Темные ведьмы не влюбляются

Глава 3

Глава 3

— Итак, — проговорила я. — Сегодняшний раздел для изучения – «Отслеживание, контроль и другие принципы безопасной эксплуатации некрожизни». Открыли волюмы, записали тему. Фэр Фрери, соблаговолите ответить: как проще всего установить механизм контроля в только что созданном и оживленном квазиорганизме?

Тандус завозился на стуле, ошалело хлопая мутными глазами. Небось, накануне раздобыл очередной эротическо-рунический шедевр и опять пожертвовал сном.

— Идите сюда, — смилостивилась я. — Будете ассистировать.

Фрери милости не оценил и побледнел. Я вообще не понимала, зачем он поступил на факультет некроинженерии и как доучился до третьего курса. Пошел на принцип, чтобы победить страх перед квазижизнью? Пока что это у него получалось плохо.

— Я жду вас, Тандус. Смелее.

Студент поднялся и поплелся к кафедре, где на столе уже сидела только что слепленная мной миниатюрная камнеедка.

С удовольствием погладила висящий на шее ключ от хранилища при лаборатории. Раньше мне приходилось кланяться в ножки Лоури каждый раз, когда требовался материал для создания некро-единицы. Теперь я могла использовать любые составляющие, разумеется, под отчет и учет.

— Для камнеедки мы использовали… — подсказала я. — Что мы использовали, господин Фрери?

— Камни, — пророкотал Тандус, косясь на угрожающе двигающую плоскими челюстями некрожизнь.

— Не простые, а…

— Из старого нечищеного колодца, — подумав, ответил студент. — В нечищеных колодцах много темной энергии, там всегда заводится какая-нибудь гадость.

— Правильно! — обрадовалась я. — Вы не безнадежны, фэр Фрери. Будьте любезны, перечислите и опишите руны, позволившие мне соединить вместе…

В дверь постучались. В аудиторию заглянула секретарь ректора:

— Фра Авенлог, вас вызывает госпожа Броу.

— Буду через минуту, — пообещала я и обратилась к группе: — В мое отсутствие разбейтесь на две группы, выберите составляющие вот из этих коробок и слепите простую эфирницу, мгома или берестянку… или что сами хотите. Из обязательных функций – зрение, обоняние, осязание и базовые рефлексы. Навык преследования не встраивать… как и голод. Чтобы когда я вернусь, меня не попытались догнать и сожрать. Проявите… инициативу, в меру, конечно, используйте творческий подход. Команда с лучшим проектом получит по пять баллов. Все ясно?

— Да, фра Авенлог, — нестройно ответили студенты.

Они дружно зашуршали учебниками и забегали по аудитории, договариваясь, кто возглавит команды.

Я подхватила камнеедку под брюхо и переставила на другой край стола. Она попыталась цапнуть меня за руку, но я свела пальцы в руну «рур» и во всеобщей суете незаметно припечатала ее на каменную голову твари, сделав знак невидимым. Пусть голем посидит на столе и позыркает на студиозусов, они-то не знают, что в нежити вот-вот кончится энергетический импульс. И мало ли что я в нее встроила. Подсматривающее око, например. Знаю я этих студиозусов, сама такой была.

— Нойтус ожидает тебя в кабинете Лоури, — сообщила мне Малена.

— Новый декан? — ужаснулась я. — Сейчас? Когда же он приехал?

— На рассвете, — ректор обреченно махнула рукой. — Не выйдет из этого добра, попомни мое слово, Лили, раз все с первого дня пошло не так да еще и началось со смерти Бенджамина, будь он неладен.

Выяснилось, что великолепного Эла Фо Нойтуса, адъюнкта, истребителя и почетного выпускника множества престижных заведений, не узнало Часовое Око. Он самонадеянно явился в замок пешком, без предупреждения, из Абрегона, где остановился на постоялом дворе. В результате Нойтус полчаса прождал перед Вратами, а потом еще полтора часа, пока Тандус Фрери искал Привратника.

— Танди? — удивилась я. — Что он забыл на рассвете у Врат?

— Говорит, встречал первые лучи солнца.

— Фрери? — я недоверчиво покачала головой. — Теперь понятно, почему он такой сонный. Надеюсь, он не поцапался с новым деканом. У Тандуса язык без костей и никакого понимания иерархии.

— Ну… — ректор почесала подбородок, — какая-то перепалка между ними все же состоялась. Но Фрери был в своем праве. Никто не может проникнуть в Дроудон без разрешения Ока.

— Это верно, — согласилась я.

И отправилась на ковер к начальству.

… Постучалась, вошла в приоткрытую дверь, боковым зрением отметила черный плащ на крюке и что-то белое на диване. Фра Нойтуса в кабинете не было. Что ж, и высшим аристократам иногда приходится отлучаться в уборную.

Заинтересовалась раскрытым блокнотом на столе декана – почерк в нем принадлежал покойному. Потянулась, чтобы перевернуть страницу, и тут диван Лоури, огромный кожаный монстр, вздохнул и пошевелился.

Я подпрыгнула и в ужасе уставилась на задремавшего на нем мужчину. Спавшего, кстати, вполне расслабленно, если не считать скрещенных на груди рук.

Если бы Эл Нойтус сложил руки по-покойницки, его легко можно было перепутать с вампиром, при свете дня прикорнувшем на любимом черном ложе. Стеганая кожа дивана усиливала сходство с внутренней отделкой гроба.

Дело было именно в том, что Эл Нойтус больше не был брюнетом. Его волосы поражали снежной белизной. Достаточно длинные, они были собраны в косу на мехорский манер. Кожа, впрочем, по-прежнему оставалась оливково-смуглой, выдавая темную кровь и, возможно, долгие часы под солнцем в поездках.

Истребители – они ведь выслеживают перерожденных. И в случае необходимости выжигают дотла свой резерв. Тогда их волосы становятся белыми, а глаза – угольно-черными…

— Сильно изменился? — спросил вдруг «вампир», не открывая глаз.

И голос, голос тоже остался прежним, чарующе хрипловатым…

… Впервые я услышала этот голос в младшем лицее, в свой первый день в Дроудоне.

Денек, скажем так, выдался так себе. По дороге я подслушала разговор папы с его помощниками по магическому беспроводному телефону. Понять не поняла, но потребовала объяснений.