Темный дар адептки Мелинды

18. Провокация.

Арес Дарстоун медленно наклонился ниже, и я не выдержала напряжения: зажмурилась.

— Мелинда, посмотри на меня, — низко проурчал ректор.

Я с трудом разлепила веки.

— Странно, — повторил он, продолжая крепко держать меня за подбородок. — Зрачки в норме, радужка не изменила цвет. Вы в порядке, леди Крэйн.

Тон его стал отстранённо вежливым, хватка на моей талии тут же разжалась, и ректор вернулся к своему столу, сев в мягкое коричневое кресло. Всё это время я продолжала стоять, тупо хлопая ресницами.

— Отомрите, Мелинда, — в его голосе зазвучала едва уловимая насмешка. Я посмотрела на Дарстоуна. Его породистое лицо, словно высеченное из мрамора, не выдавало ни капли эмоций, но в синих глазах мелькнул лукавый огонёк.— Дело дочери лорда Коэна ушло в канцелярию, и мне бы не хотелось, чтобы вы лезли в это. Сосредоточьтесь на обучении.

Да он просто издевается надо мной!

— Знаете, я тут подумала, — резко сказала я, сложив руки на груди. — Действительно, какой смысл уже рассуждать об убийстве Шерил. Гномы вам, — сделала ударение на этом слове, — не доверяют, очевидно. Они вообще любят только тех, с кем много лет знакомы. Я всё детство привела с Дармом Чернобородым, уж знаю, о чём говорю.

При этих моих словах лорд-ректор тут же посерьёзнел. Стараясь скрыть победную усмешку, продолжила:

— Помню, лет до пятнадцати весь тёплый сезон могла пропадать у них в доме, мама Дарма, мисс Дороти, угощала нас вкуснейшим пирогом с княженикой. А это ведь знак особого расположения у гномов, ну вы знаете, да? — как бы невзначай бросила я, упиваясь собственным превосходством.

Клан Чернобородых и правда часто приглашал нашу семью в гости, и даже в какой-то степени считал “своими”. Меня всё не оставляла мысль, что я могу убедить Дарма дать разрешение на вызов духа.

— Мне на миг показалось, что уж знакомому тёмному магу, — выразительно ткнула в себя пальцем, — они могут и довериться. Но раз вы говорите забыть, кто я такая...

Пожав плечами, плюхнулась обратно на ковёр, делая незаинтересованный вид, но сама украдкой наблюдала за Дарстоуном.

Провокация сработала: ректор глубоко задумался, аж глаза потемнели, как грозовое небо. Он смотрел на меня, иногда забывая моргать. Я повела плечами, чувствуя некомфортные мурашки по коже. В следующий раз надо аккуратней дёргать этого тигра за усы.

— Леди Крэйн, вы действительно можете убедить Дарма Чернобородого дать нам разрешение на вызов духа?

— Я могу попробовать, — кивнула.

Для процедуры достаточно согласия кого-то одного. Если мне удастся уговорить старого приятеля, ректор сможет задать Шерил вопросы о её последних воспоминаниях, — этот кошмар с убийствами, наконец, закончится!

А ещё я смогу нормально спать по ночам, зная, что Потрошитель в тюрьме, и не появиться в коридорах Аркилора, чтобы меня убить.

— Хорошо, — Дарстоун медленно качнул головой, вырвав меня из размышлений. — Пишите своему другу. Такой шанс нельзя упустить.

Я тут же подпрыгнула на ноги, чувствуя волнение. Быстро от руки начеркала письмо, а ректор заключил его в магический пузырь, отправив адресату.

— Думаю, придётся подождать какое-то время, — сказал он, развевая последние искорки заклинания.

— Да, наверно Дарм…— начала я отвечать и тут же захлопнула рот.

Прежнее колдовство ещё не до конца погасло, а возле нас уже закрутился новый серебристый вихрь, из которого с забавным хлопком выплыл магшарик. Внутри виднелось изображение записки.

Переглянувшись, мы с Дарстоуном достали бумажку. Ректор лопнул пузырь, а я вчиталась в кривоватые, явно написанные впопыхах строчки.

«Мел, я согласен. Приходи к особняку мистера Швабры»

— Что? — выгнул бровь ректор. — Какой ещё «особняк Швабры»?

Я невольно хихикнула, видя на аристократическом лице такую растерянность. Всесильный тёмный маг явно не привык чего-то не понимать.

— Мы встретимся с гномом у второй задней двери их дома, той, что дальше всех от парадного входа, — пояснила я, уже прикидывая, где взять тёплый плащ для улицы, — ночью нынче похолодало, не сегодня завтра выпадет снег.— Там рядом чулан. Когда-то в детстве мы с Дармом нашли там старый кукольный домик и садовую фигурку. Назвали её Шваброй и решили, что домик теперь его особняк. Так и повелось.

Пока говорила, вертела головой, ища, что же накинуть на плечи. Мёрзнуть сегодня желания не было.

— У вас было очень интересное детство, — Дарстоун вдруг подошёл ближе, будто из воздуха достав тёплую накидку темно-фиолетового цвета. Дорогая шерсть приятным грузом легла мне на плечи. — Едем!

Сам маг надел элегантное пальто, и мы вышли. Небо было затянуто низкими тучами. Земля под ногами хрустела тонкой коркой инея. Зима была совсем близко. У ворот академии нас ждала карета — на вид простая, неброская, словно специально созданная, чтобы не привлекать внимания.

Но стоило посмотреть внимательнее на отполированные колёса, массивные дверные ручки с изящной гравировкой, и мягкий блеск лакового покрытия стало ясно - такая простота стоила состояния. Возница неподвижно восседал на месте, кутаясь в плащ, две чёрные лошади беспокойно переступали копытами, фыркая в холодный воздух, каждый их выдох превращался в белое облачно. И когда только ректор успел?

Сев внутрь, я провела рукой по дорогой обивке сидений. В жизни мне ещё не доводилось в таком ездить, поди ещё и магическими штучками улучшена.

Предположение оказалось верным: как только карета тронулась, я почувствовала себя на облаке, настолько плавный у неё был ход. Арес Дарстоун так органично смотрелся в этой роскоши, столь привычным для него казались дорогие ткани и последние изобретения магтехники. А я что? Да я такое даже на картинках не видела!

Внутри заскреблось неприятное чувство.

Как мне вообще пришло в голову, что такой мужчина захочет меня поцеловать? Очнись, Мел, вы же абсолютно из разных миров.