Тёмный Феникс

Глава 10

— Сзади! — воскликнул Вилкас, приводя меня в чувство. Я резко развернулась, полоснув по бандюгану удлинившимися когтями брони по незащищённой шее.

Стараясь не думать о своих чувствах, я кинулась в бой. И так я позволила себе неоправданную глупость — замереть, словно статуя, в окружении врагов. Просто чудо, что меня за это время не убили.

Однако, отражая нападение, я невольно краем глаза следила за Палладиумом, который помогал Соратникам отбиваться от Серебряной руки. Присутствие Наставника меня нервировало, и я не сразу смогла сконцентрироваться для сложного заклинания, изученного буквально на той неделе. Помогли мои братья и сёстры по оружию, оттеснившие по приказу Вильгельма врагов в одну кучу. Я призвала большой даэдрический меч, который с силой воткнула в землю, прочитав заклинание. В следующие мгновения из-под земли выросли острейшие лезвия с зазубринами, нанизавшие на себя значительную часть нападавших. Добить остальных не составило труда, пусть мой магический резерв изрядно просел после всех сегодняшних испытаний.

Тяжело дыша, я опустила руки, развеивая очередной призванный меч. С рук капала чужая кровь, ведь я не брезговала орудовать когтями и зазубринами на броне. Не знаю, хорошо или плохо, что кровь врагов впитывается в броню, а не остаётся на теле.

Повинуясь моей воле, доспех Феникса исчез, оставляя меня в простых брюках и расшитой рубашке, в которых я обычно ходила.

Вздохнув, я окинула взглядом поле боя, проверяя, есть ли раненые. И тут же встретилась с взглядом Палладиума. Эльф только сделал шаг, чтобы подойти ко мне, как из Йоррваскра выбежала встревоженная Эйла.

— Кодлака серьёзно ранили! — воскликнула женщина.

Я чертыхнулась и побежала в здание, стараясь изо всех сил отгонять мысли, что благодарна Предвестнику за то, что разговор с Наставником откладывается. Да, это малодушно, но я банально не знала, что эльфу сказать.

— Где вы с Вильгельмом были? — сердито спросила Эйла, шагая рядом со мной. — Если бы вы были здесь, мы бы с меньшими потерями победили.

— Если бы вы с Вильгельмом не совершили вылазку на базу Серебряной Руки, то им бы не было смысла мстить и нападение бы не состоялось, — в том же тоне сказала я, нахмурившись. — К твоему сведению, мы выполняли поручение Кодлака. Ты бы отказалась от просьбы старика?

— Чёрт! — ругнулась охотница. — Прости… я просто переживаю.

— Я тоже, — сказала я и вошла в покои Кодлака Белой Гривы. Там уже был Вилкас, снимающий со старика доспехи, чтобы был доступ к ранам.

Что я могу сказать… всё было плохо. Тяжёлые раны наложились на старые травмы и помножились на возраст. Мы можем какое-то время поддерживать жизнь Предвестника, но для норда это будет тяжело и мучительно.

Видимо, всё это отразилось на моём лице, потому что у Вилкаса и Эйлы лица стали скорбными, а Кодлак хрипло вздохнул и размеренно произнёс:

— Я знал, что так будет.

— Тогда почему не предотвратил? — спросил Вильгельм, проходя в покои.

Вместо ответа старик лишь спокойно улыбнулся и сказал:

— Вильгельм, я хочу, чтобы ты стал Предвестником.

Повисло молчание. Мы переглядывались между собой, понимая, что Кодлак смирился со своей участью, решив прощаться и отдать последние распоряжения.

— Нет, — решительно произнёс довакин, скрестив руки на груди. — Я не готов нести эту ответственность.

— И кто же, по-твоему, более достойный? — спросил пожилой норд.

— У Вилкаса достаточно мудрости, но Эйла следует пути Хирсина как никто другой. Решать тебе, что из этого важнее для Соратников, — недолго думая, ответил Вильгельм. Я кивала, соглашаясь со словами друга.

— Да будет так, — кивнул Предвестник, ненадолго прикрыв глаза.

Кодлак начал отдавать распоряжения по поводу своих похорон. Узнав, что мы с Вильгельмом перебили гленморийский ковен, норд обрадовался и рассказал, что с головами делать. Нам предстоит провести ритуал очищения в гробнице Истгамор. Вильгельм быстро записывал слова Предвестника, пока я с помощью своей магии поддерживала едва теплившуюся жизнь в его теле.

Наконец Кодлак Белая Грива поблагодарил нас всех и сказал, что рад был с нами биться рука об руку. После этого пожилой норд откинулся на подушки и закрыл глаза. Уже навсегда.

Я отпустила руку Предвестника и посмотрела на других членов Круга. Эйла плакала, уткнувшись в плечо нового Предвестника, которым стал Вилкас. Вильгельм сверлил взглядом пол под своими ногами.

— Нужно сообщить остальным, — тихо сказала я. Мои спутники закивали, и мы покинули комнаты умершего.

Все Соратники собрались в главном зале за столом. Помимо них я заметила Вигнара Серую Гриву, который когда-то был Соратником и другом Кодлака, но после отошёл от дел, и Палладиума, сидящего чуть в стороне от всех.

— Кодлак Белая Грива скончался от ран, — наконец произнёс Вилкас. Повисло молчание. Все скорбно опустили головы. Обычно следящая за порядком Тильма усадила нас за стол и достала вино. При этом по морщинистым щекам женщины текли слёзы.

— Нужно готовиться к похоронам, — мрачно вздохнул Йорлунд Серая Грива.

— И непременно отомстить Серебряной руке, — нахмурился Торвар. Все тут же загомонили, обсуждая перспективы и будущее Соратников. Я в этом не участвовала. Сидела молча с мрачным видом и пила вино. Палладиум глядел на меня встревоженно, и взгляд этот словно обжигал. Однако приблизиться эльф пока не мог из-за того, что по обе стороны от меня сидели Вильгельм и Рия. Последняя сразу сообщила, что детей оставила под присмотром Утгерд и Дженассы и при этом активировала максимальный уровень защиты поместья. Я сразу похвалила своего хускарла, ведь были риски, что из-за моей деятельности враги могут навредить близким. И хоть мои земли были самыми магически защищёнными, наверное, во всём Вайтране, я всё равно волновалась за детвору.

— Персефона, — позвал Вилкас, привлекая моё внимание.

— Слушаю, — сказала я, переводя взгляд со стола на Предвестника.