Тёмное проклятие Инкарвиля

13

Когда меня пригласили на уединенную беседу с Халралом, я настояла на присутствии моих попечителей: Касандриэль и Артинора. Сразу после выступления, дракон не успел далеко отлететь и прекрасно слышал слова женщины, как и мой ответ. Поэтому, задев меня порывом ветра, отправился на поиски эльфов. Все же, как и раньше, передвигаться нам лучше вместе. У этих двоих есть причастность к эльфийскому роду, а у меня – магия и цель, хоть Канор и намекал на то, что я о ней начала забывать. Невыносимый дракон говорил, что я сильно меняюсь, когда использую ментальный дар, становлюсь менее ледяной и более чувственной. Со стороны виднее, конечно, но сама я этих перемен не ощущала.
Я стояла у входа в шатер, переминаясь с ноги на ногу, ждала, когда дракон вернётся и приведет нашу парочку. Магине пришлось соврать, сказать, что эльфы сами намеревались меня навестить после выступления, чтобы та не решилась утащить меня к своему хозяину силой. Все же, здесь считаются только с эльфами, а меня могут и продать.
– Я надеюсь, ты понимаешь, что придворный эльф не станет ждать тебя всю ночь? – ехидно выплюнула женщина.
Промолчав, выглянула из-за полы шатра и радостно улыбнулась, завидев знакомые фигуры. Канора рядом с ними не было, опять принял призрачную форму, чтобы везде успеть и все подслушать.
Эльфов заметила и магиня, по моему лицу определила, что именно их я и ждала, и быстро вышла тем на встречу. А я только сейчас вспомнила про правило, которое запрещало эльфам находиться в шатре с искусниками.
– Приветствую вас, – магиня склонила голову, – прошу пройти со мной в таверну Золотой Дракон. Именно там остановился придворный Халрал.
Артинор выпрямился и развел плечи в стороны, чем заставил меня улыбнуться. Женщина, заметив это, неправильно расценила причину веселья и фыркнула:
– Правильно, радуйся. Это огромная честь: попасть в придворную свиту искусников. И как тебя только рассмотреть успели? Мы приехали пару мгновений назад, с началом выступлений на площади, ещё даже не все успели выйти из шатра, а хозяин уже выбрал.
Продолжая возмущаться, магния направилась вперёд, ведя всю нашу компанию за собой. Шли мы совсем не долго, таверна Золотой Дракон располагалась на другой стороне площади. Слуги и работники заведения были разодеты в строгую черную бархатную форму с золотыми вензелями. Они чопорно поглядывали на проходящих зевак и иногда даже гоняли изрядно приставучих попрошаек. В какой-то момент я испугалась, что и нас не пропустят, но завидев магиню придворного Халрала, нам мгновенно раскрыли двери и проводили до лестницы, которая вела на верхние уровни.
Обстановка в таверне тоже была довольно вычурной: чёрное дерево с позолотой. Везде позолоченные ручки и позолоченные портретные рымы, глаза даже устали от такого обилия. На полу возлегала красная ковровая дорожка, что придавало ещё больше гнета всему помещению. В этой таверне на дверях комнат были изображены драконы. Только, если в Темной Лилии по цвету цветка можно было понять о комфортности и статусности комнаты, то здесь везде был изображён один и тот же золотой дракон.
Открыв двери, магиня пригласила нас войти. Сделав шаг, осмотрелась. Комната была роскошной: резная мебель, зеркала, мягкие кресла и аккуратный стол. Это был кабинет или гостиная, так сразу и не поймёшь. Из двери на соседней стене показался мужчина: высокий рост, стройное телосложение, длинные белые, словно седые, волосы, сплетённые в несколько кос, темно-фиолетовые глаза, прямой нос и длинные эльфийские уши. Цвет кожи мужчины меня изрядно удивил: я не могла понять, светлый он или тёмный. Что-то напоминающее грязное молоко. Выпустив ментальную магию, решила узнать эльфа лучше, но первым мне попался страх рядом стоящих. Обернувшись, увидела, как трясутся мои эльфы. Одно дело, врать обычным горожанам о месте своего проживания и совсем другое – придворному темному. Они боялись, но все равно пошли, не желая оставлять меня одну.
