Темный Властелин в Академии Магии

2.1

Я успела создать основу. И только Мгла Немира вступила в свои права, в заднюю дверь тихо постучали, встрепенувшись, я поспешила на стук. Я открыла дверь и увидела – ничего. Я молча посторонилась. Закрыв дверь, я обернулась, и передо мной, сбросив полог невидимости, уже стояла ларрэни д'Эмфилье. Вернее, я увидела тонкую женскую фигуру в дорогом платье, чье лицо было скрыто густой вуалью. Позади нее возвыщался Жак, мой доверенный человек – муж Хельги, они оба были связаны со мной кровной клятвой верности, и пользовались моим безграничным доверием. На крепких руках мужчины лежал спящий юноша. На его лице была маска, скрывающая лицо. Для меня это значения не имело, я бы сразу узнала его по ауре и магии, если бы нам довелось встретиться еще раз, но осторожность ларрэни мне понравилась.

Я пошла вперед, приглашая их следовать за мной. Мы прошли в мастерскую, где все уже было подготовлено для обряда. В середине комнаты стоял алтарь, для принесения даров, на котором сейчас покоился будущий Блокирующий артефакт, наполняясь магией великого дня. Рядом с алтарем стоял мой рабочий стол, сейчас, впервые за последние годы, он был девственно чист. Я положила небольшую подушку и указала Жаку на стол. Он бережно положил юношу на стол. Ларрэни стояла, выпрямив спину до хруста, и хоть я и не видела ее лица, мне казалось, что она не сводит напряженного взгляда с алтаря.

- Жак, спасибо, оставь нас, пожалуйста, — отпустила я помощника. Он коротко поклонился, и вышел, тихо прикрыв за собой дверь.

- Ларрэни, — обратилась я к девушке, — у нас не так много времени, поэтому я предлагаю покончить с формальностями, чтобы я могла приступить к работе.

Она кивнула и откинула вуаль с белого, словно редчайший люмий (Чистейший люмий может растворять чары любой природы – прим. Автора), лица. Кажется, ларрэни д'Эмфилье нервничала еще сильнее меня, и сейчас держалась на чистом упрямстве.

Сначала мы обе проставили магические печати на документах, удостоверяющих причитающуюся мне оплату и обязанности сторон. Осталось принести кровную магическую клятву и можно приступать к обряду с артефактом.

Юноша оставался в состоянии глубокого забытья. Лишь магические потоки выдавали борьбу, беспрерывно происходящую в его худом, немного нескладном теле. Кожа была бледной, под веками подрагивали зрачки, будто он видел какой-то тревожный сон.

Артефакт был готов — медальон из сплава бронзы и серебра, покрытый редкой алмазной крошкой, добытой в долинах Т'Карара, земель великих драконов, что усиливала плетения в разы, с вкраплением праха из Долины Ясеней из земель Рагмура, где обитали воинственные тролли, и каплей чистого эфира, который создали Темные Фейри Нуарвельда.

Я вошла в подготовленный заранее рунический круг, прихватит ритуальный нож - шайар, чёрную ленту и пустую чашу для крови.

Ларрэни д’Эмфилье вошла в круг молча. Лицо у неё было спокойное, только едва заметная дрожь выдавала напряжение. Я взглянула ей в глаза. Ни страха, ни сомнений — лишь решимость.

Мэл спрыгнул со стеллажа, прошёл по полу, очертил хвостом восьмёрку и устроился между нами. Это был знак: можно начинать.

— Готова? — спросила я.

— Да, — ответила она. Голос не дрогнул.

Я подала ей шайар. Она надрезала ладонь, передала его мне и я повторила ее движение — кровь закапала в чашу, смешиваясь и напитываясь силой.

Я подняла ритуальную ленту, она скользнула по нашим рукам, связывая левые ладони вместе.

— Повторяйте за мной, — сказала я, — спокойно и чётко.

Она кивнула.

— Я, Ларрэни д’Эмфилье, клянусь своей кровью и жизнью,
— Я, Ларрэни д’Эмфилье, клянусь своей кровью и жизнью,
— не называть имени той, кто создала артефакт,
— не называть имени той, кто создала артефакт,
— ни словом, ни намёком, ни шёпотом — ни во сне, ни наяву.
— ни словом, ни намёком, ни шёпотом — ни во сне, ни наяву.
— Пока артефакт цел — клятва держится.
— Пока артефакт цел — клятва держится.
— Нарушу — пусть кровь моя обратится в пепел.
— Нарушу — пусть кровь моя обратится в пепел.

Мэл слегка поводил ушами. В воздухе сгустилась магия — плотная, как пар над кипящей водой.

— Теперь моя очередь, — сказала я.

— Повторяйте, — кивнула она.

— Я, Лана Корн, клянусь своей кровью и жизнью,
— Я, Лана Корн, клянусь своей кровью и жизнью,
— не называть имени заказчика и носителя артефакта,
— не называть имени заказчика и носителя артефакта,
— ни словом, ни взглядом, ни в слабости, ни в силе.
— ни словом, ни взглядом, ни в слабости, ни в силе.
— Пока артефакт цел — клятва держится.
— Пока артефакт цел — клятва держится.
— Нарушу — пусть мои руки утратят доступ к магии.
— Нарушу — пусть мои руки утратят доступ к магии.

Белый огонь вспыхнул в чаше, и наша смешанная кровь зашипела, испаряясь, оставляя на аурах одинаковую метку клятвы.