В довольно просторной библиотеке между полками лежало немало книг, листков и другой литературы прямо на полу. Глядя на такой беспорядок, сложно было догадаться, что уборка здесь проводится по несколько раз в сутки.
Светловолосый, стройный и подтянутый молодой человек продолжал что-то искать на книжных полках, осматривая и листая все что попадало ему под руку.
— «Топ-топ-топ...» — приглушенно послышались шаги среди книжных полок.
— Мистер Люциус, граф ожидает вас у себя в кабинете, — сдержанно обратился камердинер^1.
— Скоро буду.
«Если использовать прямой переток маны вместо центрального... Это может дать преимущество в скорости и защите, но...»
На секунду подняв голову, Люциус сразу выкинул эту мысль из головы.
«Нет, это самоубийство! Без идеального контроля энергии в теле использование этой техники можно легко прервать извне, нарушив ее поток, и тогда добрая половина сосудов взорвется, серьезно покалечив тело»
— Нет, это не вариант. Нужно найти другой способ.
— «Хлоп» — громко прозвучал хлопок книги.
После долгого перебирания книг по контролю маны и энергии в теле, Люци направился в кабинет графа, обдумывая по дороге теоретическую возможность перенаправить свой поток маны не через ядро, которое стабилизирует и фильтрует ману внутри тела, а напрямую через тело и сосуды, получив преимущество в несколько секунд времени фильтрации ядра и снизив на него нагрузки таким способом.
В теории, в истории уже были такие моменты, когда человеку удавалось контролировать потоки маны и перенаправлять их. Но, увы, абсолютно каждый записанный случай был выполнен либо благодаря постоянному внешнему лечению через неимоверную боль от постоянно взрывающихся сосудов в теле, либо с помощью артефактов.
Оба варианта не устраивали Люциуса, так как иметь рядом целителя довольно проблематично. Лечить себя самого, тоже не вариант: лечение будет забирать у него ману и время на использование самого лечения, из-за чего все преимущество во времени обхода ядра потеряет весь обретенный смысл. Также не стоит упускать боль, которую, можно приглушить препаратами, но это опять же требует подготовки перед использованием навыка и зависимость от иссекаемых ресурсов.
Остается вариант только с артефактами, но хоть и найти такой артефакт за несколько сотен тысяч золотых не будет проблемой, они не бесконечны и работают по другому принципу, который чисто физически не получится преобразовать в отдельный навык.
Артефакты обычно используют колоссальные объемы энергии из себя или из внешних источников, но все эти ресурсы иссекаемы.
«Артефакты обычно используют технику внешнего проведения, что помогает обойти сосуды... Но этот вариант забирает очень много энергии»
— Должен же быть вариант, — цокнув зубами, задумался Люциус.
Пока он прокручивал различные варианты у себя в голове, он уже подошел к двери кабинета.
— «Дддру‑ум…» — с тяжелым звуком дверь открыл лакей^2.
Зайдя в комнату, Люциус отбросил все терзавшие его до этого раздумья и с холодным, тяжелым взглядом остановился перед столом графа.
— Томас, выйди, — холодно сказал граф.
— Да, милорд, — закрыв за собой дверь, покинул кабинет лакей.
Люциус продолжал стоять напротив стола, его лицо не выражало никаких эмоций. Отец же спокойно курил трубку, подаренную ему императором. Таким образом, прошло еще несколько минут.
— Снова хочешь ударить в грязь лицом? Тебе не хватило прошлого раза?, — монотонно и холодно произнес граф.
Подобные громкие и безэмоциональные порывы случались часто, ведь статус и доход крупнейшей торговой семьи Эсторана напрямую зависит от связей и успешных продаж. В то же время Люциус и не собирался занимать пост своего отца, отчего сбор связей и поддержание торговой репутации его совершенно не волновали.
— Ты уже забыл, как ради тренировок, в которых ты самое никчемное звено рода, ушел из зала официальной встречи?
— Тебе повезло, что в этот раз виконту и его дочери не получилось посетить эту встречу, — закрывая лицо рукой, сказал граф
— Это все, ради чего ты меня вызывал? — без единой эмоции произнес Люциус.
— В полночь экзамен на право рода, — выдыхая, произнес граф.
Экзамен на право рода представляет собой не шибко сложную цепочку из заранее спланированных поединков и в итоге церемонию вступления в права наследия, открывающую возможность доступа к семейным делам и отчасти управление ими.
— Надеюсь, ты не подведешь моих ожиданий, — слабо улыбнувшись, медленно произнес отец.
Заметив проблеск эмоции на лице графа, сердце Люциуса на секунду застыло и также быстро расслабилось.
— По оставшимся деталям, тебе все скажет Джон, — махнув рукой, закончил фразу граф
Кивнув в ответ, Люциус повернулся и направился к выходу из кабинета.
— Когда-то твоя слабость лишит тебя всего, — безразличным голосом сказал граф.
Отчасти он был прав, ведь помимо статуса главной торговой семьи Эсторана, в узких высших кругах империи к ней обращались для решения вопросов с проблемными личностями, зачастую просто ликвидируя их. Оттого наличие слабого звена в семье ставило под угрозу эффективность и чистоту выполнения заказов.
Выйдя из кабинета, Люциус на мгновение задумался, но его мысли неожиданно прервала горничная, прошедшая необычно быстрым шагом в кабинет графа с запечатанным конвертом. Такой спешки у прислуги он давно не видел и решил подойти обратно к двери кабинета, в которую и зашла горничная сразу после лакея, который недавно выходил во время его разговора с графом.
Люциус, зная как работают защитные навыки и где они расположены, применил навык прослушки на пол в трех метрах от двери в кабинет. Так как на самой двери и стенах стояли защитные навыки, не дающие что-либо услышать или нанести какой-то урон строениям.
— Милорд, к нам поступил конверт с печатью герцогского дома, — с слабой ноткой тревоги произнесла горничная.
Обычно письма не входят в род деятельности горничных, что тоже являлось странным. Откуда у горничной оказалось письмо от герцога?
Отредактировано: 05.06.2026