Темный Источник

Глава шестая

Глава шестая.

Отказать королю невозможно — ни в каких желаниях и капризах. И потому моя мать принимает его проводит с ним эту ночь. Заодно между жаркими объятиями шепча ему, что я так больна, так больна. Прикована к постели. Аж даже вынуждена отклонить любезное приглашение на ближайший бал-маскарад. такая жалость...

Но именно я ожидала, не так ли? А кому сейчас легко?

Но не мне точно. Иначе я точно скоро буду прикована. И не только к постели, но еще и к какому-нибудь пыточному устройству.

Нет, о моих планах хитроумная мама догадалась вряд ли. Я с радостью танцевала и флиртовала на любых балах, но никогда не бегала на тайные свидания — чего нет, того нет. И вообще ничем не ущемила свою репутацию. Я и так слишком часто слышала за спиной ядовитые шепотки: «дочь королевской подстилки» и «яблоко от яблони»... Но до сих пор лично меня упрекнуть было не в чем.

А после моего фееричного отказа капризному кронпринцу расчетливая мать считает меня в этом вопросе полной дурой. То есть, всевластный король, конечно, может приволочь меня во дворец и приказать напрямую. Но вот чтобы я сама нарушила строгие постулаты драгоценной добродетели...

Не то чтобы у меня никаких убеждений на этот счет не было совсем. Но в той ситуации еще и больно уж мерзок был испорченный до мозга костей кронпринц.

А еще я тогда наивно верила, что у меня есть реальный шанс на нормальный брак. Не по взаимной любви, так хоть по взаимному уважению.

Конечно, у меня своеобразные увлечения — странные для девушки, особенно знатной. Но я о них и не распространяюсь.

А вот Его Величеству о многих из них известно хорошо. Он же у нас тут порой неделями ошивался. Да, я прекрасна в бирюзовом платье. Еще симпатичнее — в ярко-зеленом. Алое мне тоже идет, только мама была до сих пор против.

Но еще очаровательнее я, когда совсем не похожа на других знатных дам и девиц. Даже на мою мать.

Вот как сейчас, например. С утра пораньше.

На моем родном Севере моего отца когда-то любили. Вот дядю — нет, хоть и уважали. А кузена — в чём-то да, но меня всё равно больше.

Просто я больше похожа на папу. Не внешне, нет. Просто мы, на Северных окраинах страны, больше привыкли драться. И мужчины, и женщины. Женившись на южанке, папа изменил родовой традиции, и это одобрили не все. Но я нравом пошла в него самого. И в год папиной смерти была уже не в том возрасте, чтобы меняться.

Увы, воцарившийся в родовом заме дядя первым делом разорвал мою помолвку с сыном папиного друга, нашего соседа по владениям. Жениха дядя мне нашел другого - «более соответствующего интересам семьи». Вот только отвратительная, жадная и подлая семья его была нужна временно, а мне предстояло прожить среди ненавидящих меня и мерзких мне людей всю оставшуюся жизнь.

Да, его решение понравилось не всем. Но дядя был в своем праве. И я не была его дочерью. Так что, в общем-то, жестоко он планировал поступить не с собственным ребенком. А чужих и вообще-то жалеет мало кто.

Увы, но на Севере, как и в других местах, тоже не принято лезть в чужие семейны дела. Две своих собаки дерутся - третья не лезть. Одна своя собака загрызает другую — аналогично.

В тот год я сначала была готова сбежать и с женихом. У меня возраст тоже был... опасным. Я готова была выбрать его — против всех. Не потому что любила. Потому что это было последней волей отца. А отца я как раз любила и уважала. Ну, и потому что новый, подобранный дядей новый жених был мне абсолютно омерзителен. Со всей их многочисленной подленькой семейкой — пауков в банке. Когда больше некому — жалят друг друга. Если буду под рукой я — примутся за меня.

Собственно, я и сбежала... только он отказался меня сопровождать. Спасибо, что назад под конвоем не отправил.

Мой первый жених был на четыре года старше меня. И уже ценил свой род и положение в нем наследника титула. Я ему нравилась, конечно. Но не настолько, чтобы потерять всё это.

Тогда я была готова бежать одна. Очевидно, в наемницы. Других вариантов судьбы я не видела вообще.

Но в таверне, в трех днях пути от родового замка, куда я решилась все-таки завернуть за припасами, остановилась моя уезжающая домой мать. Ее дядя не просто не препятствовал — наоборот, сам готов был выслать. Вдова бывшего лорда и мать всего лишь дочери никому нужна не была.

Так что дальше мне оставалось только вместе с мамой. К ее семье. На Юг. Делать «блестящую партию».

Сделала...

После побега мама утешала меня. Что две разорванных помолвки — это еще ничего. Что это было так далеко — никто даже не узнает. И с нашей красотой мы еще обе будем счастливы. Мы еще сделаем «блестящие партии».

По кузену Риту — Ритавику - я действительно скучаю. Но не в его возрасте было что-то изменить. Впрочем, ему спокойно жить дядя не мешает: родной сын все-таки. Как и второму дяде - младшему в семье. Того всегда больше любых дел интересовали охота, конные скачки и прекрасные дамы. Всех возможных сортов м сословий. В этом они с Его Величеством прекрасно поняли бы друг друга.

Хорошо, что Рит у нас - не дурак. Он вообще всегда был благоразумен — для его лет. Иначе уже составлял бы компанию младшему дяде - в его буйных увеселениях. Возраст у него такой... опасный. Особенно когда с родного отца брать пример неохота — а кому было бы охота? - а все прочие — вот такие.

Мы с ним были, скорее, дружны. Настолько, что устраивая мою новую помолвку, дядя сначала услал Рита подальше.

А теперь... писем с Севера мне Ритавик не писал. Да и с чего бы? Сестра — это и вообще с годами всё менее интересный собеседник. Пусть и старшая. Не брат же. А уж такая, что умотала за тысячу миль — веселиться, плясать на придворных балах и искать себе «блестящую партию»...

Да, дядю не одобряли. И умри я невесть от чего в первые же годы брака — меня бы жалели.

Но после побега меня уже не одобряли гораздо больше, чем моего опекуна. Потому что он поступил хоть и дурно, но в рамках правил, а я — нет.