– Придворный темный эльф Халрал, – гордо подняв подбородок, представила эльфа женщина.
– Спасибо, Пирэлла, – кивнул тот в ответ, – дальше я сам. Распорядись пока о поздней трапезе.
Кивнув, магиня удалилась, оставив нас наедине с Халралом.
– Признаться честно, я даже не рассчитывал, что в этом месте, на границе с великим лесом, я встречу такой прекрасный цветок.
Сила почувствовала интерес ко мне, но он был совсем неплатонического характера. Эльфа восхищала моя внешность, как скульптора восхищают великолепные статуи, а художника – картины. Он видел во мне не женщину, а искусство и вдохновение. Таких людей и нелюдей я раньше не встречала, от того и растерялась немного, смутившись.
– Стоило нам въехать на центральную площадь этого малого городка, как я почувствовал силу сильного искусника, – продолжал Халрал, – и сидев на балконе, я ждал, когда увижу главное выступление. Только ты показалась из недр шатра, я сразу понял, что хочу тебя.
Эльфы за моей спиной поперхнулись, а спрятавшийся Канор одобрительно хмыкнул, но придворный не обратил на это внимание.
– Не подумай, – замахал тот руками, – я хочу тебя в свою свиту. Свиту придворных искусников. Мои цветочки выступают на разных балах и советах, на праздниках и ярмарках, по всем темным землям. И если твое мастерство будет и дальше радовать меня, то я поставлю тебя в группу замковых искусников. Они выступают у самого владыки в тронном зале, ещё и живут в служебных комнатах. Не совсем больших, зато в замке владыки.
На этих словах, я поняла, к чему мне стоит стремиться. Как сказала сивилла: то, что я ищу, находится при темном дворе, а не в маленьком городке темных земель. Значит, мне самой стоит попасть именно в темный двор, и в этом мне, как раз, поможет Халрал.
Я одобрительно взглянула на Артинора и Касандриэль, те поняли мое отношение к предложению и приняли правильное решение, согласившись.
– Спасибо Вам за достойную оценку моих стараний, – улыбнулась приветливо, – только вот, спешу Вас уведомить, что магией огня я не обладаю, это кровный артефакт.
Придворный задумался, замолчав, а потом кивнул, давая понять, что принял мои слова.
– Если Вас это не сильно беспокоит, то я готова попробовать себя в качестве цветка Вашей свиты, – склонила голову в знак почтения, – только об одном хочу напомнить, достопочтенный Халрал, я не могу никуда отправляться без своих хозяев. На мне долг рода.
– И его никак нельзя выкупить? – скептически поднял бровь эльф.
– Нет, – твердо ответил Арти, – боюсь, что это невозможно. Дело чести, а не золота.
– Что ж, – Халрал почесал переносицу, – хорошо. Ради такого экземпляра в своей коллекции, я готов потерпеть и вас. Добираться будете сами и таверну оплачивать тоже.
– Боюсь, что это придется делать мне, – деланно смущаясь, тихо отозвалась я.
– От чего же? – удивлённо нахмурился эльф.
– Пусть мой долг относится к вопросу чести, но пункт о золоте там тоже был, – пожала я плечами, – так что, буду Вам очень признательна, если Вы позволите мне приступить к работе как можно скорее.
Придворный эльф ещё раз внимательно осмотрел всю нашу компанию, а потом тяжело вздохнул и, взмахнув рукой, сказал:
– Ладно, невероятная Сани. И почему у меня такое чувство, будто это не я буду тебя использовать, как звезду своей свиты, а ты меня, как средство достижения своих целей?
– Не знаю, – улыбнулась я вполне искренне.
Мне понравился этот мужчина. В нем не было грязи, только любовь к искусству и прекрасному. Видимо поэтому рядом с ним всегда вьется эта магиня Пирэлла, которая постоянно строго на всех взирает.
– Как я узнал, вы из Лесного Гнева, так?
Мы молчали, только переглядывались друг на друга. Мне не хотелось врать, а эльфы просто боялись это делать.
– Ага, вот даже как, – хмыкнул придворный, – дети леса?
