Темный авангард

Шаг третий. Деревня

Деревня показалась на горизонте, когда солнце уже клонилось к закату. От почившего Сопли мне было известно, что она называется «Илеховка», состоит из порядка полусотни домов и даже имеет свой трактир. В общем, ничем не примечательная деревушка. Туда я и направился, добравшись до окраинных домов буквально за час и в первую очередь взяв курс на трактир. Хотя это название было довольно громким для него.

«Трактир» представлял себя двухэтажное покосившееся деревянное здание с парой пристроек, обнесенное хлипким забором. Некоторое время я стоял у входа, скептически рассматривая не внушающую доверие постройку, после чего все же зашел внутрь, ловя на себе внимательные взгляды деревенских жителей.

Внутреннее убранство заведения поражало отсутствием такового. Обшарпанные доски пола с мутными разводами – некоторые были свежими, и от них несло алкоголем - плохо оструганные столы и стулья, стены с пятнами, подозрительно похожими на блевоту, и отвратительное амбре, больше присущее невычищенному хлеву, чем питейному заведению. Трактирщик в грязном переднике, явно когда-то давно бывшем белым, словно грязная и засаленная вишенка на торте, украшающая это заведение, стоял за стойкой, разливая немногочисленным страждущим пиво из пары вмурованных в стену бочек. Его тощая фигура с длинной шеей и все время двигающимися руками вызывала ассоциации со змеей, устроившей засаду у кроличьей норы.

Я огляделся. Большая часть столиков пустовала, а оставшиеся занимал деревенский люд, судя по всему, пришедший сюда пропустить кружечку-другую после тяжелого трудового дня. Меня снова осыпали любопытными взглядами, но довольно быстро народ вернулся к своим разговорам. Похоже, до меня здесь останавливались и более колоритные личности, так что местные попросту разучились удивляться внешнему виду путников, приходящих на постой.

Пройдя к барной стойке, я остановился перед трактирщиком и в ответ на немой вопрос заказал себе ужин, а также комнату на ночь.

- Монах? – Голос трактирщика звучал будто карканье ворона, недовольного тем что кто-то успех схватить добычу раньше него.

- Монах, – утвердительно ответил я.

- Какое Слово несешь? – нахмурил брови мой собеседник. К этому вопросу я был готов. Дело в том, что странствующие монахи, как правило, занимались одним направлением духовной деятельности – «несли Слово». Например, они могли нести Слово жизни – читать молитвы над беременными, младенцами и во время родов, Слово земли – благословлять пахотные земли, землю под постройку дома и так далее.

- Слово смерти.

Трактирщик поморщился, будто съел что-то кислое.

- Над мертвыми читаешь? Я сообщу, если твои услуги понадобятся кому-нибудь. Но особо не надейся, наш священник хорошо справляется со своей работой. Ужин сейчас подам, комната твоя на втором этаже третья слева, держи ключ. С тебя за все три монеты.

- Я тут ненадолго, – ответив, я запустил руку в кошель на поясе, выудив несколько монет из тех, что собрал с мертвых тел, и выложив на стойку перед трактирщиком. Что ни говори, а деньги всегда в ходу - что сейчас, что тысячу лет назад. После заверений хозяина заведения, что ужин вот-вот принесут, я сел за свободный столик и начал прислушиваться к разговорам вокруг. По большей части речь шла о необычайно хорошем урожае, наверняка связанном с молитвами, которые прочел над землей проходивший через Илеховку несколько месяцев назад монах, о том, что Илькеса-пьянчужку опять избила жена, а в соседней деревне, по слухам, родился поросенок с двумя головами, которого немедленно сожгли вместе с матерью. Также говорили о том, что на днях должен прибыть инквизитор, и они наконец-то избавятся от «проклятого мальца». Последняя новость меня насторожила. Сталкиваться прямо сейчас с охотником на магов совершенно не входило в мои планы. Я ничего не знаю ни о них самих, ни об их способностях, а сражаться с неизвестным противником было нежелательно. Не сейчас. Тут принесли еду, и я, не прекращая слушать, с удовольствием отведал жареной курицы с овощами, запивая из огромной кружки светлым пивом, которое, впрочем, по консистенции больше напоминало воду.

Не успела трапеза подойти к концу, как за мой столик присел парень лет двадцати на вид – достаточно взрослый для самостоятельной жизни, но еще не имеющий богатого жизненного опыта. В глаза сразу бросался его вытянутый нос и кудрявые, коротко остриженные волосы.

- Прошу прощения, но мне сказали, что вы несете Слово смерти, – начал он и выжидающе посмотрел на меня.

- Несу, – утвердительно ответил я, допивая пиво.

- Дело в том, что мне нужна помощь. Я хочу, чтобы вы прочли Слово над могилой моего отца.

- Слышал, ваш священник вполне справляется со своими обязанностями, – мне совершенно не хотелось заниматься работой монаха рискую попасться на какой-нибудь мелочи.

- Он прочел молитву, но… этого оказалось недостаточно, – сказал парень и поведал мне свою историю.

Как оказалось, его отец – плотник и на прошлой неделе почил, причем сделал это самым естественным для этих мест образом – напился и утонул, упав в канаву. Погоревав, сын, как положено, похоронил его на местном кладбище, и на этом история бы закончилась, однако снедаемый тоской по отцу отпрыск начал периодически приходить к его могиле и проводить у нее по нескольку часов. Пару дней ничего не происходило, а на третий… На третий день паренька сморило, и он уснул прямо там, на кладбище, на могиле отца. Проснулся он вскоре после полуденного зноя от непонятного звука, похожего на стук. Глухие удары раздавались из-под земли, как будто кто-то бил кулаками по дереву. Поначалу сынок подумал, что отца по ошибке похоронили заживо, но, вспомнив его синюшный оттенок и раздувшееся тело, отказался от этой мысли и в срочном порядке вызвал местного священника. Глуховатый старичок понятное дело ничего не услышал, однако на всякий случай провел все положенные обряды.  Тем не менее, стук не утихал и с каждым днем начинался все раньше. Решив, что тут нужно что-то посерьезнее, он и обратился к так удачно появившемуся в деревне монаху, несущему Слово смерти. То есть, ко мне. Поскольку беспокоящийся отпрыск пообещал за обряд аж десять монет, отказаться было бы слишком подозрительно, да и выудить информацию из моего нового знакомого, которого, кстати, звали Йенс, стоило. Приняв такое решение, я доел свой ужин и, поднявшись, попросил кудрявого парня проводить меня на кладбище прямо сейчас, по дороге расспросив о предстоящем визите охотника на магов в деревню.