Тёмные Дары. Книга 2: Город проигранных душ

Глава 6 (Часть 1)

Глава 6

Немножечко не мёртвые

Детектив Дон Ромирез методично затушил в обшарпанной круглой пепельнице уже, наверное, пятую сигарету подряд. Глянув на наручные часы, он с разочарованием отметил, что прошел всего час с момента, как Дон вернулся от этого подозрительного и молчаливого субъекта, именовавшегося здешним шерифом. Номер, выделенный ему в единственной городской гостинице, был настолько же унылым, как и погода за пределами его старого и мутного окна. Единственную радость этого жуткого места составляло маленькое настольное радио, вещавшее на частоте родного города детектива – Сан-Франциско.

Мужчина потёр заросшую трехдневной щетиной щёку, и лениво потянулся за новой порцией никотина. Он с грустью подумал о том, что будь сейчас в Вэлридже, мог бы скоротать этот вечер куда как интереснее, нежели просиживать штаны в задрипанном отеле – в сотый раз изучая лежавшее перед ним дело «Проклятой троицы». Этот Хаммер явно что-то недоговаривает, уперся как баран со своими «законами Дарквилля», апеллирует какими-то высокими материями, типа «режима Тишины», «Закона о мёртвых» и чёрт-де-ещё каким дерьмом…

По мнению Дона, всё было гораздо проще. По мнению Дона – этот лохматый бугай знал нечто такое, что могло коренным образом повлиять на ход его, детектива Ромиреза, расследования. И очень даже могло быть, что Бен Хаммер напрямую замешан во всём этом. Почему нет? Ведь бриллианты точно были, даром что их не смогли найти. Этот городок полон неприятностей, и закон его такой же серый, как и грязь на старых улицах. Сейчас детектив Ромирез с нетерпением ждал наступления воскресного утра – именно тогда он сможет, наконец-то, увидеть останки сестер и поговорить с их таинственным «дальним родственником», взявшимся невесть откуда. Прощальная служба должна была начаться в похоронном агентстве «Имэйдж» завтра, в десять утра.

Вечер обещал быть до зубовного скрежета долгим, а потому Дон намеревался разбавить густой сумрак субботы доброй порцией тёмного пива, наверняка ожидавшей его в баре с нелогичным, на взгляд Дона, названием «Весёлый костыль». Детектив сунул в зубы шестую сигарету, и уже почти смог натянуть на свои широкие плечи (за последние пару месяцев ему удалось неплохо подкачаться) так называемый «рабочий» пиджак неприметного, тёмно-синего цвета – когда заметил во дворе гостиницы кое-что любопытное. Вернее, кое-кого.

Отодвинув подальше светлую пыльную занавеску, Ромирез присмотрелся – так и есть, спутать её ни с кем другим он не мог. Еще при самой первой встрече с Хаммером, Доналду хорошо запомнилась загадочная миниатюрная блондинка, повсюду сопровождавшая неразговорчивого стража порядка. Не в обиду будет сказано, но вид у нее был не из лучших: девушка, мало того, что была близорукой и носила огромные несуразные очки, так ещё и постоянно страдала не то головокружениями, не то какой-то дурной болезнью наподобие эпилепсии – руки у нее постоянно тряслись, особенно, когда нужно было передать шерифу какие-нибудь улики или важные бумаги. Помнится, в какой-то момент Ромирез даже подумал, а не наркоманка ли она?

Вот и сейчас, запинаясь через шаг, девушка торопливо куда-то шла, попутно запахивая полы длинного, черно-фиолетового пальто. Из-под воротника верхней одежды, она на ходу пыталась вытащить тонкую косицу жидких светлых волос. На спине у девушки виднелся продолговатый черный рюкзак-футляр, похожий на те, в которых ученики музыкальной школы носят свои инструменты. Однако этот кофр отличался от всех виденных детективом ранее, но, в то же время, его очертания Ромирезу были знакомы.

Конечно же, выбирая между пивом и слежкой, способной привезти его к разгадке тайны сестёр Кроу, Дон выбрал второе: быстро сунув револьвер в кобуру, агент выскользнул из номера и поспешил к выходу. На лестнице, он чуть не столкнулся с высоким смуглым незнакомцем в идеально выглаженном чёрном плаще. Тот вовремя успел отступить, но всё же слегка задел детектива плечом – Дон невольно отметил про себя, что незнакомец оказался весьма крепким, несмотря на излишнюю холеность. «Прямо как Медичи», - промелькнуло у него в голове. Однако сейчас было неподходящее время для ностальгии по безвременно ушедшему другу, поэтому Ромирез поспешил выкинуть все подобные мысли, сосредоточившись на «объекте». Нырнув в промозглый сумрак осенней ночи, детектив вновь почувствовал себя в своей стихии, он начал преследование, держась в нескольких десятках шагов от добычи…

***

Энди шла максимально быстро, но всё же старалась соблюдать рамки приличий, что стоило ей очень больших усилий, учитывая, какая проблема образовалась у нее на «фронте ночных работ». Девушка не сказала миссис Хлор о том, что незадолго до заступа на смену, на её рабочий планшет пришёл «забодаться-какой-тревожный-сигнал». Если бы она осведомила об этом Эвелин, с ней в пару непременно бы поставили Хаммера, а это означало бы несколько очередных, «прекрасных» часов, в течение которых, главной задачей Энди являлось сдерживание непрекращающихся приступов тошноты – вместо того, чтобы заниматься реальным делом. Ну да, ну да – она проигнорировала сыворотку, зато теперь была практически нормальной. Практически – потому что полностью, естественно, она таковой быть не могла.

И потом, эти девушки… Не то, чтобы Энди им не сопереживала – нет, напротив, она очень и очень сочувствовала их положению, в которое, похоже, они до сих пор не могли поверить. Да и поверят ли? Энди сильно сомневалась в том, что громогласная речь шерифа впечатлит столь экспрессивных сестриц, и окажет на них должное, по своей мотивации, воздействие. Во всяком случае, рано говорить о том, что им вскоре придется уехать – пока не проявилась их новая натура, решать что-либо в этом ключе будет бесполезно.