Темный дар адептки Мелинды

4. То, чего не должно было случиться.

Новость произвела оглушающее впечатление.

— Что… — голос сорвался, вызвав приступ кашля. — Кха… Что вы сказали?

— На том капище в вас пробудилась тёмная магия. Удивительно поздно, обычно сила просыпается в подростковом возрасте, — ректор Дарстоун повернулся, уставившись на меня задумчивым взглядом. — И это плохо. Сейчас…

— Погодите! — перебила, заёрзав на постели. — Вы хотите сказать, что я, — усмешка вырвалась сама собой, настолько невероятно звучали слова мага, — девчонка с крохами магии, которых не хватило даже на то, чтобы поступить на бытовой факультет, — вдруг в двадцать лет становлюсь тёмной?! Тёмной, которых на всё королевство от силы четверо человек? Да это бред! — дыхание участилось, будто от долгого бега.

— Трое, — невозмутимо поправил меня ректор. — Тёмных магов во все времена было всего тр…, — тут он неожиданно осёкся и стремительно помрачнел. — Вы правы. Теперь, возможно, всё поменялось.

Я недоумённо вскинула брови, а потом перед глазами мелькнуло видение: чёрная, похожая на червяка магия, воняющая гнилью.

— Потрошитель…, — пришедшая мысль ошеломила меня, хотя это было очевидно.
Дарстоун нахмурился, став ещё строже.

— Он вас отныне волновать не должен, — маг поднялся с кресла, подошёл к одному из книжных шкафов и достал потёртый том в коричневом переплёте. — Теперь ваша главная забота - учёба. Поскольку наставником тёмного может быть только такой же тёмный, вы переходите под мою ответственность.

Говоря это, ректор пригвоздил меня взглядом к кровати, давя все возражения в зародыше.

Но мне нельзя быть тёмным магом! Есть особое обстоятельство. Хотя, рассказывать об этом Дарстоуну точно не стоит.
— А больше некому? — я сжала губы.

— К моему огромному сожалению, — саркастично хмыкнул ректор. Придётся нам обоим смириться .

Ну, может, вы, лорд, готовы, но я — нет! Жить в постоянном одиночестве и знать, что окружающие тебя боятся, какой молодой девушке это понравится?

Стало так обидно, что к глазам подступили слёзы. Не хватало ещё разрыдаться при этом высокомерном аристократе!

— Наша магия, действительно, большая редкость, — Дарстоун, казалось, не заметил моего состояния, листая книгу. — Ещё реже она встречается у женщин. Но род Крэйн — один из самых старых в королевстве, так что его потомок вполне может быть носителем силы.

Я горько усмехнулась. Да, когда-то мы были влиятельной и богатой семьёй, мама очень любила рассказывать такие сказки на ночь. Меня всегда это злило. Какая разница, кем мы были, если уже очень давно живём в бедности? Родословная не накормит тебя, когда в животе урчит от голода.

— Ужасно, — пробормотала я, всхлипнув.

Дарстоун поднял голову, и, всего на миг, в его глазах мелькнула странная грусть. Но потом взгляд снова стал непроницаемым.

— Это великий дар, — возразил он мне, вновь садясь в кресло.

— К тому же, очень сильный. Как вам удалось поднять стража капища, леди Крэйн?

— Понятия не имею, — ком в горле отступил, и я смогла сесть и спокойно ответить. Но внутри поднималось, как волна, острое желание исчезнуть отсюда. Хотелось увидеть мамино лицо. — Это просто случилось, когда Потрошитель начал душить меня. Я даже не поняла, что вызвала дракона сама. Послушайте, лорд Дарстоун, могу я ненадолго уйти домой?

— Нет, леди Крэйн, — строго отрезал ректор. — Вспоминайте, какие ощущения возникли у вас при первом применении дара. Это поможет в дальнейших…

— Почему мне нельзя домой? — перебила я, чувствуя нарастающую тревогу. Она туманила мысли, мешая думать о чём-либо другом. — Я хочу уйти! Всего на несколько часов.

Резко завозилась на кровати, пытаясь встать. Мир перед глазами шатался, но я упрямо цеплялась за всё подряд, со звоном сбив с прикроватной тумбочки стакан.

— Ваш дар нестабилен, новорождённые тёмные могут представлять опасность, — образ ректора тоже плыл, кажется, маг пытался подойти ко мне, взмахивая руками, стараясь утихомирить, но что-то мешало. — Леди Крэйн, успокойтесь!

Мне удалось встать ровно. В голове, как навязчивая идея, пульсировала только одна мысль: “Надо домой”.

— Это ненадолго, — прохрипела слабым голосом, ища дверь, но пространство стало совсем расплывчатым, словно мне чем-то залили глаза. — Я просто хочу…

— Леди Крэйн!

Строгий голос Дарстоуна уже слышался издалека. Пол и потолок поменялись местами, и я вдруг очень больно приложилась плечом о что-то твёрдое.

— Святые колокола! — раздался женский крик. — Да ты смотри, куда падаешь-то!

В уши ворвалось множество звуков улицы. Гул голосов, шелестение ветра, стук копыт по земле, скрип колёс деревянной телеги. Запахло сеном, травой и мясом, в лицо ударил солнечный свет.

— Мел, чтоб тебя! Откуда взялась вообще? Со вчерашнего дня ни слуху ни духу!

Я ошалело моргала, стоя посреди знакомого рынка у подножия холма Вест-виллидж, где закупаюсь едой для семьи уже десять лет. Рядом, не менее удивлённая, стояла торговка овощами, растерянно держа в руках кочан упавшей капусты.

— Марта, я это…извини, — сконфуженно произнесла, начав активно рыскать глазами по толпе. — Мама не появлялась сегодня?

— Госпожа Ариадна-то? Не видала, — толстые румяные щёки Марты колыхнулись, когда она замотала головой. — А ты чего здесь?

Если бы я знала ответ на этот вопрос. Значит, тёмным магам доступны вот такие спонтанные портальные переходы? Ведь ректор Арес тоже на то капище пришёл через портал. А если он может меня отследить? Надо поторопиться!

— Мне пора, — махнула рукой Марте, уже собравшей весь бардак, который я учинила своим появлением. — Потом зайду обязательно!

К вершине холма вела улица Скотт-стрит, сужаясь и переходя в Деспар-роуд, “дорогу разочарования”, заканчивающуюся в квартале Формер-голд. Здесь располагались ветхие особняки, некогда принадлежавшие богатым господам, но теперь это был самый бедный район окраин. После обнаружения древнего капища рядом, люди разбежались, и по городу поползли нелепые слухи, сделав цены на дома смехотворно низкими.