Кася заметалась, а Арти покраснел. Пожалев нашу парочку ответила я:
– Да, милейший. Я прошу нас простить, но у нас бы…
– Да ладно, – махнул рукой Халрал, не дав мне договорить до конца, – так ты полукровка? В великом лесу обычным людям жизни нет, только эльфы могут жить под ветвями тех деревьев.
Но видя мое молчание, придворный понял, что не угадал.
– Ты не похожа на детей леса, – вновь почесал тот переносицу, – ты, словно светлая эльфийка, особенно эти волосы… Возможно, когда-то давно, в твоём роду и были эльфы, только вот тебе их крови совсем не досталось. Выходит, ты человек из светлых эльфийских земель, которому удалось пересечь великий лес, ещё и этих двоих по дороге подцепить вместе с долгом рода. Да уж…
Я развела руками, показывая, что не выбирала такую судьбу, а то, что его рассказ немного не сходится с правдой – это и вовсе говорить не стоило. Мне понравилась история, которую придумал Халрал. В ней, крайняя допустимая информация для окружающих: меньше рассказывать можно, а вот больше – уже нет.
– Ладно, – выдохнул Халрал, – будем считать, что это не мое дело. На чем вы прибыли в темные земли?
– На драконе, – гордо отозвался Арти и поспешно добавил, – он тоже отправится с нами.
Придворный как-то странно на нас посмотрел, но ответил довольно мягко, как умственно нездоровым.
– Конечно – конечно, никто не станет отбирать у вас средство передвижения. Да и зачем? За кормёжку и постой тоже платите сами, я беру ответственность только за искусницу.
Эльфы разом на меня взглянули, а я одобрительно кивнула, давая понять, что и сегодня успела заработать достаточно. Единственное, за что переживала – это цены.
– Простите, придворный Халрал, – неуверенно обратилась я к мужчине, – во сколько обойдется нам комната в замковой таверне?
– За это сильно не переживайте, – махнул рукой эльф, – я сейчас все объясню. Не так давно, владыка издал указ о фиксированных ценах на постой для эльфов.
– Только эльфов? – удивлённо пискнула Касандриэль.
– Да, только эльфов. Обычным людям снимать комнату в таверне никто не даст. Там уже пусть в дом к кому идут, на сеновал или у своих суетятся. А вот магам немного проще. Если ты маг, значит обязан у кого-то работать, иметь хозяина, который за тебя поручиться. Вот с такой запиской или заверением хозяина, комнату в таверне снять можно и магам.
– А какие цены для эльфов? – подключился Артинор.
– Если вывеска золотая, да и названии есть золото, то за апартаменты положена оплата в три золотых.
– А комнату? – удивлённо вопросила я.
– Комнат в золотых тавернах нет, только апартаменты, как здесь, – пояснил Халрал, – спальня, гостиная и ванная. Но здесь, в приграничье, они стоят один золотой вместо трёх.
– Мы ещё хорошо устроились, – хмыкнул Артинор.
– Это где? – поинтересовался придворный.
– В Темной Лилии, – ответила на вопрос я.
– Тоже достойное заведение, – согласно кивнул Халрал, – хоть я бы там ни за что и не остановился бы. Статус не позволит. Но я многое слышал о хозяйке и ее правилах. Комнаты на разный кошелек и пожелание: дешёвые, средние, для зажиточных, серебряные и даже парочка золотых апартаментов. Вас в какую поселили?
Эльфы дружно пожали плечами.
– На двери была нарисована серебряная лилия, – ответила я, вместо парочки.
– О, – протянул мужчина, – да вас по достоинству оценили. Наверное ты, Сани, договаривалась, хозяйка любит талантливых искусников.
Улыбнувшись, ничего не сказала в ответ.
– Так вот, – поднял палец вверх Халрал, вспомнив, к чему он это все говорил, – есть ещё серебряные вывески, там все комнаты одного статуса для благородных или зажиточных эльфов, обычных комнат нет. Цена в таких тавернах – три серебряных в день. Дешевле искать не советую. Только в золотых и серебряных тавернах есть своя охрана, хоть вы ее и не увидите.
– И через сколько нам нужно быть готовыми? – аккуратно спросила я.
