Тёмное сердце - том 2 Багровый Жнец

Глава 22 - Я опять опоздал

​На Восторине царил обманчивый покой. Амон сидел в своем кресле, неспешно потягивая горячий сладкий чай и размышляя о заговоре Древних. Вдруг его пальцы дрогнули. Фарфоровая чашка с тихим звоном сорвалась из рук и полетела вниз, но так и не коснулась пола.
​Время остановилось.
​Пылинки замерли в воздухе, а мир вокруг потерял свои краски, став блеклым и серым. Леденящий, гробовой холод сковал тело Амона, вышибая воздух из легких. Пространство за его спиной сгустилось, и из чистой тьмы соткался Жнец. Костлявые, покрытые саваном руки мертвеца мягко, почти по-отечески обняли Амона за плечи, а жуткий, шуршащий шепот раздался у самого уха мага:
— Ты чувствуешь это, Амон?.. Николас дернулся в своем вечном сне. А это значит лишь одно: прямо сейчас Луна и его дети в смертельной опасности.
​Амон резко выдохнул, его глаза вспыхнули яростью. Оцепенение спало, время с грохотом вернулось в свое русло, а разбитая чашка наконец разлетелась на осколки у его ног.
​Не теряя ни секунды, Амон взмахнул рукой. Пространство перед ним с треском разорвалось, открывая багровый зев портала, ведущего прямо на Соколин. Маг шагнул в него мгновенно.
​Когда он вышел на главную площадь Соколина, увиденное заставило его замереть в шоке.
Воздух всё еще пах гарью и вымерзшим фиолетовым ядом. Кругом лежали дымящиеся руины, королевская стража лихорадочно вытаскивала раненых соколинцев из-под обломков библиотеки. Посреди этого пепелища, тяжело дыша и содрогаясь от безмолвных слез, израненная Луна из последних сил прижимала к себе напуганных детей. А чуть поодаль, в луже черной, запекшейся крови, валялось располовиненное, изуродованное тело мага в изорванной белой мантии. Сила Затмения буквально разорвала его надвое.
​— Что, мать вашу, тут произошло?! — громовой голос Амона разнесся над площадью, в нем смешались паника и ярость.
​Луна подняла на него заплаканное лицо, её голос дрожал:
— Николас… Николас защитил нас, Амон… Этот маг, его звали Ордо. Он напал из ниоткуда, назвался послушником Пути Кин. Он… он почти убил меня. Но Люциан… Сын как-то смог выпустить силу Затмения. И эта сила… она просто уничтожила врага.
​Маленький Люциан, забившись под крыло матери, мелко дрожал. Его фиолетовые глаза снова стали прежними, но в них читался первобытный ужас — мальчик абсолютно не осознавал, что за хтонический кошмар только что проснулся внутри него.
​Амон молча сделал шаг вперед, опустился на колени прямо в пыль и крепко, надежно обнял Луну и детей, закрывая их своим широким плащом от ужасов разрушенной площади.
​— Всё хорошо. Теперь всё хорошо, — тихо, с глухой болью в голосе произнес он, глядя на останки Ордо. — Простите меня… Я, как всегда, опоздал.