Темные не признаются в любви

ГЛАВА 7. Мгновения Тьмы

Почти полчаса мы пили чай, ели яблочный, как говорит Рия, «пилог» и восхитительные, невозможно вкусные шоколадные конфеты, которые оказались в пакете Джареда.

Пока сестры доставали гостя вопросами о магмобиле, Верея подобрала мне сапожки и с помощью магии вернула нормальный вид плащу и платью. Падение не ограничилось сломанным каблуком – загадочным образом я разодрала подкладку плаща в области спины и надорвала атласную окантовку на подоле платья.

К счастью, лучшая модистка модного дома Таркала привела мой наряд в порядок за несколько минут, в награду стребовав рассказ, почему я воспользовалась тревожным свистком. И в первую очередь поинтересовалась, что я делала у ростовщика, зачем заложила серьги.

– Долго объяснять…

– Сынишка спит крепко, времени у меня полно.

– Хорошо, слушай.

– Но сначала, как на тебя напали бандиты! – переменила свое решение невестка.

И я рассказала о нападении. Верея ахала и охала, прикрывала рот узкой ладошкой – в общем, сопереживала в своем стиле, а потом сделала неутешительный вывод:

– Если бы не господин Виквард, тебе досталось бы, дорогая. Увы, патруль и Карол находились слишком далеко и не успели бы на помощь. Жаль, что министерство так и не выделило несколько магмобилей для полиции.

– Зато у принцессы Фионы их уже три, – желчно добавила я.

– Чего только не сделают родители, чтобы извиниться за ситуацию, в которую попал их ребенок.

– Фиона – принцесса, в любом случае ее жениха должны одобрить родители и совет. И с мыслью, что придется выйти замуж за давелийца, она росла минимум четыре года. Так за что перед ней извиняться? Ее же не заставляли кого-то заменять за несколько дней до отбора.

– Ты о чем сейчас? – нахмурилась Верея. – Явно не о принцессе.

Меня тянуло поговорить о ситуации, в которую попала из-за родителей и собственного упрямства. Очень. Хотелось пожаловаться и услышать слова сочувствия и поддержки, а Верея была готова слушать. И я решилась рассказать все ей, а не Каролу.

– За несколько дней до окончания моих каникул Криста вдруг заявила, что я обязана пойти вместо нее на отбор. Представляешь? Обязана! И все уже решено, мое согласие не требуется…

Я изливала душу девушке, которая до встречи с моим братом и сама пережила немало испытаний, и видела ее неподдельное сострадание.

– Сама понимаешь, я не могла согласиться, а отец решил, что иду против его воли, что слишком я «обнаглела в своем КУМе». Он хоть не рыжий, но натура у него огненно-вспыльчивая, упрямая. Слово за слово… Отец заявил, что без семьи не справлюсь – и я самоуверенно возразила, что могу обойтись без них. И он, вспылив, произнес ритуальную фразу вывода из рода.

– Ох! – Верея прижала руку к груди.

Когда Карол ругался с родителями, возражавшими против кандидатуры невесты, его никто не изгонял. Мой проступок оказался «серьезнее», а, может, сын-наследник важнее склочной дочки.

– Отец сказал, что у меня есть месяц, чтобы одуматься и извиниться, тогда он пойдет со мной в храм Матери и отменит изгнание, приняв обратно в лоно семьи. А чтобы мне быстрее дошло, что я не права, не заплатил за обучение, – закончила я рассказ с горечью.

Верея покусала губы и вздохнула:

– Теперь понятно, почему ты пошла к ростовщику, а не в банк, где нужна не только настоящая фамилия, но и подтверждение, что относишься к определенному благонадежному роду.

– Ну, да, я сейчас безродная…

Невестка ласково обняла меня и успокаивающе погладила по голове, прямо как своих сестер или кроху-сына.

– Бедная ты, бедная…

– А ведь я придумала, как сделать всем хорошо: и Криста сможет выйти замуж за кого пожелает, и я спокойно закончу обучение.

Верея, отстранившись, тревожно на меня посмотрела:

– Элея! Что ты надумала? Ты же не станешь ломать себе жизнь из-за отбора?

Отмахнувшись от ее странных намеков, я процитировала правило, по которому темным выбирают невест:

– «В отборе не участвуют: больные, увечные, утратившие невинность, учащиеся магички». Но есть и тайный пункт! Ни один оборотень не выберет укушенную вампиром.

– Боги, Элея, что за чепуху ты несешь? – Верея схватилась за голову, беспокойно всматриваясь в мое лицо. – Откуда ты это взяла?

– Дочь бабушкиных соседей, четы Бетер, три года назад добровольно оказала помощь раненному вампиру, дав испить своей крови, а в прошлом году на нее указал жребий, но в Четвертом отборе ее так и не выбрали. Она намекнула мне, что из-за того укуса. Оборотням не нравятся меченые девушки.

– Хорошо, не нравятся, – согласилась невестка. – Но где ты найдешь раненного вампира? Это нереально!

Каюсь, я не сдержала довольной улыбки, выдающей меня с головой.

– Ты что… уж-же? Элея! – жена брата испуганно заикалась. – Да чем ты думала? Карол разозлится…

– Расскажешь ему, когда я уеду. – Я молитвенно сложила ладони. – Обещай, что только когда уеду! Иначе он меня прибьет.