– Отправимся утром. Все, что искал, я уже нашел. Соберите вещи, дракона и остаток за комнату, – усмехнулся Халрал, – знаю, что в Лилии берут задаток. А ты, Сани, предупреди в шатре, что уезжаешь. Выпишись из списка и скажи, что едешь со мной, а то могут появиться недовольные.
– Хорошо, – кивнула я.
– Тогда, не задерживаю.
Эльф указал рукой на дверь и мы, переглядываясь, направились в ее сторону, тихо попрощавшись. Стоило двери за нами закрыться, как мы услышали:
– Пирэлла, ужин!
Какое-то время мы молчали, внимательно обдумывая все, что сказал эльф. Но стоило ступить на уже не такую шумную площадь, как нас всех прорвало одновременно:
– Ну и цены! – Арти.
– Да он красавчик! – Кася.
– Он знает кто мы! – я.
Минуту молчания после этого разрядил появившийся Канор:
– Нормальный мужик, кстати. Не извращенец и не тиран. Только мне показалось, что он вообще женщинами не интересуется?
– У него другие предпочтения, – поправила я дракона.
– Как у Мурэна что ли? – скривился призрак.
– Нет, – улыбнулась я, – он с головой погряз в творчестве и чувстве прекрасного.
– Неужели он сам утоляет потребности своего тела, глядя на это самое искусство?
– Канор! Ну что за гадость! – возмутилась я.
– А это как? – заинтересовалась Касандриэль.
– У братца своего спроси, он большой мастер в этом деле, – подмигнул дракон.
Эльф покраснел, я запыхтела от возмущения, а эльфийка так и продолжала моргать глазами, ожидая, когда ей расскажут самое интересное.
– Ну Арти! – канючила та, – Почему все знают, а я нет? Расскажи.
Мне его было искренне жаль и от этого, я ещё злее посмотрела на дракона, ожидая, что тот все же вспомнит про совесть и спасет бедного мальчишку. Зря…
– Кась, – заискивающе начал Канор, – ты же взрослая лесная девочка, так?
– Так. – согласилась эльфийка.
– Так вот. Видела, как в лесу звери в брачный период сношаются?
– Приходилось, – уже шепотом ответила Касандриэль, а ее щеки покраснели.
– Вот, – ухмыльнулся дракон, – а что делал тот медведь, которому пары не досталось?
Глаза эльфийки распахнулись, а рот раскрылся в удивлении. Девушка медленно повернулась к брату.
– Ты что, это…, – указав пальцем на его штаны прямо в область паха, Кася возмущённо взвизгнула, – это… в дупло запихивал?
– Касандриэль! – негодовал в ответ эльф.
Канор же засмеялся так громко, не боясь, что его обнаружат и разоблачат.
Я лишь головой покачала от разворачивающейся картины.
– Но где же тогда придворный Халрал берет дупла? В замке правителя нет леса, это я знаю точно.
На этой фразе не выдержала уже и я, и Артинор. Прыснув в кулак, я старалась держать себя в руках, но это было очень сложно.
– Это были не дупла, да? – с наивностью в глазах продолжила эльфийка, – Вы специально надо мной смеётесь?
– Моя милый и нежный цветок, – призрак подлетел ближе к девушке, – ты просто слишком невинна, чтобы понять, а рассказывать тебе прямо я не могу, приличия не позволяют.
– Тогда намекни, – топнула ножкой Касандриэль, не желая мириться с незнанием.
– Эх, – выдохнул Канор, – а если у мишки не было дерева рядом, что он делал?
Щеки девушки загорелись ещё сильнее. Мы подумали, что до нее наконец дошло, но увы…
– Тогда он пристраивался к другому мишке, который был уже занят активными действиями, – еле слышно проговорила эльфийка и с подозрением взглянула на своего брата.
– И здесь мужеложцы, – застонав, дракон хлопнул себя по призрачному лбу.
– Да трогаю я себя! Просто трогаю и все! – не выдержал эльф, – Мне не нравятся мужчины!
– А что, когда тебя трогают другие, тебе тоже нравится? А у тебя что, кожа слишком чувствительная? Я вот, когда себя трогаю, никаких сильных ощущений не испытываю…
У дракона началась настоящая истерика, а Арти пытался аккуратно прикрыть рот сестре, чтобы прохожим не были слышны ее вопросы.
Вот же… дети.