрезая мне часть пирога и начиная беседу: — Девочка, я взял на себя смелость забрать из Дивной твои документы, которые ты оставила у старосты. Считай меня не в меру любопытным, но твоя история меня заинтересовала и я прочитал их. Насколько я понял, тебе нужно отработать на должности некоего административного «помощника» в течении двух лет, после чего ты получишь к диплому отчет о практике. За это же время ты должна подготовить научную работу, раскрывающую острую социальную проблему, после этого твое обучение можно считать оконченным, — Сора замер, ожидая комментариев.

Я тяжело вздохнула, продолжая вместо него: — Отказаться от практики невозможно, об этом я знала с самого начала, но поступая не думаешь настолько масштабно. Тогда практика казалось чем-то прекрасным, казалось, горы можно свернуть. Но сейчас я даже смысла в своей роли не вижу. Ну какой из меня социальный активист? Не успела приехать, как стала мишенью местного населения, — я невесело рассмеялась, наливая себе побольше чая.

От воспоминаний о селянах начало потряхивать. Сора, будто заметив перемену настроения, принес из гостиной шерстяной плед и накрыв меня сверху, уселся рядом.

—Что же ты ожидала, сейчас поменяв мнение?

—Я? Изменить мир, помогать людям, мне казалось, я стану кем-то важным. Под моим руководством будут оснащаться детские площадки, расти цветы на клумбах, проводиться соревнования и праздники...