Тень

Тень

 - Мам, не выключай свет, мне страшно — от таких обыденных слов маленького сына я вздрогнула, поворачиваясь к окну, уже опутанному темной пеленой ночного света. Свет фонаря был тусклым, что придавало комнате более устрашающий и грозный вид. Такие мысли в голове появлялись редко, но когда все же всплывали, практически сразу окутывали тело непроизвольным ступором и тягучим холодом.

 - Конечно — тепло окинув его серьезное личико, я старалась придать своему голосу более не принужденный и теплый тон — я включу светильник и в зале пока еще будет гореть свет — малыш был доволен. Он был счастливчиком по детским меркам, засыпал практически сразу и на всю ночь, почти ни когда не поднимаясь без серьезных потребностей. Вспоминая свое детство я не могла похвастаться тем же, искренне радуясь что это не коснулось моей семьи. Легкий поцелуй и сынок отвернулся, сладко утопая в пушистом мягком одеяле. Нет, в этом он был совершенно не похож на свою пугливую маму... Еще несколько секунд обдумывая это я поспешно повернулась, нажимая кнопку настенного светильника. Снова резкий взгляд на окно, не оставляющий в покое наверно с первой минуты появления меня в этом доме.

Темноты, точнее того, что было в ней я боялась всегда. Подпитываемые детской фантазией или слишком чувствительной натурой, я видела многое, начиная с нагроможденных книгами шкафов, заканчивая лежавшей на стуле школьной форме. Заворачиваясь в одеяло я пыталась оставить лишь маленькую щель для воздуха, старательно всматриваясь либо в потолок, либо в самую глухую и бесцветную стену. Но и она была полна теней и словно ползающих отблесков, с какой-то из моментов ярко сопровождаемой нехарактерными реальностью звуками. Как бы меня не пугало это, как бы я не пряталась и не пыталась скорее уснуть, внутренней опасности не чувствовала, довольствуясь лишь легким потряхиванием в районе холодных рук. «Главное не смотреть и не вглядываться. Главное не пытаться понять»... Эти слова успокаивали и даже помогали погрузиться в сон. Со временем я не только говорила их в слух, шепотом, еле слышно для самой себя, но и как не странно, научилась воплощать и в действия. Выключить весь свет в доме и даже спокойно пройтись до кровати, если задуматься о чем-то совершенно нейтральном - возможно было даже это. Полный контроль и самообладание, я действительно гордилась этим.

Но, здесь это не действовало. Пробуждая во мне схожие с детством, леденящие, но более острые чувства, это комната вызывала трепет и дрожь, унося воспоминания далеко назад, в родной родительский дом. Этот дом мужа, доставшийся ему по наследству и в котором он души не чаял, был для него чем то светлым, а комната сына наоборот вызывала у него трепетные и приятные ощущения. Он любил находиться здесь подолгу, любил засыпать и просто проводить время с сыном именно здесь и очевидно, совершенно явно, не понял бы моего накрученного беспокойства. «Должна ли я сделать что-то и были ли мои чувства тревоги как либо связанны с реальностью?» Я думала об этом и сейчас, снова остановившись в пороге. Открывая дверь в светлый зал я тут же впустила свет в ее темные углы, но весь холод и тьму он совершенно не глушил.

 - Все хорошо? - голос был совсем рядом, но слышала я его будто из далека. Он не сразу вырвал меня из тяжелых раздумий, но как и раньше я быстро взяла себя в руки.

 - Да, он засыпает — я попыталась улыбнуться, открывая дверь шире. Свет не попадал на саму кровать и ни как не мешал сынишке спать — пусть сегодня будет открыта. Как-то беспокойно он спит — от собственной лжи стало неудобно, но я чувствовала, что это по настоящему необходимо. Я должна предпринять что-то, хоть чем то загасить это неприятное, липкое ощущение внутри, пусть даже такой, ничего не значащей мелочью. «Взрослый человек, а думаю о всяких глупостях» - эти мысли посетили меня далеко от ненавистной комнаты, больше на автомате копошась на кухне я остановилась, хорошо вдумываясь в сказанной самой себе слова. Я всегда настолько боялась всего этого, всегда пряталась и скрывалась, что совершенно забыла или возможно стерла из памяти какие либо другие, более реальные воспоминания. Видела ли я что-то в той зловещей темноте в детстве или это было лишь мое воображение? Все таки действительно было глупо до сих поддаваться этим сомнительным эмоциям... От своего же утверждения стало легче и я улыбнулась, более воодушевленно доделывая свои дела. Легкость на душе, словно камнем спавшая в один определенный момент придавала уверенности и сил настолько, что казалось, что я прямо сейчас могла зайти в спальню и выключить весь свет.

Настроя хватило на долго. Даже как и ожидалось без каких либо посторонних мыслей все таки удалось лечь и уснуть в полной тишине и в тот момент тихой и успокаивающей темноте. Все так же открытая дверь пропускала в зал, где на против и стояла наша кровать, едва уловимое освещение из достаточно большого детского окна. Не смотря на то, что сон длился всего несколько часов, так спокойно я не спала ни когда. Словно окунувшись в свое детство я ярко и отчетливо видела давно забытые воспоминания, будто проживая их заново ощущая легкое умиротворение и спокойствие внутри. Легкий вдох, медленно перерастающий в перехватывающий горло кашель жестко вырвал из состояния эйфории, приводя не в суровую, а в самую ужасающую реальность. Сделав несколько глубоких и тяжелых вдоха я села, будто впервые оглядывая окружающую обстановку. Глазами останавливаясь на открытом проеме и судорожно вздрогнув, ощутила на себе не только взгляд, но и отчетливое горячее дыхание. Волна ужаса пробежала по всему телу, останавливаясь где-то на макушки головы лишь для того, чтобы вновь спуститься вниз. Не в силах произнести и слова чтобы разбудить спящего мужа, я старательно вспоминала свое неизменно для ночи правило, но будто забыв о самом жизненно важном, глухо всматривалась в темноту. Так внимательно, напряженно, словно улавливая каждую деталь, я наверное впервые посмотрела ей в самое лицо, лишь на последних очертаниях тени понимая на сколько глупо и безрассудно поступила. Тень больше не хотела скрываться. Поглощая уже еле заметное, уличное свечение она двинулась вперед, представляясь перед зрителем в полной, неимоверно пугающей красе. Издав подобие хрипа я чуть вздрогнула, все еще не в силах сдвинуться с места. Расширив еще больше и без того огромные глаза я боялась сделать лишний вдох, лишь бы оставить его там, на достаточно большом для своего спасения расстоянии, но словно получив жестокий удар по лицу ужаснулась еще больше, только сейчас будто осознавая кому принадлежала та злополучная комната.



Екатерина Соколова

Отредактировано: 22.04.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться