Тёмный Альянс

ГЛАВА 1

​ЗДЕСЬ ВСЕГДА ИДУТ ДОЖДИ…

«Твоё сердце забилось так часто, стук разнёсся на весь тихий лес.

Убегаешь, не чувствуя почвы, словно душу преследует бес».

Сердце бешено стучало в груди. Разрываясь на части, оно молило избавить его от невыносимо жгучих страданий. Но тщетно. Боль неумолимо разъедала душу.

Силы уже на исходе. Не оглядываясь назад, девушка неслась по узкой извилистой тропе и не замечала, как окончательно терялась в ночном лесу.

Ветки хлестали её по плечам, цепляли кудрявые волосы и преграждали путь. Но ноги упорно неслись вперёд, словно не принадлежали человеку.

Уставшая, она измождённо ухватилась за дерево и закричала:

— Я больше не могу!..

Выкрик подхватило эхо.

Дышать и говорить становилось всё тяжелее, но душа не унималась.

— Предатель! — прорвался из неё ещё один горький импульс.

Но легче не становилось. Саднящее чувство уже внутри, оно въелось неприятной острой колючкой и с каждой секундой проникало всё глубже. Ноги подкосились. Девушка обессиленно рухнула на траву у корявого ствола и, наконец, перестала плакать. Утерев слёзы, она бесцельно взглянула на свои руки, и в груди вновь разлилась неприятная горечь: по пальцам тянулись чёрные разводы от туши — и это от той, что обещала быть водостойкой. Кругом обман...

От нескончаемых слёз голова трещала и казалась нестерпимо тяжёлой. Руки сами потянулись к вискам и нашли над ухом веточку — маленький сучок, запрятавшийся в запутанных волосах. Ерунда. Отпустив безынтересно прядь, девушка коснулась широких армейских брюк и вытянула из кармана походный нож. Приблизила его к запястью.

Лезвие на минуту застыло над веной…

— Ну уж нет! — одёрнулась девушка. — Из-за этого мудака?! Пфф! Не дождётся!

***

Полчаса назад.

Всё случилось как в дурацком анекдоте.

— Дай нам всё объяснить! — выкрикнул парень.

Он соскочил бы с места, если бы под его одеялом не скрывалась «другая».

— Да стой же ты! — выкрикнул он напоследок.

Но обманутая она и не думала останавливаться — вылетела в двери и пустилась бежать.

***

Измену не нужно объяснять, оправдывать — её можно только не простить. И пусть сейчас мечты перечёркнуты, сердце разбито — пусть. Если и умирать, то точно не из-за неразделённой любви! Разве нет?

Девушка уверенно встала на ноги, отряхнулась и вернула складной нож в брюки, — тот невесомо проскочил в карман, где ему и место.

Она тут же принялась высматривать обратную дорогу и замерла…

Тысячи деревьев безмолвно встали на её пути.

В безумной попытке охватить взглядом каждое дерево она забывала, как дышать. Ужасающее положение душило. Мысли спутались, и ноги подкосились от страха перед огромным лесом. Необъятной глушью — пугающая своей безлюдностью. И деревьями. Высокими, хвойными и… совершенно одинаковыми.

— Джинсы, футболка, косметика… расчёска… Даже пилочка для ногтей! Да тут же всё для похода по лесам! — недовольная, она сбросила с пня свой небольшой рюкзак и рявкнула себе вдогонку: — Непредусмотрительная тупица, блин.

«Сама же вчера днём выложила всю еду и спички. Блеск! Всё оставила в лесном домике». Но ночью и не было сил думать — просто схватила рюкзак и пустилась прочь. А теперь… теперь пожинала плоды своей импульсивности.

Тем временем…

Утренний лес уже пробуждался. Всего полчаса назад его деревья густо окутывала темень, а сейчас на их ветках виднелся каждый листик и сучок. В кронах даже завелись первые птичьи трели. Но девушка бросила к ним лишь один недовольный взгляд и шагнула дальше.

Треск тонких веточек под ногами, хруст листвы, где-то вдали постукивал дрозд. В лесу царил особый покой. Но он нарушился, как только над головой девушки зажужжало насекомое. Отшатнувшись от него, она принялась стряхивать с себя ещё не присевшего «на посадку» жука. Нелепо крутясь в брезгливом страхе, она случайно дёрнула себя за волосы и, наконец, вспомнила о них. Роскошные кудрявые коричневые локоны — ниже плеч, — «подарок» от матери. Теперь это не более чем огромный моток кокосовых истрёпанных мочалок. «Да… — покрутила она в пальцах прядь. — Просто расчёской такое уже не исправить».

Дальше присоединился и назойливый голод. Он вынуждал её оглядываться на местное «меню», на окружающие листья, сморщенные ягоды, сомнительные грибы… В желудке ответно заныло, и лишь мысль о скором возвращении убеждала её отказаться от перекуса.

Внутреннего спокойствия хватило ненадолго.

— Да уж, и умру я, видимо, накрашенной, голодной, зато с подпиленными ногтями, чёрт возьми! — Разъярённая, она пнула сухую листву и вмиг подняла шелестящее облако в воздух.

Бесполезно пройденный час навевал нелучшие мысли. Но… «Переживать не стоит, — успокаивала она себя. — До заката дорога домой обязательно найдётся». Временами оптимистичность её покидала, и девушка тут же спорила с собой: «В смысле, я буду спать в лесу? — Ну уж нет!» Обломила ветку у куста и продолжила путь.

Вечер темнел с каждым часом.

Девушка устало присела на заваленный пень и вынужденно признала: вместо удобного мягкого матраса её спину сегодня ожидает добрая куча из травы и жухлых листьев. Под кустами у подножия двухметровой кручи она соорудила себе матрас и затратила на это, по ощущениям, около часа. Так что по завершении оставалось лишь одно: свалиться с ног и попытаться уснуть. Выходило с трудом.

Ночной лес совсем не располагал к доверию — шорохи, скрипы старых деревьев, крики птиц… жуки — к ним тоже не имелось толерантности. В каждой брошенной тени и щёлканье сучков девичья буйная фантазия рисовала зубастое животное. Мысли о стае голодных волков заставляли её ворочаться и оглядываться, пока, наконец, не пришёл сон. Чуткий, тревожно прерывающийся от звуков, но всё-таки сон…