Темный Мир. Пробуждение силы

Глава 15

Я медленно брела по пустому коридору дома в свою комнату. То что я сейчас видела — шокировало меня, напугало, повергло в ужас.

Я надолго запомню наполненные ужасом и болью глаза мальчишки. Да пусть он вампир, но он еще и ребенок, по крайней мере выглядел еще совсем юным и я не могу абстрагироваться, как это сделали Даниэль и Кир.

Его крики боли, когда Аспид медленно, по кусочку кромсал его пальцы  серебряным, чтобы раны дольше не регенерировали,  скальпелем, еще долго будут преследовать меня.  Агония, в которой бился вампир, когда Кир ввел  ему в вену инъекцию святой воды, как он отплевывался кровью, царапал стены и пол обрубками пальцев, лишь бы только унять боль…

Как сказал Кир, святая вода  не страшна вампирам если она просто попадет на кожу. Он может ей даже умыться или прополоскать рот — эффекта не будет. Но если попадет в кровь, смешается с ней и потечет по венам, то ощущения, будут словно кислота разливается под кожей. Если не переусердствовать, то вампирская способность к регенерации вполне способна  сохранить жизнь вампиру, и такая пытка весьма эффективна.

Уточнять откуда Киру это известно я не рискнула.

Я выдержала все крики боли, стоны и всхлипы мальчишки выдержала вид изуродованных рук,  пусть меня трясло, как в лихорадке,  пусть я не могла остановить непрерывный поток слез и еле сдерживала подкатившую к горлу тошноту, но когда мальчишка остановил свой взгляд, полный боли и отчаяния на мне — я не выдержала. Упав на колени, я крепко обхватила себя руками, а когда Кир попытался помочь мне подняться, вздрогнула и отскочила в сторону, а затем позорно, не поднимаясь с колен, выползла из камеры. Я просто больше не могла там находиться.

Я лишь на долю секунды почувствовала, как эмоции захватили меня. Сумасшедшая волна боли, что буквально пронзала насквозь, выбивая воздух из легких,  тут же  прекратилась, словно захлопнули дверь.  Это были не мои эмоции, но  я не обратила внимания. Увиденное слишком шокировало меня.

Это страшно. Это не под силу  простому, неподготовленному человеку. Я переоценила свои возможности. Думала, что смогу выдержать что угодно, но на деле оказалось, что нет.

И еще…

Там, в подвале, был не тот Кир, которого я знаю и к которому привыкла. Не тот Кир, который оберегал меня  все это время,  нежно обнимал и целовал, который медленно любил меня и боялся сделать больно.  Мне открылась другая его сторона, та которую он раньше мне не показывал.

Хантер.

Охотник, палач и убийца, для которого отнять чужую жизнь — это возможность заработать. Который не задумываясь убьет. Который не побрезгует прибегнуть к мучительным пыткам если того требуют обстоятельства. И который пойдет на все, бросится в самое пекло, если кому-то из его друзей нужна помощь.

Нет, ему совершенно не нравится смотреть и причинять  страдания и боль другим, ему это не доставляет никакого удовольствия, я знаю это совершенно точно.  Чувствую нашей связью, но так же знаю, что он не будет сомневаться,  колебаться или жалеть кого-то, если того требуют обстоятельства. Никогда.

Волнует ли меня это? Да, еще как волнует!

Принимаю ли я такую жестокость? Конечно, нет!

Я считаю, что есть и другие, менее варварские способы добычи информации. Хотя в данной ситуации, когда на кону жизнь Хели… Я совсем не уверена, что могу осуждать Кира и Аспида.

Заставит ли увиденное сегодня поменять свое отношение к Киру? Могу с уверенностью сказать, что нет, не поменяет... Я люблю его, и пусть до этого момента он показывал мне только одну сторону себя, сейчас я своими глазами увидела другого Кира, увидела каким жестоким он может быть. У медали две стороны, у моего любимого тоже.  И, не смотря ни на что, я готова принять  его  целиком и полностью, будь то заботливый, веселый и язвительный Кир или расчетливый и холодный Хантер.  Он все тот же, что и был, просто теперь я знаю его немного лучше.

Я смогу принять всего его целиком, как он принял меня. Ради нас.

Не знаю сколько я просидела, копаясь в себе и своих ощущениях, но видимо, в какой то момент я отключилась. Проснулась от ощущения, что за мной пристально наблюдают и, не успев подумать, а действуя на одних инстинктах резко села в кровати и зажгла ночник. Свет лампы на миг ослепил меня, но уже через пару мгновений я увидела Кира, который сидел в кресле у окна и смотрел, словно сквозь меня.

— Кир? — тихо позвала я, садясь на постели и опустив ноги на пол.

Мужчина не двигался, лишь взгляд, сейчас пустых, потухших глаз теперь следил за моими движениями. Я медленно подошла к любимому и, опустившись на колени рядом с ним,  попыталась взять его за руку, но он дернулся, словно от удара.

— Кир? — нерешительно позвала я, с застывшей в воздухе рукой и, пытаясь поймать его взгляд, который он теперь упорно отводил в сторону.

Я попыталась прочесть его мысли, попыталась почувствовать эмоции, хоть что-то, но наталкивалась на глухую стену. Кир полностью отгородился от меня. И я вдруг отчетливо поняла, какую боль  причинила ему там внизу. Когда я, не контролируя себя от страха, уползала из  камеры, и шарахалась от него и от его помощи.